Наложница особых кровей (СИ) - Грин Агата

Деньги, которые перевели на мой счет – плата за работу в качестве эмпата!

Я не наложница и не стану ей; пусть только попробуют меня принудить – и я покажу им кузькину мать!

И все же логические рассуждения проиграли в схватке эмоциям, и меня так накрыло, что я стала порывисто вышагивать по покоям взад-вперед. Когда я устроилась на станцию диагностом, пришлось забыть о личной жизни: ну как можно строить отношения, если живешь на станции по три месяца без права вылететь? Ни один парень не захочет расставаться с девушкой так надолго... В общем, я и не помню уже, когда было мое последнее свидание и тем более не помню, каково это – когда тебя касаются…

А здесь, на Аэле, меня уже двое поцеловали – Эвелинд и Регнан, и в обоих случаях я всеми фибрами свое эмпатичной души чувствую, что нравлюсь им, что привлекательна. И этот, как его там, рыбина – Риэл Дилайс – тоже смотрел на меня с прикидкой и, как выяснилось, заценил на острове Красоты. Я прошла в глубину покоев, встала перед зеркалом в полный рост и посмотрела на себя.

Ну, обычная ведь! Да, нарядная, да, накрашенная, но обычная! Что они во мне выглядели? Может, просто женщину-чужачку захотели? На экзотику потянуло? Так выбрали бы тогда Рию – вот она-то экзотика во плоти, страсть и жизнь!

Я разделась, распустила волосы и умылась; накинув пеньюар, начала изучать свой гардероб. Чтобы сделать соблазнительнее и подчеркнуть статус, для меня пошили множество платьев, и каждое подходит под тон кожи, волос и глаз; я отобрала платья, показавшиеся мне откровеннее других, и примерила.

Глубокое декольте? Открытая спина? Чересчур облегающий фасон? Нет уж, царевич Регнан; извините, но я такое носить не буду! Не дождетесь!

Вызвав служанок, я указала им на самые красивые платья, объявила их негодными и принялась критиковать нижнее белье. Кружева и сложная вышивка изумительны, но впиваются мне в кожу. Роскошный бледно-розовый халат невероятно нежен на ощупь, но мне в таком холодно. С распущенными и завитыми волосами мне неудобно – лучше собирать волосы, а от сложного макияжа глаза раздражаются.

Выслушав меня, служанки забрали отбраковку и удалились, но это было только начало вечера – из кухни прислали список блюд на утверждение, и до самой темноты я выбирала меню. Оказывается, это особое право фаворитки – выбирать еду; для меня будут готовить отдельно, тогда как другие наложницы довольствуются тем, что им принесут. Закончив с этим, я умылась и без сил легла спать; несмотря на усталость, возбужденный ум не собирался засыпать, и я снова и снова обдумывала новую стратегию поведения с царевичем.

Я не буду нервничать в его присутствии, постараюсь защитить свои мысли и буду относиться к нему как к работодателю. Да, как к работодателю… Решив так, я смежила веки и забылась недолгим сном, который прервало появление Регнана. Мужчина вошел тихо-тихо, и свет не зажегся; тихо-тихо он разделся, подошел к кровати и лег на противоположной стороне.

К тому моменту я была уже бодра, и мое сердце выстукивало бешеный ритм.

— Извините, — негромко проговорил царевич, — я разбудил вас.

— Ничего страшного, я скоро снова засну, — ответила я и зевнула.

— Покойной ночи, Даша.

— И вам, Ваше Высочество.

Ни о какой покойной ночи и речи не шло: сердце так и шпарило, и сна больше не было ни в одном глазу. Вскоре я поняла, с чем связаны недавние перепады настроения: живот разболелся по-женски, а это значит, у меня вновь запустился цикл! Дождавшись, когда дыхание лежащего рядом мужчины станет ровным и глубоким, я поднялась и прокралась в ванную комнату. Совершив необходимые гигиенические процедуры, я вернулась в кровать; спазмы стали сильнее.

Женщины старших рас избавлены от ежемесячных недомоганий и овуляция у них обычно запускается после установления особого гормонального фона, который, в свою очередь, устанавливается, если женщина в течение минимум месяца чувствует себя в безопасности, испытывает сексуальное желание и имеет половые контакты. У меня же цикл как у женщин младших рас, но редкий, и тоже запускается при наличии партнера. В общем, без мужчины я в плане репродукции – женщина старшей расы, а при наличии – женщина младшей расы.

