Брат-оборотень: выбери меня! - Анна Кривенко

семьи, которая не пришла его спасать? Ведь они могли! Могли хотя бы позвать через их родственную связь и сообщить, что будут бороться за его освобождение, но… он оказался им не нужен.

Несколько дней служанка поила его бульоном и отварами, обтирала голое тело мокрой тряпкой, вгоняя юношу в краску, но, к его удивлению, она была крайне дружелюбной и совершенно его не боялась. Может, она не знает, что он — оборотень?

Женщина была уже не молода, вполне годилась ему в матери и относилась к пленнику с необычайной нежностью.

Вайлет начал отогреваться в лучах ее заботы.

С нею первой он и заговорил. Назвал своё имя, спросил, почему он здесь…

Она погрустнела и ответила, что скоро за ним придут воины наследного принца и, схватив парня за руку, неожиданно стала умолять:

— Мальчик мой, не противься им! — ее черные глаза смотрели на Вайлета так умоляюще, что он почувствовал ответное волнение. В его жизни было так мало ласки и участия даже в родной семье, что сейчас сердце само собою отзывалось на подобное расположение. — Если ты продолжишь упорствовать, они просто убьют тебя!

Вайлет помрачнел и опустил взгляд.

— А зачем мне жить?.. — начал он, но женщина с жаром накрыла его ладонь второй рукой и произнесла:

— Ты молод, у тебя вся жизнь впереди! И однажды ты найдешь способ освободиться! Просто наберись терпения. Сделай вид, что ты смирился, и тогда тебя больше не будут пытать…

Вайлет нахмурился.

— Я так не могу, — произнес он глухо, — это ниже моего достоинства…

— Нет! — запротестовала она. — Это мудро! Мертвый ты никому ничего не докажешь, а принц Рамаль никогда не позволит тебе жить, если ты не согласишься быть его игрушкой… Прислушайся ко мне и не рискуй. Однажды ты сможешь вернуться домой…

— Почему вы это делаете для меня? — прошептал Вайлет сдавленно, вдруг расчувствовавшись. — Я вам никто…

— Мой сын тоже был рабом, — прервала его женщина, опуская заслезившиеся глаза. — Он задолжал одному аристократу и попал в рабство. Но не смирился. Не склонился ради своего спасения и погиб… — ее голос дрогнул, горячие слезы потекли по щекам. — Ты очень похож на него, и я не хочу, чтобы ты тоже умер…

Вайлет почувствовал, что плачет. Впервые за много лет плачет, словно девчонка, но сил остановить эту позорную слабость у него не нашлось. Вместо этого он потянулся к доброй женщине и обнял ее.

— Спасибо вам… — прошептал он, наполнившись глубокой благодарностью. — Я… послушаюсь вас, смирюсь. Может, тогда ваша тоска о сыне станет не такой острой…

Женщина улыбнулась сквозь слезы, в последний раз всхлипнула и поспешно отстранилась.

Этот миг стал поворотным для юного оборотня, так как после этого у него началась совершенно другая жизнь…

* * *

Первое, что сделал принц, поняв, что оборотень ему покорился, так это связал его с собой мощной магической печатью повиновения. Эта печать не подавляла волю Вайлета, но абсолютно отрезала ему пути к побегу. Если бы парень решил сбежать, принцу достаточно было бы коснуться печати и произнести соответствующее заклинание, после чего от раба остались бы только одни ошмётки.

Вайлет приуныл, но слова доброй женщины постоянно звучали в его разуме и поддерживали даже в моменты полнейшей безысходности.

Притворяться жестоким и глупым оборотнем оказалось не так уж сложно. Невольник научился напускному цинизму, притворному послушанию и стал самым знаменитым шутом наследного принца Рамаля.

Тот таскал рыжеволосого гибкого красавца на все пирушки и даже тайные оргии, заставляя оборотня демострировать свои выдающиеся клыки и хвост, пока сам предавался разврату. Также он устраивал показательные поединки, сталкивая Вайлета с кем-то из воинов, и оборотень красиво пускал чужую кровь.

Парню приходилось собирать в кулак всю свою волю, чтобы не выказывать окружающим свою ненависть и отвращение. Глядя на то, как аристократы вместе с принцем бесстыдно совокупляются с порочными женщинами, юноша ощущал такое глубокое отторжение, что даже не впадал в юношеский соблазн обладания женщиной. А ведь на таких мероприятиях всегда было на что посмотреть. Девушки были настоящими красотками и заигрывали даже с ним, но принц Рамаль не позволял своему рабу участвовать в разврате.

До одного дня.

Друзья принца, едва ворочая языками от выпитого, начали вопрошать, почему это личный раб Рамаля ни разу не проявил себя, как настоящий самец. Кто-то выкрикнул, что оборотни всего лишь грязные животные и на постельные подвиги едва ли способны, и принц Рамаль воспринял это как вызов.

— Вьюн! — выкрикнул он прозвище, которым одарил Вайлета с первого дня. — Приказываю: обращайся в своего зверя и сейчас же приласкай… — он прищурился, выбирая девушку для своего раба, — вон ту красотку!

Рамаль указал на перепуганную юную девушку с большими синими глазами и копной золотистых волос. Вайлет помрачнел и замер изваянием.

Девчонка смотрела на него с таким же ужасом: его нечеловеческая сущность отталкивала даже таких непритязательных личностей, как куртизанки.

Но дело было даже не в этом: Вайлет всё еще дорожил своим достоинством, чтобы опускаться до такой низости, как прилюдное соитие с женщиной.

Нет! Ни за что!

Но принц Рамаль мгновенно понял, что его экзотическая игрушка на сей раз не горит желанием выполнять приказ. Он нахмурился и гневно сжал челюсти.

— Выполняй немедленно! — рявкнул он, с трудом выравниваясь на подушках. Его лицо было пунцовым от выпитого, а глаза горели решимостью и обещали Вайлету самые изощренные мучения в случае неповиновения.

Жестом приказав раздеть избранную куртизанку, которую остальные девушки тут же оголили до полной срамоты, Рамаль поднялся на ноги и нетвердым шагом двинулся вперед. По ходу он вытащил меч у одного из своих телохранителей и, приблизившись к рыжеволосому нелюдю, направил на него оружие.

— Если ты не сделаешь того, что я тебе приказал, — процедил наследный принц с глубоким отвращением в голосе, — я сперва убью девчонку на твоих глазах, а потом и тебя…

Вайлет вздрогнул и с ужасом посмотрел на голую и насмерть перепуганную девушку недалеко от себя. По ее лицу текли слезы ужаса и отчаяния.

— Ну??? — выкрикнул принц, размахивая мечом и едва ли не задевая им оборотня. — Покажи мне всё, на что способен, животное!!!

Вайлет мучительно прикрыл глаза. Всего на мгновение…

Его сердце сжалось в спазме от глубокого отчаяния…

Глава 18

Снова подстава