Хэллоуинская история в академии магии - Марго Генер

момент на другом его конце оказалась Виола, не имею понятия. Но когда она увидела, как я выхожу из комнаты преподавателя Лантерна, её лицо вытянулось, подбородок отвис, а в глазах заиграло такое лукавство и любопытство, что я ненароком снова покосилась в окно. Может, я уже научилась летать и смогу замахать крыльями, сбежав от её расспросов? А они будут.

Даже пощупала себя за лопатки. Но крылья не выросли, и я с глубоким вздохом поплелась навстречу Виоле. Та подскочила ко мне, как юла.

– И после этого ты скажешь, что между вами ничего нет? – затараторила она, а я заметила, как старательно замазан у неё фингал под глазом. – Алиса, не вешай мне лапшу. Вы с ним что, встречаетесь? С преподом Лантерном?

От Виолы я отмахнулась, как от назойливой мухи, потому что в памяти была ещё очень свежа картина мшистых скал с громадных Духом тени и сияли костры в глазах мистера Лантерна, а ещё на поясе до сих пор тепло от его ладоней.

– Виола, хватит себе придумывать.

– Придумывать?! – выпалила она. – Ты только что вышла из его комнаты! А ночью он был у нас почти голый.

– Не голый, а в рубашке и штанах, – заметила я на ходу.

Она небрежно махнула рукой.

– Это исподнее. Считай, что голый. И ты в сорочке. И после этого ты ничего не хочешь мне рассказать?

– Если честно, Виола, мне нечего рассказывать, – очень тактично намекнула я. – А вот поторопиться стоит. Потому что через десять минут занятия, а мы не позавтракали.

Поправив кепку, Виола покривилась, недовольная, что не удалось выспросить подробности, а потом сплетничать с Максом и, наверное, Закарием, и сказала:

– Странно, что ты не успела поесть. Я-то, понятно, ходила исправлять то, что ты наделала. – Она демонстративно указала на замазанный синяк, пытаясь воззвать к моей жалости, а может, совести. – Но ты шла в столовую. И что? Не дошла? Интересно, куда это ты свернула? Может, в комнату с медной дверью, там, в конце коридора?

– Даже не буду спрашивать, как ты узнала, где комната препода, – буркнула я.

Виола засияла и выпалила:

– Ага! Значит, не отрицаешь!

– Отрицаю, – убеждённо отозвалась я. – И утверждаю, что всё ложь и провокация.

Виола на это по-лисьи ухмыльнулась и что-то похмыкала. А я поняла, что теперь её любопытный нос будет везде и всюду. Ненароком вспомнилась Полли, которая при всей своей заносчивости и бестактности обычно понимала, хоть и не с первого раза, если я о чём-то не хочу говорить. Вздохнув, я вытащила на ходу телефон и посмотрела на экран. С тех пор как пришло сообщение Полли, сеть больше не появлялась и ответить ей я не могла. Да и не знала, что написать. Мы три года были подругами, а когда вскрылось её вероломство, как себя вести, я не поняла. Но просто взять и вычеркнуть её из жизни пока тоже не получалось.

Аудитория для занятий ведовством и чародейством оказалась большим крытым садиком с поляной и коротким газоном в середине. На ней раскиданы подушки. Потолок прозрачный, и в него льётся свет жёлтых бриллиантов с каменного свода. Миссис Голдвинд сидит на скамеечке под деревом и мягко нам улыбается.

– Доброе утро, мои дорогие, – поприветствовала она с теплотой, какая бывает только у бабушек в деревне. – Рассаживайтесь на подушки. Ведовство и чародейство хоть сложны, но интересны.

Я заняла место поближе к миссис Голдвинд в надежде, что так близко к преподавателю никто садиться не захочет. Но слева от меня уселась Виола, позади Макс, а справа Закарий. Когда я демонстративно отодвинула от него подушку, он придвинулся следом и прошептал:

– Да не бойся ты меня.

– Я не боюсь, – отозвалась я так же негромко. – Просто от тебя опять… пахнет.

Полагала, он обидится, хотя обижать его не собиралась, и фраза вылетела сама собой. Но новоиспечённый оборотень только улыбнулся щербатым ртом и понюхал себя под мышкой.

– Настоящий мужской запах, – заявил он с гордостью. – Чтобы привлекать девушек.

Слева Виола заметила с ехидством:

– Этим запахом ты только навозных мух и блох привлечёшь. Мне даже сюда пахнет. Бери пример с Макса. Он пахнет хорошим гелем для душа. На вот, выпей сока сельдерея.

– Вы просто пока не привыкли, – со знанием дела отозвался Закарий и с сомнением посмотрел на протянутую Виолой бутылочку, но всё же принял и отпил.

Я пробормотала:

– И не очень хочется.

Может, мы и дальше спорили бы о естественных мужских запахах, но миссис Голдвинд раскинула руки, и мы разом замолчали. А когда она хлопнула в ладоши, перед каждым появился кристалл, похожий на тот, что стоял на экзамене. Только с покатыми гранями.

– Как вы уже поняли, мои дорогие, – проговорила она, – вам посчастливилось стать студентами Магической Государственной Академии. Сперва небольшое введение. Мир, в котором мы с вами находимся, зовётся Внешним. Здесь действуют законы не только привычной физики, но и магии, которая и есть физика, но в более широком смысле. МГА залегает под землёй, потому что это очень удобно для связи с академиями Внутреннего мира.

Девушка с краю слева подняла руку, а когда миссис Голдвинд кивнула, спросила:

– Хотите сказать, наша академия не единственная?

– О, милая, – улыбнулась старая ведьма, – конечно. МГА одна из академий Содружества Университетов и Академий. Каждый крупный университет в мире людей имеет под собой портал в основное учреждение во Внешнем мире.

– А что на поверхности Внешнего мира? – снова спросила девушка.

Старая ведьма снова улыбнулась.

– Вы всё узнаете. Но постепенно. Внешний мир огромен. Не выйдет изучить его за один день. А сегодня мы будем постигать создание искусственных миров и иллюзий. Это полезно на поле боя, когда вы, например, убегаете от врага. Или хотите что-то спрятать. Мир иллюзии для этого отлично подходит.

Теперь руку поднял Закарий.

– На поле боя? Нам реально придётся с кем-то драться или это пример? – спросил он. – Не, мне подраться только дай. Я не трус. Но хочется знать.

При этих словах Закарий с ухмылкой покосился на меня и продемонстрировал бицепс, довольно крепкий, надо заметить.

Миссис Голдвинд немного подождала и ответила с тяжёлым вздохом:

– Кто знает, мои милые. Кто знает. Конечно, никто не желает подобного. Но всё так зыбко в последние столетия. – Её взгляд стал задумчивым, но через пару секунд она встрепенулась. – Что ж, не будем терять время.

Кристаллы перед нами мягко засияли и стали переливаться пудровыми радужными цветами. Виола слева запищала от восторга, а я хмыкнула и еле удержалась от слова «привет», потому что передо мной в воздухе возникла уже