Тайны моего босса (СИ) - Трифоненко Елена

Анна Сергеевна, кажется, хотела рассказать мне о каждой банке. Ее тарахтение убаюкивало, я могла бы его и сто лет слушать, если бы не начала замерзать.

— Держи, Яночка, — Анна Сергеевна неожиданно всучила мне банку с чем-то оранжевым. — Это кабачковая икра, дома попробуешь.

— Зачем? — смутилась я. — Не надо.

— Надо, еще как надо! — возразила она. — Очень вкусно и полезно. Вечером намажешь на хлеб и съешь с чаем.

— Спасибо. — Я решила не спорить, очень уж хотелось наверх. Я уже вся покрылась гусиной кожей и тратила все силы на то, чтобы не дрожать.

— И вот еще возьми! — Анна Сергеевна сунула мне еще одну банку. — Малиновый джем. По дедушкиному рецепту. Тоже дома попробуешь. Если понравится, позвони мне: я тебе рецепт продиктую.

Я покорно приняла очередной дар, и ноги сами понесли меня к лестнице. У меня уже зуб на зуб не попадал. По-доброму вспоминалась та жара, что стояла на улице. Анна Сергеевна догнала меня, когда я уже забралась на пару ступеней. Властной рукой она стащила меня обратно, отволокла к пирамиде из деревянных ящиков.

— Яблок возьми немного, — капризно потребовала Анна Сергеевна, зачерпывая в одном из ящиков целый ковш яблок. — Мне девать некуда.

Я открыла рот, чтобы напомнить: свободных рук у меня нет — в одной — икра, в другой — джем. Да вот только Анна Сергеевна оказалась проворней: не дожидаясь возражений, она открыла мою сумку и ссыпала свой ковш яблок туда. К счастью, после этого мы наконец вернулись на кухню.

Свекровь Анны Сергеевны уже заварила чай, порезала невесть откуда взявшийся пирог. Меня усадили за стол, стали потчевать всеми имеющимися в доме видами варенья.

Как только я выпила одну чашку чая, мне тут же налили другую. Свекровь Анны Сергеевны захотела показать мне фото своего покойного мужа, принесла старый фотоальбом. И в этот момент (ужасно некстати) позвонил Григорий.

— Опять в лифте застряла? — с сарказмом спросил он.

— В смысле?

— Я тебе минут двадцать назад трижды набирал — ты была вне зоны действия сети.

— А, это я в погребе гуляла, — поспешила оправдаться я. — Там связь плохая.

— В погребе? — переспросил босс. — Что ты там делала? Ты попала в лапы маньяка?

— Не совсем. Я тебе чуть позже расскажу, сейчас некогда.

— С удовольствием выслушаю твой увлекательный рассказ по дороге на работу, — сварливым тоном проговорил он. — Давай подгребай к машине, ехать надо.

Я покосилась на радушные лица Анны Сергеевны и ее свекрови. Этим двум женщинам явно не хватало общения.

— Лапуля, не ругайся, пожалуйста, но я тут еще не закончила, — виновато пролепетала я. — Мне еще минут двадцать нужно. Я беру интервью у местных жителей.

— Яна, ты обалдела? — Голос Григория снова наполнился металлом. — У меня вообще-то дел по горло. Немедленно заканчивай свое чертово интервью и иди к машине.

Меня опять бросило в пот и отнюдь не из-за жары.

— Езжай без меня, — выпалила я в телефон. — Я потом на автобусе доберусь.

— Сюда подошла! — рыкнул босс. — Быстро. Дважды не повторяю.

— Ничего не слышно, — с подчеркнутым сожалением произнесла я. — Наверное, опять что-то со связью. Ты езжай, езжай! За меня можешь не волноваться.

Григорий, кажется, не купился, заклокотал:

— Яна, ты что тут устраиваешь? Неприятностей захотела?

Я молча сбросила вызов, отключила телефон. Ну не могу я грубо поступить с двумя пожилыми женщинами, отнесшимися ко мне с такой добротой. Не могу! Сейчас быстренько посмотрю фото, дослушаю байки о варенье, а потом сразу помчусь в офис. Клянусь.

Глава 12

Глава 12

От Анны Сергеевны я вышла нагруженная, как верблюд. В одной руке у меня была авоська с джемом и кабачковой икрой, в другой — пакет с сушеной мятой, помидорами и морковью. Я, честно, пыталась отказаться от всех этих даров. Я умоляла пожилых женщин о пощаде, но они не вняли.

