Остров желаний - Лена Хейди

алые всполохи, но вместо того, чтобы присосаться к предложенному лакомству-лекарству, он отвернулся. И тут же был подбит разноцветной меховой ракетой, вылетевшей с кухни.

Повалив неприятеля на пол, кошко-гусеница припечатала его своей тушкой и с тихим угрожающим рычанием оскалила белоснежные клыки. Длинные и острые — зубы у моей зверюги были что надо, из маленьких лапок выскочили когти-кинжалы, а её плотное мускулистое тело напоминало питбуля, только мохнатого и длинного.

— Фуксик, фу! — опешив, прикрикнула я на своего пушистого телохранителя, и тот неожиданно меня послушал.

Окинув врага суровым взглядом, гусеница скатилась с него, запрыгнула на кровать и, потоптавшись, свернулась в клубочек за моей спиной, давая понять, что с таким защитником мне не страшен ни один вампир.

— Ты в порядке? — спросила я Эртена, когда тот плавным рывком вскочил на ноги.

— Кое-что сильно пострадало, — вздохнул он, присаживаясь на кровать между мной и эльфом. — Моя гордость.

— До свадьбы заживёт, — философски отметила я и уточнила: — Так что насчёт твоего питания? Моё предложение всё ещё в силе.

— Я весьма польщён, моя милая Кириэль, — мягко отозвался Эртен, и в его пронзительных чёрных очах промелькнуло обожание. Его приятный, с хрипотцой, голос нежной бархаткой прошёлся по натянутым нервам. — Но это не решит мою проблему. Да, я могу сейчас воспользоваться твоим великодушным предложением и испить твою кровь. Но это не утолит мой голод. Чтобы я пришёл в норму, в твоих венах должны бурлить кое-какие гормоны.

— Какие? — сглотнула я, начиная понимать, куда он клонит.

— Адреналин, серотонин и эндорфины, — пояснил вампир. — Вещества, поступающие в кровь во время занятия любовью. В моём чемодане был запас,

которого хватило бы на год. Его добровольно предоставили мне мои любовницы. Кровь находилась в стазисе, но на этом острове он исчез, и моя еда пришла в негодность: гормоны распались. Я торопился выпить всё, что было, но толку оказалось ноль. Наоборот, мой голод достиг предела. Пока я держу себя в руках — я с вами. Но ещё немного, и придётся уйти от вас подальше, на другой конец острова, — в его глазах промелькнула печаль. — Так что, если ты действительно намерена мне помочь, то должна позволить не только укусить тебя, но и сблизиться со мной во всех смыслах.

— И что это ты удумал? — раздался недовольный голос вошедшего в хижину Джея. На пару с Энжи он тащил длинные, ровно обструганные брёвна. — В каких это смыслах ты собрался сближаться с нашей женой?

— Милая Кириэль очень любезно предложила свою кровь, чтобы избавить меня от медленной агонии. А я ей сейчас объяснил, что для насыщения её кровь должна бурлить гормонами, выброс которых происходит во время секса. Я ничего не требую и ни на чём не настаиваю, а лишь уповаю на её милосердие, — с глазами больного и крайне несчастного щеночка заявил вампир.

— Э-э-э, а обычная еда тебе не поможет? Ну, там, мясо с кровью, например? — растерянно пробормотала я, лихорадочно пытаясь найти выход из столь щекотливой ситуации.

— Такой вариант не решит мою проблему, — поморщился Эртен. — Я вампир, и мне нужна свежая кровь с определённым химическим составом.

Джей с Энжи занесли брёвна в чулан, и Лин направился туда — что-то из них магичить. А я задумчиво посмотрела на вампира.

— Ладно. Хорошо, — тяжело вздохнула я.

В чулане что-то сгрохотало, и везде, включая кухню, резко повисла тишина. Такое чувство, словно весь дом погрузился в вакуум.

— Ты согласна? — глаза Эртена округлились, как два чёрных блюдца, в которых лихорадочно сменялись дикая радость и неверие в привалившее счастье.

— Да, — обречённо кивнула я. — После того, как я займусь любовью с мужьями, мы позовём тебя, и я протяну тебе руку, чтобы ты выпил мою кровь, насыщенную всем, чем тебе надо.

— Исключено! — решительно заявил Джей. — Пусть тогда пьёт мою кровь или Энжитара. Соглашайся, пока я добрый, — он нервно засучил хвостом по деревянному полу.

На растерянном лице вампира было написано, что это явно не то, на что он рассчитывал, но, как говорится, голод не тётка. Эртен мрачно кивнул и глухо выдавил из себя:

— Спасибо.

Глава 27. Побег

Эль

 

Нежным, лёгким касанием губ поцеловав мне руку, опечаленный вампир быстро вышел из хижины.

— Ну вот и ладненько, — изрёк Джей, когда за Эртеном закрылась дверь. — Родная, мы планируем оборудовать для нас спальню в этом закутке, — кивнул он мне на чулан. — Проводить жаркие ночи на кухонном столе, конечно, необычно и весьма экстравагантно, но мы всё же решили соорудить нам кровать. Энжи требует низкую, чтобы падать было не так больно. А то в эту ночь он едва не рухнул от твоего крика. Лин нам поможет. Надеюсь, ты не против? — наг выжидательно приподнял бровь, и я в ответ кивнула. — Отлично, тогда подожди несколько минут: мы закончим с кроватью и все пойдём обедать, хорошо?

— Ладно, — улыбнулась я.

Пока в чулане кипела жаркая работа, а с кухни доносились негромкие переговоры и грохот кастрюлек, я растерянно оглянулась по сторонам, не зная, чем себя занять. Моя ручная боевая гусеница куда-то слиняла, и теперь компанию мне составлял лишь лежащий без сознания принц.

Я взяла подушку Лина и легла рядом с Дэнтораном, внимательно изучая точёный профиль блондина. Его шелковистые волосы были чуть выше плеч и мило завивались кудряшками. Ровный нос, миндалевидный разрез глаз, аккуратные золотисто-пшеничные брови, мягкие розовые губы — этот ирлинг, лишившийся в детстве крыльев, был неприлично совершенен и жутко сексуален.

В мой пытливый мозг прилетела шальная мысль прильнуть к манящим губам в поцелуе: а вдруг спящая красавица, точнее красавец, проснётся? От одной этой мысли сердце забилось сильнее, и я с большим трудом поборола в себе сильное искушение.

Продолжая безнаказанно любоваться принцем, я вдруг заметила, что его подушка сбилась и вот-вот соскользнёт на пол. Решив, что я непременно должна исправить такой вопиющий непорядок, я мягким рывком выдернула подушку, уселась рядом с мужчиной и склонилась над ним, размышляя, как мне теперь приподнять его голову и подсунуть вытащенную вещь назад. И пока я рефлексировала на тему, что сиделка из меня ещё та, принц открыл глаза.

Так мы с ними замерли на секунду: я — в полнейшем замешательстве, и он