Физиология беспощадна: полежала рядом с мужчиной пару ночей – и здравствуй, месячные!

— У вас начались критические дни?

ЧЕРТ!

— Я могу вам чем-то помочь?

ЧЕРТ-ЧЕРТ!

«Убейте меня, Ваше Высочество»…

— Нет, — с заминкой ответила я, — все в порядке.

— Не думаю. Это бывает очень болезненным. Почему вы не используете препараты для заморозки цикла?

— У нас такие препараты выписывают только по особым показаниям.

— Я могу снять боль.

— Не надо, мне не больно, — покраснев до корней волос, ответила я.

— Это самое малое, что я могу сделать. Дело ведь во мне, верно?

О, Звезды… Как женщина я была готова умереть от смущения, но как врач взяла себя в руки и сказала:

— Да, Ваше Высочество. Химический фактор, обонятельный сигнал.

— Позволите помочь?

— Как именно? — спросила я.

Вместо ответа Регнан взял меня за руку; его кожа была теплой – теплее, чем обычно фиксируется у лирианца. Тепло потекло от его руки к моей, проникло в тело, и почти сразу спазмы прекратились, как унялись и мои волнения.

— Странно, — проговорила я, — обычно чтобы проделать такую штуку, нужен контакт кончиков пальцев.

— Это по вашим методикам; мы, аэлцы, действуем иначе. Теперь вам легче, Даша?

— Да…

— Тогда спите.

Что еще мне оставалось? Я действительно закрыла глаза и постаралась заснуть.

Глава 11

Продолжался Отбор, и весь Аэл обсуждал его, как у нас в Союзе обсуждают рейтинговые реалити-шоу. Хотя Отбор считается закрытым, и наблюдать через камеры за происходящим на острове Красоты могут только женихи, народ все равно в курсе дел. Обычный Отбор – это сплошное веселье: девушки живут на острове на полном обеспечении, слушают наставления Знающих, общаются друг с дружкой и навещающими их женихами, танцуют да поют, обмениваются контактами, обретают не только пару, но и друзей. Если девушка и парень решают пожениться, то уплывают вместе с острова и с того момента считаются мужем и женой – остается только обстряпать все официально.

Но нынешний Отбор – это бредовое действо, срежиссированное царицей Лавэной. Знающие учат юниц правильному поведению, жестко экзаменуют, всячески ущемляют и выводят из себя – нервы сдали уже у нескольких юниц, и всех немедленно отправили домой без надежды на замужество. Одной из первых, кстати, из Отбора исключили мою кузину Агни. Женихам запретили посещать юниц на острове – можно только наблюдать. Никаких танцев, никакого веселья – чисто армейский режим. Девчонки отощали да подурнели, но царица Лавэна довольна: так, дескать, сразу видно, кто покрепче и хорошо выглядит без макияжа.

Девушкам, метящим в царевны, хуже всего: с них спрашивают в десять раз строже, чем с остальных. Гелли Рубби, еще одна моя двоюродная сестрица, долго продержалась, но когда один молодчик из Рубинового полка прислал ей брачные дары, оставила борьбу за возможность стать царевной и приняла его предложение, так что в этом году семейству Рубби гулять на свадьбе старшей дочери и успокаивать младшую, оставшуюся ни с чем. Повезло и некоторым другим юницам, которым быстро прислали брачные дары. Мэрит, кстати, дары Риэла Дилайса не приняла и осталась в числе потенциальных царевен; да и Тира с Рией ждут своего часа…

В общем, Отбор идет, ситуация накаляется…

Я же все это время усердно играю роль наложницы и выполняю свою часть договора: шатаюсь по гарему Малого дворца да слушаю эмоции живущих в нем дам. Дамам я не нравлюсь, они завидуют мне, но при виде меня слаженно надевают улыбочки на свои подкрашенные лица и щебечут приветливо и дружелюбно – если будут непочтительны со мной, Знающая им мигом уши надерет, да и попробуй нагруби наложнице самого Регнана…

Думаю, во дворце я прослыла капризной и избалованной: и выделенные покои меня не устроили, и гардероб, и еду мне подавай другую, не как другим, и к служанкам отношусь не так, как принято. Но на самом деле меня не устраивает только одно… точнее, один – царевич Регнан.