Каково же было мое удивление, когда чуть отойдя от дома новых знакомых, я увидела, что в переулок сворачивает автомобиль Григория. «Гелендваген» поравнялся со мной и притормозил. Мне хватило одного взгляда на сердитое лицо босса, чтобы понять: он оказался тут не случайно.

«Особого приглашения» я дожидаться не стала. Потупив взор, влезла в машину, устроила свои пакеты между ног. Ничего не говоря, Григорий развернул «Гелендваген» и снова повез меня в неизвестном направлении.

Некоторое время мы молчали. Потом я, как это обычно случается, осмелела и решилась спросить:

— Как ты меня нашел?

— Отследил по камерам, — процедил босс. — В поселке своя система видеонаблюдения.

— Прикольно! Я смотрю, ты профессионал своего дела: продумал каждую мелочь.

Он поморщился, недовольно выдохнул. Ага, значит, лесть, мы не любим.

— Извини, что задержалась, — пробормотала я, покопавшись в одном из пакетов, выудила оттуда самый крупный и спелый томат. — Помидорку хочешь?

Глаза босса полезли на лоб.

— В твоем списке фактов написано, что ты без ума от помидоров, — важно пояснила я. — Но вообще у меня еще и морковь есть, только ее чистить надо.

Григорий не оценил мою щедрость, грозно сведя брови на переносице, проскрипел:

— Яна, меня уже достала твоя безалаберность. Такое чувство, что ты просто развлекаешься, мотая мне нервы.

— Я? Развлекаюсь? — Мне почему-то стало обидно. — Вообще-то я брала интервью у твоих покупателей — я не могла прерваться по щелчку. Как представитель застройщика, я не имела права показаться грубой и невежливой. Короче, вовсе я не безалаберная. Наоборот, ответственная и добросовестная.

— Значит, ты просто не умеешь расставлять приоритеты, — парировал босс. — Сейчас не время терроризировать моих покупателей своими дурацкими интервью.

— Почему это дурацкими? — искренне удивилась я. — Интересный контент в соцсетях всегда привлекает новых клиентов.

Он закатил глаза, потом, чертыхнувшись на подрезавшего нас водителя, произнес с нажимом:

— Яна, твоя главная задача сейчас — идеально сыграть мою девушку. Интервью подождут до нашего возвращения из Сочи.

Да? Ну ладно. Я решила немедленно продемонстрировать, что с приоритетами у меня все о’кей: стала копаться в сумке в поисках листочков с биографией Григория. К сожалению, везение было не на моей стороне: одно неловкое движение — и я просыпала на пол большую часть выданных Анной Сергеевной яблок. Те, само собой, раскатились во все стороны.

— Как нынче странно проходят интервью, — хмыкнул Григорий. — Ты брала его на дереве?

Стараясь не глядеть в его сторону, я резво собрала все яблоки, запихала обратно в сумку.

— Кхе-кхе… У меня есть несколько вопросов по твоей биографии. — Я все-таки выудила из сумки злополучные листы. — Вот, к примеру, про сводного брата интересно. Ты совсем ничего про него не написал: даже имени нигде не упомянул.

У Григория сразу стало такое лицо, будто у него зуб разболелся. Или голова. А может, даже все сразу.

— Вы поцапались? — догадалась я.

— Что? — Григорий вздрогнул, бросил на меня короткий, напряженный взгляд. — Нет, мы не цапались. Мы как-то с детства не особо дружим. Этот чудик всю дорогу пытается меня копировать. Бесит — адски.

— Правда?

— Ты даже не представляешь, насколько у него проблемы с башкой. — Григорий прямо закипел — так крепко сжал руль, что костяшки пальцев побелели. — Стоило мне купить новую куртку — этот крендель сразу бежал к папочке за деньгами, чтобы заполучить такую же. Стоило мне раздобыть классные кроссовки — он через день находил себе ту же модель. Из-за этого мы выглядели как клоны. Нас, черт возьми, дразнили в школе, но этот придурок даже не подумал перестать мне подражать. До смешного доходило. Когда мне захотелось в бассейн — ему тоже стало туда надо. Когда я вздумал отращивать волосы — он сразу перестал стричься. Еще он, кстати, любил тайком брать мои вещи.

— Действительно, странный, — согласилась я. — А зовут-то его как?

— Зовут? — Григорий скривился (кажется, он нечасто-то называл брата по имени). — Максим. Макс.