Завидные жёны - Ева Финова

попытался неумело оправдаться за подобное приключение.

Я ему подыграла:

– И правда, как хорошо осознавать, что тебя никто не подслушивает, приложив стакан к стене.

– О, и как только браться Стоуны терпят этого Милча, наша прислуга никогда бы не позволила себе подобное. Робин – бывший военный, удивительно собранный и ответственный. Доверив ему секрет, можно быть уверенным на все сто, что больше никто ничего узнает, во всяком случае, не из его уст.

– То ли дело Мередит, – я вздохнула, припомнив недавнее обвинение в мой адрес. – Равьен только зыркнул, а она уже все секреты рассказала.

– Кстати, о секретах, – супруг вдруг заинтересовался.

К тому моменту он наконец справился с пробкой и протянул мне бутылку, запить пряное мясо. И правда, овощей и фруктов очень уж не хватало.

– Я прихватил сушёные абрикосы, хочешь?

Кивнула и глотнула игристый напиток, совсем немного, чтобы промочить горло и не икать от сухомятки.

– Они вот здесь, – подсказал Витони, подхватил одну и протянул мне прямо к губам. Подавила в себе ненужное смущение и отправила сухофрукты в рот, нечаянно коснувшись губами его пальцев.

– Кхм.

– Прости.

Настала неловкая тишина. А я вновь принялась за курицу и ещё раз глотнула мускатное фрэ, прежде чем вернуть бутыль обратно.

– Напомни, что ты там говорила про кражу?

– М-м-м? – я чудом не подавилась. – О какой-такой краже речь?

– Ну как же, ты ночью прибежала ко мне напуганная. неужели в твою комнату захаживала та самая бабушка, которую я видел сегодня утром?

Я склонила голову набок. Не понимаю, о чём он.

– Призрак, помнишь?

– А! – и тут меня осенило. – Точно же! Вот что ты имел в виду. Да, у меня украли два медных и наш план, ну… – смущение против воли окрасило мои щёки. Но как хорошо, что здесь темно и мало что видно, – тот список «Разрешено – запрещено».

– Да уж.

Вовремя сын Ильжаны замолчал, ведь в этот самый миг раздался громкие шорохи и шум снаружи. Витони отсел подальше и подтянул к себе корзинку, я затаилась, сидя на стоге сена. Мне вдруг стало боязно от того, что нас обнаружат на сеновале и пустят скабрезные слухи, и пускай мы уже женаты. Но чем думал виконт, когда предлагал мне подобное времяпрепровождение? Ума не приложу!

Тем временем дверь открылась, и внутрь крадучись вошла молоденькая служанка в чёрном шерстяном платье и белом передничке. Она тихонько пробралась вглубь амбара и заговорила первой.

– Хозяин, я пришла с новостями…

А в ответ тишина. Мы с Витони недоуменно переглянулись. Я только сейчас пожалела, что как следует не разглядела её лицо, ныне она скрывалась от нашего взора, будучи внизу, под досками пола второго этажа.

– Равьен и Джульен подрались, а орчанка по имени Оша их разнимала. Дом стоит на ушах, там такой скандал. Так ещё Тониас Швайзер вовремя прибыл на интервью, так что эта новость точно появится в завтрашних газетах. Вот, хочу вас заранее оповестить.

И снова молчание было ей ответом. Витони возмущённо приоткрыл рот, но я не нашла ничего лучше, чем сунуть ему куриную ножку под нос, чтобы он нас не выдал. Ясно же, что служанка пришла не к нам! Она наверняка подумала по вещам внизу, что здесь кто-то есть. Вот и стала рассказывать новости.

– Ой, а что здесь, – она будто мысли мои прочла. – Книга? Как опознать влюблённость? И легенды о странствиях Арнарда Манью? О, а я его читала. Это вы мне принесли, да? Шахматы?..

Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Ведь оставь я внизу обувь, горе-шпионка наверняка подумала бы, что и они тоже подарок для неё. И идти мне обратно босиком.

– Спасибо, конечно, но я бы попросила вас вместо всех подарков лучше подарить мне освобождение моих родных. Я уже очень давно хочу их увидеть. Прошу! Позвольте хоть убедиться, что они живы и в полном здравии.

И снова никто не ответил. А вот тут я заподозрила неладное. Кто же это такой, раз запугивает служанку угрозами о здравии родных? Неужели то, что она сказала сейчас – правда? Её родственников похитили?

– Что ж, видимо, я слишком многого хочу, – шпионка вздохнула и отправилась было обратно, однако вот незадача. Новые шумы и крики снаружи заставили её спешно искать укрытия.

Я толком испугаться не успела, что наше уединение раскроют, как вдруг внизу всё стихло и послышались скрипы, другие, нежели в прошлый раз.

Хм.

Неужели кто-то планирует открыть ворота? Это же сколько света будет?

Схватив за локоть, Витони увлёк меня в стог, и мы вдвоём в непристойной позе скрылись в сухой колючей траве.

Вовремя. Потому что даже сквозь плотный слой сена пробивались солнечные лучики, которые брызнули внутрь, едва громкий скрежет оповестил о прибытии гостей.

– Говорю ж тебе, ласточки низко летают, и облака вон какие, дождина ливанёт на весь день, – делился познаниями фермерский работник. – Надо в коровнике и конюшне заранее наполнить кормушки.

– Да-да, – поддакнул другой. – Скажи мне лучше, где твои вилы, руками накидывать телегу будешь, а?

– Дык вот же они, у стеночки. – После этих слов послышались шаги и тихий скрежет. – Давай вон те, что посуше?

– Помогай тогда, – ответил ему помощник.

Эти двое, судя по звукам, вкатили внутрь тележку и стали угрожающе приближаться к лестнице на второй полуэтаж, где и прятались мы. Но вот громкий шум стих и работники фермы принялись загребать вилами сено, а я аккуратно поправила затёкшую руку и слегка переместила бедро. Так уж вышло, что Витони лежал снизу, а я сверху, но оба мы были одеты, так что ничего неприличного себе думать я даже не позволяла.

– О! Гляди-ка! – крик снизу отвлёк меня от провокационных мыслей. – Туфелька, женская. Ха!

– Дорогая, хозяйская…

– Точно ведь средненький тута порезвился. Он у нас падок на женскую красоту.

– Думаешь? – усмешка в ответ послышалась крайне отчётливо. Чудом не кивнула. – А можа, старшенький, а? Он-то весь из себя скрытный, ничего о нем не узнать.

– Так отбор же