Княжна ночных воронов - Дина Сдобберг

она не обернулась. Кажется, княжна приняла решение, и оно не в пользу драконов. Не в мою пользу.

— Княжна! — мимо меня пробежали Рубик и Свона, но один из вранов опустился у них на пути и угрожающе раскрыл крылья, громко каркнув.

— Мы сейчас княжне все поперёк горла. После такого. — Подошла к ним Иза.

Глава 14

До сеновала, где ночевала в первую ночь, я дошла только на силе воли и чистом упрямстве. Никому не позволю увидеть, как мне сейчас плохо и насколько я слаба. Птицы никогда не склоняли головы перед драконами, даже понимая, насколько те превосходят нас по силе. Не отступали, даже зная, что впереди ждёт смерть. А тут…

Всего-то неблагодарные ящерицы! Одни слова, которые и недели не прошло, как ветер унёс, а за ними ничего!

Прежде чем забираться наверх, где хранилось сено, я передохнула, пользуясь тем, что меня никто не видит, и только потом полезла по приставной лестнице. Руки дрожали и до сих пор были деревянными. Вот смеху драконам будет, когда птичья княжна свалится с лестницы сеновала!

Забравшись наверх, я первым делом сняла мокрые вещи, что неприятно липли к телу. Благо Рарк ещё пока я стояла по шею в реке, слетал в комнату и принес мою походную суму. Годы противостояния с драконами приучили птиц всегда держать наготове всё, что может понадобиться в пути или в хране, где порой неделями пережидали нападения ящеров. Вот и я, хоть и не видела угрозы от драконов, чего их бояться таких недомытых, но от привычки, вбитой с детских лет, не избавилась.

Переодевшись в сухое, я вытащила пузырёк с прозрачной жидкостью. Вот специально для подобных случаев жар-корень и добывали высоко в горах, а потом настаивали. Одного глотка хватит, чтобы прогреть моё тело. Главное первые минут пять пережить!

Настой жар корня прокатился внутри огненным комком, прошибая сразу и горло и нос. Слёзы потекли неудержимым ручьём, и глаза защипало, как от лука. Завернулась в походное одеяло, надо попытаться уснуть, не хватало мне только ещё простыть да жарянку подхватить.

Какой-то шорох заставил резко обернуться.

— Ох, княжна! Да что ж вы так? — с приставной лестницы на меня смотрел Карл, мальчишка на побегушках при муже. Себя он, правда, гордо называл оруженосец.

— Крарк! — ответил ему сверху Тикар.

— А давайте, я вас в покои провожу? В покоях то по любому плакать удобнее. — Предложил мне драконёнок.

— Иди отсюда, а? — ответила я, шмыгая носом из-за настоя.

— А покушать? — настойчиво предлагал мальчишка.

— Ничего не хочу. — Пыталась спровадить этого проныру я.

— А если вкусненького? — не унимался оруженосец мужа.

— Исчезни, иначе лестницу сейчас столкну! — предупредила я.

— Крааа! — забил крыльями у края Рарк.

Я ещё некоторое время поприслушивалась, но поняв, что на сеновале остались только я и враны, свернулась клубком, надеясь уснуть. И тут же встрепенулась.

Стоило мне немного успокоиться, как я почувствовала, как дрожит нить связи с Гаркаром. Закрыла глаза, пытаясь дозваться до спутника.

— Каррак! — раздалось вскоре из маленького окна под самой крышей, а потом и сам Гаркар опустился ко мне на колени.

— Вернулся! — обрадовалась я встрече. — Как ты?

Гаркар взмахнул крыльями, пытаясь меня ими закрыть, словно я была птенцом, и упёр голову мне в грудь. Погладив по иссиня-чёрному оперенью, я попросила показать мне дом. Спутник охотно позволил мне смотреть его глазами и перебирать те воспоминания, что запечатлелись в сознании птицы за эти дни.

Чувство полёта сменилось узнаванием, и непонятно отчего я испытала больший восторг. Жители Вранова Когтя громко праздновали возвращение своего князя с невестой. Встречные норовили кинуть в князя и драконицу зерном и ягодами рябины, кто-то швырял звонкой мелочью. Брата любили, не смотря на суровый нрав и строгость.

Проезжая мимо какой-то девчонки, что вертелась на руках у матери, пытаясь добиться, чтобы её заметили, и изо всех сил тянувшей в сторону пары кривоватый букетик, брат наклонился. Детское подношение тут же оказалось в руках князя. Андрас протянул его Сирине. Та оглянулась, словно букет мог предназначаться кому-то ещё, и приняла, чем вызвала довольные выкрики и смех встречающей толпы.

А вот и княжий терем, каждый поверх украшен резным деревянным кружевом. Сердце заныло, узнавая родные места. Гаркар пристально следил за невестой брата. А та только успевала головой крутить и глазами хлопать. Всё вокруг её удивляло, даже страха невидно было. Андрас легко соскочил с коня и протянул руки к Сирине.

— Да я и сама уже могу ходить. — Сказала она, глядя на брата.

— Можешь, но не будешь. — Ответил ей Андрас. — Ярмил, пошли кого за знахаркой. Пусть к бабе Ядвиге бегут.

— Ой, а что за напасть? — всплеснула руками Радмила, наша ключница. — Раны ноют?

— Да не мне знахарка понадобилась, Радмила Пересветовна, не переживайте. Невеста у меня подранок. — Улыбнулся заботливой хлопотуше брат. — Велите в мою комнату горячей воды принести.

Андрас на руках занёс Сирину в свою комнату, ну теперь-то их общую.

— А это чьи покои? — первым делом спросила Сирина.

— Были мои, теперь наши. — Усадил её на широкую и мягкую скамью у окна брат, стянул с невесты странного вида короткие сапоги. И начал осторожно разматывать ткань с щиколотки Сирины.

— Вот, княже, принесла. Скоро и Ядвига пожалует. — Поставила невысокую бадью с парящей водой на пол ключница. — Ой-ё! Это где ж ты так?

Ключница у нас человек добрейший, любого примет и обогреет, вот только со злом в её сторону нельзя. Она как зло чует в раж входит, что под рукой будет тем и огреет.

— Это от цепи. — Призналась Сирина.

— От цепи? А кто ж тебя на цепь-то посадил. — Распереживалась Радмила.

— Брат. — Прозвучало в ответ.

— Брат? Это который нашей княжне достался? Это что же, этот злодеюка и нашу княжну на цепь посадит? — всплеснула руками ключница под шёпот девчонок прислужниц, что уже толпились в простенке у покоев.

— Я не знаю. — Совсем потерянно ответила Сирина, глядя при этом на брата. — Но если она будет послушна, то, наверное, нет.

— Наша Яромира? Послушна? Да она отрадясь даже таких слов не слышала и не знала! — хмыкнула ключница. — Только бывало, отвернешься, глядь, а она уже на конёк забралась, что твой галчонок! А наругаешь, так шкодничать начнёт и пакостить, всё равно, что нечисть болотная! То скорлупы в тесто для блинов намешает, то соль с сахаром пересыплет. А тронет кто, то только держи! Полетят клочки в разные стороны.

— Так она же княжна… — хлопала глазами Сирина.

— И что? Ей титул драться, никогда не мешал. Рукава да,