Записки у изголовья. Книга 2 - Тан Ци

Фэнцзю продолжила:

– И как Аланьжэ вам ответила?

Рука Су Мое, разливавшая чай, дрогнула. Словно наяву, перед ним предстала юная девушка. Она свела брови, а потом улыбнулась и, подмигнув ему, поманила рукой танцовщиц.

– Наставник всех зовет разделить с ним чай. Сестрицы, чего же вы ждете?..

И отошла в сторону, чтобы полюбоваться, как наставника обступила толпа девиц, зажав его у чайного столика так тесно, что у него не было ни шанса ускользнуть или хотя бы позвать на помощь.

Су Мое перестал разливать чай и дерзко улыбнулся:

– С чего бы мне вам рассказывать?

Фэнцзю некоторое время изучала выражение его лица, а потом буркнула:

– Ну и ладно. – Немного подумав, она продолжила: – На самом деле я пришла к вам за помощью, у меня есть одна просьба. Вы вырубили меня прошлой ночью, но так продолжаться не может. Я слышала, что сегодня вечером мы причаливаем. Там есть место с прекрасными пейзажами, которыми я бы очень хотела полюбоваться. Но если появится А-Цин, будет уже не до веселья. По дороге сюда придумала идеальное решение. Послушайте.

Су Мое с сочувствием произнес:

– Вы, конечно, очень стараетесь сбежать от принца Цина.

* * *

Фэнцзю и правда очень постаралась придумать толковый план.

Принц Цин не очень хорошо видел. Он всегда отыскивал хозяйку по запаху.

Вечером их драконья лодка должна была пристать к берегу у горы Дуаньчан. У горы располагался утес с тем же названием, а у его подножия – залив Минси.

Этим вечером Фэнцзю собиралась в залив Минси, чтобы полюбоваться лунными цветами. Она уже подумывала обсыпаться порошком, скрывающим запахи, чтобы сбежать от принца Цина, но с учетом его характера он наверняка бы метал громы и молнии, не найдя ее. Тогда он вполне смог бы проглотить всю драконью лодку.

Фэнцзю много размышляла. Прекрасно было бы найти кого-то, кто надел бы юбку с ее запахом и подменил ее в покоях принца Цина. И все же, когда она вспоминала устрашающую морду змея, у нее не поднималась рука отправить кого-то ему на откуп. Но, как говорится, Небеса не разочаруют усердного. Как раз в миг ее самых что ни на есть усердных размышлений перед ней явилась Чанди…

Фэнцзю сказала Су Мое:

– Насколько я могу судить, Чанди, похоже, питает тайные чувства к Си Цзэ. Сегодня вечером я оставлю ей письмо от имени Си Цзэ и приглашу встретиться у реки. Господин Мо, телосложением вы не слишком отличаетесь от Си Цзэ. Если переоденетесь, никто не заподозрит подмены.

Она сделала паузу, затем вдумчиво добавила:

– Мы заранее выкопаем яму в нескольких шагах от вас на берегу, наберем в нее немного речной воды, а затем накроем ее заклинанием. Когда Чанди подбежит к вам, она непременно упадет в яму. Я подготовлю одежду на расписной лодке. Когда вы выловите мою сестренку из воды, то отведете ее на лодку переодеться. Как дело будет сделано, вы будете считаться моим величайшим благодетелем и я поведу вас смотреть на лунные цветы.

Су Мое понаблюдал, как Фэнцзю окунает палец в чай и совершенно серьезно рисует для него карту местности. Он рассмеялся:

– Ваш четвертый дядюшка часто говорил, что вас, как единственную внучку Цинцю, слишком избаловали. С таким мятежным нравом вы постоянно нарываетесь на неприятности. Раньше я ему не верил, но теперь вижу, что ваша слава появилась не на пустом месте.

Фэнцзю вспыхнула от возмущения:

– Друг отца младшего дяди во всем ему потворствует, так что этот дядя сам только и делает, что нарывается на неприятности. Еще хватает наглости меня ругать! – И обиженно добавила: – На самом деле, когда мы с тетей впутывались в неприятности, мы трижды все взвешивали. – Она горестно вздохнула. – Но сейчас тетушке во всем потворствует ее муж, поэтому она может расслабиться. А вот мне все еще приходится все трижды взвешивать.

Су Мое поперхнулся чаем и воскликнул:

–…это полезная привычка!

Затем он потер лоб меж бровей и продолжил:

– Ваш план, конечно, хорош, но вы собираетесь втянуть в дело господина Си Цзэ… – Лицо его приняло сложное выражение. – Достопочтенный Си Цзэ не из тех, кого легко обмануть. Если он узнает, что вы его использовали, боюсь, вас будут ждать неприятности.

Фэнцзю с серьезным лицом задумалась. Потом подумала с еще более серьезным лицом. Наконец она очень торжественно и важно произнесла емкое:

– Его проблемы.

* * *

К ночи Фэнцзю нацепила на лицо маску, затаилась в прибрежных густо-зеленых камышах и приготовилась во все глаза наблюдать за происходящим.

Уперевшись в гору Дуаньчан, река Сысин медленно разливалась, образовывая спокойный залив. В его водах плавало множество запущенных жителями горы речных фонариков с записанными на них желаниями. Фонариков было так много, что казалось, будто в залив упали все звезды небосвода.

Сегодняшний вечер совпал с праздником в честь дня рождения Нефритовой девы, который с размахом отмечали местные жители. В день рождения Нефритовой девы, по тысячелетнему обычаю, мужчины и женщины находили свои половинки. В ночь праздника незамужние юноши и девушки надевали маски, наряжались и выходили гулять. Меж молчаливых трав и полевых цветов они кто песней, а кто танцем признавались спутнику в чувствах, и эти сердца образовывали крепкие и счастливые союзы на целую жизнь.

По слухам, из-за такого грандиозного события гора Дуаньчан закрывалась для посещений.

Фэнцзю потеребила маску на голове и хмыкнула про себя. Хвала врожденным задаткам и ее проницательности: если бы она не взяла с собой этой ночью маску, кто знает, проскользнула бы она к горам так же просто?

С реки подул ветер, вырвав из Фэнцзю предательский чих. Она нащупала в рукаве платок, вытянула парчовую ткань и вытерла сопли. Когда она подняла голову, то увидела, что Су Мое в пурпурных одеждах, исполняя роль Си Цзэ, уже занял свое место перед ямой с водой, которую она подготовила днем.

Как написал один смертный поэт:

Под ивами и полною луной

Мы свиделись, укрывшись темнотой[20].

Через мгновение на сцену, грациозно ступая, вплыла дева в лазурных одеждах и, дойдя до самого края скрытой заклятием ямы с водой, остановилась. В свете фонариков и огней рыболовных лодок встретились их с Су Мое взгляды.

Фэнцзю сжала кулаки и беззвучно взмолилась:

– Еще один шаг, ну же, еще один…

Но Чанди не пошла дальше. Со стыдом и смущением она слабым голоском попыталась выразить свои чувства:

– Господин Си Цзэ прислал мне письмо, и я его прочитала. Вы написали, что давно и страстно