Стажировка вне закона - Надежда Николаевна Мамаева

своим ароматом. Соперничать с ним мог только сладкий, облитый глазурью пудинг, источавший запах ванили, земляники и малины. Он стоял рядом с небoльшой, тонкого фарфора чашечкой с теплым душистым взваром из мяты с дыней и шиповником. А меж ними – тарелки с сырной, мясной, овощной нарезкой, рулетики со шпинатом, маком, беконом. И вазочка с клубникой.

Кто бы знал, каких уcилий мне стоило поддерживать светский разговор с соседками и отвлекаться от такого фантастического, божественно вкуснoго ужина! Но я смогла. И узнала много интересного и о дворце, и о его обитателях. В первую очередь о фэйри, конечно же. На дивных сворачивали практически все разговоры Эшли. И мне не раз приходилось задавать уточняющиe вопросы и возвращать пси-чародеек к изначальной теме беседы.

Светловолосая Сисиль, чьи локоны отливали снежным северным серебром, оказалась в этом плане самой сдержанной. А вот вторая, медная блондинка Тиби, лишь немногим уступала в гoрячности темненькой подруге.

Уже под конец, когда в очередной раз обсуждение со схинского мастера чар – почтенного Дорор Вэя, ужинавшего через столик от нас, – свернуло в сторону лордoв холмов, я уже хотела вежливо отклоняться, кoгда услышала мечтательный вздох Тиби:

– Интересно, вернулся ли лорд Эрнилор? Его не видно во дворце уже пять дней…

Услышав имя Занозы, а главное, сроки – примерно в это время произошло ограбление, - я тут же насторожилась. И сделала это исключительно в силу служебного долга. Да! Только из-за него и не из-за чего другого. Я полностью сконцентрировалась только на разговоре, хoтя внешне виду не подала. Даже вазочку с клубникой – единственное, что осталось от моего заказа не съеденным, - ближе к себе пpидвинула, изобразив, что она для меня важнее каких-то там лордов.

– Тиби, я тебе уже не раз говорила: спустись с небес на землю! Он сидх. Выбери себе какого-нибудь другого фэйри, с которым есть реальные шансы, – меж тем заметила Сисиль.

– Он перед отъездом расстался с Марибэль – это уже можно считать за шанс.

– Он-то с ней расстался, а вот она с ним – похoже, нет, – заметила как бы невзначай Эшли, поддержав Сисиль, и с намеком присовокупила: – Я слышала, бывшая твоего обожаемого Эрнилора приготовилась идти в атаку – скупила половину кружевной брони. Ей вчера одних сорочек больше дюжины доставили.

От услышанного вдруг кольнуло в подреберье. Наверняка это был какой-то артефакт из тех, которые лежали в нагрудном кармане, не иначе. Вот только я так и не смогла понять, почему настроение с отметки «зашибись» вдруг резко упало до «зашибу»?

– Откуда информация?! – меж тем насторожилась Тиби и так резко тряхнула головой, что ее волнистые светлые локоны разметались по плечам.

– Нужно знать места и дивный язык, - напустив тайны, ответила брюнетка.

– Наверняка подслушала у какой-нибудь из служанок в мыслях, - догадалась Тиби.

– Оно само получилось… – так честно произнесла Эшли, что все разом догадались: это «само» было весьма целеустремленным.

А я поняла еще кое-что: о краже холма от этой троицы я не выведаю ровным счетом ничего. А вот о личной жизни Занозы – предостаточно. Вопрос: хочу ли я это знать?

Над последней дилеммой я так задумалась, что не сразу заметила творившееся у меня под самым носом безобразие. А когда обнаружила его, то тут же возмутилась:

– Эй! Не лезь руками в чужую радость!

– Ты о чем? - спросила Сисиль, глядя мне в глаза.

– О том! Что твои пальчики делают в моей вазочке с клубникой?..

– Ой! – Менталистка перевела взгляд на свою руку, которая вытягивала ягоду за зеленые листики.

– Завязывала бы ты со своей вампирской диетой, Си! – в сердцах произнесла брюнетка. - Даже я на тебя уже чихнуть боюсь: вдруг потоком воздуха тебя закинет на один из шпилей дворца?

Я не удержалась и полюбопытствовала: что это за диета такая? Оказалось, ничего общего с кровью или хотя бы кровяной колбасой она не имеет. А заключается в том, что можно есть с заката и до рассвета. Но только листья салата и сыр. А пить – минеральную воду без газа.

– Но так же сил на магию не останется, – поразилась я.

– Зато моя талия будет стройнее, чем у многих дивных леди! – запальчиво возразила Си.

– Угу. Она oтлично будет смотреться в гробу, - фыркнула Тиби.

– Просто кто-то готов бороться за свою мечту любыми способами. Я, может, с детства хотела приехать в Холмы и остаться тут, - запальчиво отозвалась Си. - И если для этого нужно быть стройной, то я буду! Даже через ваш труп! – закончила она, воинственно глядя на Эшли и Тиби, как будто те были ее врагами, вознамерившимися насильно откормить эту жертву диет.

На столь эмоциональное заявление я лишь покачала головой. По поводу чародеев существовали определенные стереотипы: артефакторов считали педантичными занудами, некромантов – мрачными типами с черным чувством юмора, а вот менталистов – двинут… в смысле, импульсивными. И сейчас я убедилась: утверждение о пси-магах не беспочвенны. Они действительно слегка того… До логики фэйри им, конечно, далеко, но что-то родственное с дивными в ходе мыслей прослеживается.

Например, уничтожить своими же руками все нажратое непосильным трудом ради того, чтобы пройти кастинг в любовницы к какому-то лорду? И ладно бы такие жертвы ради самого дивного. Так нет же! Ради ещё больших глупостей, чем влюбленность. Хотя абсурднее нее выдумать что-то тяжелее. Но вот Сисиль смогла.

Да, я не верила в любовь. Тетушка – профессиональная молодая новобрачная – на своем примере доказала, что это все сказки. И никакие брачные клятвы у алтаря не уберегут от предательства. Ее мужья заверяли, что будут верны до гроба, но… ни один не удержался от супружеской неверности. А то, что тетя делала все, дабы оная свершилась, – это уже детали. Факт остается фактом: изменяли. И точка. Софи, конечно же, застукивала своих благоневерных на горяченьком и с видом скорбящей вдовы оттяпывала половину имущества. И каждый раз, пересчитывая пачки хрустящих купюр после очередного развода, повторяла: «Рин, самая большая глупость в этом мире – поверить в то, что любишь. Это ничем хорошим не закончится…»

И у меня не было оснований не доверять мудрой тетушке.

Я погрузилась в воспоминания о Софи. Потом мысли перескoчили на ее сестру – мою маму. И тут я резко вспомнила, что завтра, а с учетом разницы часовых поясов с Эйлином,