Хлоя Нейл - Правила дома

— Так вот как маяк выглядит внутри.

— По крайней мере в 1979 году, когда это место было укомплектовано в последний раз, — сказал Джонах.

— Это объясняет искусственное дерево и латунь.

— Да, — согласился он. — Не похоже, чтобы мы заполнили его с оборудованием, так что я предполагаю, это более безопасный дом, чем штаб-квартира. Но он служит своей цели. Подожди минуту. — Он подошел к винтовой лестнице, положил руку на железные перила, и крикнул вверх по лестнице, — Мы здесь! Идите вниз.

С какофонией обуви по металлической лестнице, вниз спустились восемь мужчин и женщин, большинство из которых были одеты в футболки с надписью ВЕЧЕРНЯЯ ШКОЛА — это была визитная карточка членов КГ, Джонах снова присоединился ко мне, а группа собралась перед нами. Некоторые из них были знакомы мне, наверное, видела их лица в череде событий, куда КГ посылала своих членов. Один из них выглядел конкретно знакомым. Гораций, ветеран гражданской войны со склада, стоял рядом с невысокой, кудрявой девушкой с темной кожей и улыбающимися глазами.

Он по-прежнему носил старомодную одежду, она благоволила к джинсам, из за чего немедленно мне понравилась. Их руки были переплетены, а ноги едва касались, когда они стояли рядом друг с другом.

Они источали хорошую атмосферу, и они были не единственными. Все восемь членов стояли парами и только Джонах и я в этой группе были, не парой. Неловкость нарастала, я грызла свою губу.

— Знакомьтесь, — сказал Джонах, — это Мерит. У тебя еще будет время, — сказал он мне, — мы отложим формальное представление для другого времени. Достаточно сказать, это Красная гвардия Чикаго.

Я помахала немного слабо, пока мое сердце тревожно билось. Джонах смирился, когда узнал, что я влюблена в Этана. или нет? Надеялся ли он, что мы каким-то образом будем вместе? Поэтому я была обеспокоена этим.

Но обсудить это здесь — было неудобно.

Но и не было никакого пути обойти это. Не было никакого способа избежать этого вопроса, если я собиралась полностью посвятить себя. Говоря откровенно: я могла присягнуть КГ, я могла присягнуть Джонаху, как моему партнеру КГ.

Но я уже отдала свое сердце Этану, и я хотела, чтобы это было всем ясно.

Я повернулась к нему. — Могу я поговорить с тобой минутку? Наедине?

Джонах слегка улыбнулся, как будто он ждал этого вопроса.

— Я… Я просто. — Я прочистила горло, так же громко и неловко, как и чувствовала себя.

— Я просто хочу, чтобы все знали, где я.

— Я знаю, где ты находишься, — сказал он.

— Это не всегда случается, когда партнеры КГ вступают в романтические отношения. Мы называем это эффектом совместительства —. Я приподняла брови в стиле Этана.

— Как в ТВ-шоу?

— Да. За годы своего членства, они проработали вместе, часто под прикрытием. Тебе не зарегистрироваться в качестве партнера, если у тебя нет взаимопонимания с ним. — . Он указал на меня, потом себя.

— У нас есть взаимопонимание. Но это не должно стать романтичным. — покраснев я почувствовала слабое покалывание в своих руках и догадалась, что он принес сталь. Это было последействием закалки моего собственного меча: мой клинок сочетался с моей кровью и в результате у меня была чувствительность к металлу.

Джонах поднял крышку. Внутри на куске алого бархата лежал поразительный кинжал. Сделанный из цельного блестящего куска стали, лезвие было наточено от его основания до кончика, создавая смертоносных триста шестьдесят градусов.

— Он прекрасен, — сказала я.

— Думаю, да, — сказал он с легкой улыбкой. Он держал лезвие, позволяя свету красться вниз по стали лентой.

— Мы идем по острию ножа между мирами — вампирами и домами и не редко чувствуем себя полностью частью того или другого.

Мы видим вещи, которые большинство вампиров предпочитают игнорировать, но это знание дает нам власть. Это и наше проклятие и величайшее оружие. Оно может быть жестоким, и оно может освободить нас.

Как член Красной гвардии, ты стоишь за честь, а не гордость. ты выступаешь за вампиров, а не за ассоциации. Ты стоишь за тех, кто не может постоять сам за себя и за честь.

Джонах коснулся острия лезвия, уколов палец. Капли крови появились там, посылая сладкий, металлический аромат в воздух.

— Ты стоишь за меня, — сказал он. — А я за тебя.

Он размазал капли по изгибу клинка, который мерцал от магии пролитой крови вампира, как сделал и мой меч.

— Твоя очередь, — сказал он. Съежившись в ожидании боли, я уколола палец, а затем коснулась своим пальцем к лезвию кинжала, уже отмеченному кровью Джонаха и магией, слабо светящемуся красным —. Никогда больше это лезвие не прольет нашу кровь снова, — сказал он.

— И пусть сталь всегда напоминает нам о силе дружбы, чести и верности наших товарищей —. Он посмотрел на меня. — Ты клянешься своей лояльностью к вампирам, независимо от дома, независимо от союзников, независимо от принадлежности?

Ты клянешься быть стражем порядка, справедливости и умеренности, и восстать против любой власти, что грозит тем, кто не может защитить себя?

Я с трудом сглотнула, зная, что это был момент. Это был мой последний шанс сказать "нет" КГ. или посвятить два десятилетия служению.

Призвание было почетно, и мой выбор был ясен.

— Я клянусь, — сказала я, зная, что сделала правильный выбор Он протянул руку и поцеловал меня в щеку, поцелуй был бесспорно коллегиальным, но все же нес магические искры.

— В таком случае, мы партнеры, а ты застряла со мной, малыш.

Я улыбнулась ему. — Я сделаю все возможное. Не то, чтобы я могла сделать что то намного хуже чем ГС прямо сейчас.

— Правда, — сказал он, положив нож в коробку, выдвинул ящик стола и сунул туда коробку.

— Здесь есть еще одна вещь, — сказал он, протягивая мне маленькую серебряную монету. Она была размером с четвертак, и на ней было выгравировано изображение человека на лошади и надпись Сент Джордж.

— Сент Джордж? — спросила я.

— Покровитель воинов, — сказал Джонах. — Мы приняли его для КГ также. Этот знак, напоминание что ты не одинок и здесь есть мы, готовые помочь.

— Спасибо, — сказала я, пряча медаль в карман.

— Ты знаешь, твоя жизнь вот-вот станет намного сложнее.

— О, хорошо, — легкомысленно сказала я. — Мне наскучил статус-кво.

— Да, как оказалось. я на самом деле спас тебя от скуки и отчаяния.

— Я не скучала с тех пор, как стала вампиром.