Его невинная Алая - Виктория Скляр

— Ты готов? — спросила я Ланселя, который стоял и невозмутимо вглядывался в большое окно. Там можно было разглядеть кровавые лужи, что еще не до конца стерлись дождем. Вчера казнили пятнадцать амазхок — жестоко и беспощадно. Любимым способом убийства в Андроге было отрубание головы.

Меня потряхивало от образов, что преследовали всю ночь. Я сегодня почти не спала, слыша крики и проклятия амазхок, что должны были умереть. И Лансель был моим единственным спасением. Он прижимал меня к себе, заставляя слушать ритм своего сердца, а не голоса за окном.

— Нет, — честно признался мужчина, передергивая плечами.

Сегодня он больше не обязан был одеваться, как настоящий раб в глазах амазхок. Поэтому выбрал простую широкую рубашку и обычные черные брюки. Волосы у него торчали в разные стороны, как будто он забыл их расчесать.

— Я тоже, — сухо вторила его ответу я, заплетая огненные пряди в косу, но она каждый раз расплеталась, будто бы издеваясь. — И что будем делать? В Дертагоре?

— Выживать, — просто ответил Лансель, поворачиваясь ко мне лицом. — И мстить, — добавил он, и нас позвали на выход.

Глава 8

Путь до Дертагора занимал двое суток и все это время мы были вынуждены передвигаться на лошадях.

На лошадях! Да этот мир просто издевался надо мной. В то время как на Аше можно было телепортироваться, в Саге ничего подобного еще не создали.

Когда мы с Ланселем спустились вниз и покинули замок, задерживаясь во дворе, я застыла, как громом пораженная, видя, что стояло десять лошадей, как ни в чем не бывало пасущихся посреди двора.

— Это шутка? — дрогнувшим голосом спросила я у Жаситы, что была здесь. Она решила проводить нас в добрый путь, ведь теперь была Первой и подле нее находились ее верные подданные, что продали Кадди и помогли поймать всех предательниц.

— Ты о чем? — спросил не понимающий Лансель. Он-то на лошадях, наверное, каждый день катался, а вот я…

— Транспортное средство меня немного пугает. Нет, сильно пугает, — я нервно сглотнула, бледнея от перспективы просто залезть на это чудовище. Хотелось прижаться к Лансу, однако, сейчас это выглядело бы жалкой попыткой спасения. А я не могла себе позволить пасть в глазах окружающих столь низко.

Сегодня Жасита была в высшей мере прекрасна — в ее волосы была вплетена корона, подле нее стояли ее Вторая, Третья и Четвертая, а в ногах валялись влюбленные Серые. Казалось, что ее счастью и величию не было предела, ведь за столь короткий срок моего пребывания она добивалась всего, о чем грезила множество лет. Длинное в пол сапфировое платье подчеркивало глубину и красоту глаз женщины, а бардовая, с оттенком вишни помада демонстрировала манящие линии губ. Да, она была красивой и сумасшедшей. Возможно, это были те качества, которыми должна обладать истинная королева амазхок.

Я не знала.

Кахор тоже сегодня приоделся — шелковая черная рубашка, что подчеркивала белизну чистой молочной кожи, черные брюки, демонстрирующие длинные ноги. А завершали образ начищенные до блеска серебристые сапоги до колен. Короткие волосы он зачесал назад, явно пытаясь походить на отца. Но он и рядом с ним даже не находился — щуплый и жестокий.

— Выглядишь слишком пристойно, — высказался по поводу моего наряда Кахор, кривя губы в недовольстве.

Я сегодня выбрала для поездки бежевые зауженные брюки из атласной ткани, походную серую рубашку с длинными рукавами и длинный черный плащ до колен с глубоким капюшоном.

— Тебя не спросила, — огрызнулась раздраженно я, и, кажется, Кахору это даже понравилось. Вон как глаза заблестели, даже противно стало. И это мой будущий муж. Герои его дери!

— Дети, прекратите, вам нужно научиться уживаться друг с другом, — шикнула на нас Жасита, недовольно кривя губы. Вот только в глубине ее глаз я заметила удовлетворение. Вот только чем именно — действиями Кахора или же моим поведением? Вопрос оставался открытым.

— В любом случае нам уже пора отправляться. Как джентльмен я дам своей невесте выбрать себе лошадь, — и Кахор вытянул руку, мол, любая твоя.

А я нервно сглотнула, бледнея еще сильнее. Хотя вроде бы сильнее уже было некуда.

— Эм… я лучше пешком пойду. Долго, зато для фигуры полезно, — начала отнекиваться я, делая неосознанный шаг назад и в сторону от лошадей.

А те еще и будто издеваясь одновременно заржали, заставляя меня вздрогнуть и отпрянуть еще дальше.

Страх, да и только!

— Погоди, — явно понял, что к чему Кахор и начал веселиться от происходящего. — Ты что, боишься лошадей? — улыбнулся парень, складывая руки на груди и подходя ближе. Ему-то весело, а мне вот совершенно нет. Я даже почувствовала, как от страха мое пламя уменьшилось раза в три, предательски дрожа и затухая с каждой секундой сильнее.

— Не твое дело. И вообще страх это совершенно нормально. В моем мире все передвигаются с помощью пентаграмм перемещения, а не на живых, непредсказуемых и страшных животных, — я вся дрожала, осторожно отходя дальше и подходя ближе к Ланселю. Он был моей единственной защитой в этом мире, особенно в Дертагоре.

— Ох, никогда бы не подумал, что кто-то не умеет ездить на лошадях. Что ж, ты можешь поехать вместе со мной, — улыбнулся белозубой улыбкой парень, манерно откидывая челку со своего лба. — Так мы въедем в столицу как истинная пара.

Я испуганно начала озираться по сторонам, представляя, что еду в тесном обществе Кахора и поняла, что и минуту с ним не выдержу. И тогда сама стану королевой, только без короля. Идея, конечно, неплохая, да вот только Лансель сам хотел брату отомстить, и вмешиваться в кровные разборки мне не особо хотелось. Тем более мешать каре, которую он так хотел сотворить.

— Я… — только хотела ответить категорическим отказом, но мать меня опередила.

— Отличная идея, Кахор. Это так великодушно с твоей стороны, такая забота о собственной невесте, — радостно захлопала в ладоши Жасита, прыгая на месте, как полоумная.

И как она смогла, так жестоко расправится с Первой, если была не здорова умом и телом?

Рядом со мной всем телом напрягся Лансель, но уже через секунду он стоял, как ни в чем не бывало. На его лице не дрогнул ни один мускул, и я от отчаяния даже не знала, что делать и чувствовать. Он ведь знал, что я не выдержку в обществе его брата и минуты, а сам в итоге… просто стоял и смотрел, будто я пустое место.

Что с ним? И почему он так себя вел, как настоящий предатель?

В