Да чтоб тебя Кракен сожрал! - Лоя Дорских

с нотками обречённости обратился ко мне капитан. – Поверь, будь моя воля – тебя бы здесь уже не было.

– Как будто я мечтала здесь оказаться, – в тон ответила я.

– Просто пойми, принцесса, что твоя жизнь ценнее, чем ты думаешь, – Филипп снова приблизился к кровати, но, к счастью, садиться рядом со мной не стал. – Твоя настоящая семья когда-то правила Подводным миром. Так что, называя тебя именно принцессой, Галатея была полностью права.

– Моя настоящая семья, – передразнила я его. – Думаешь, я не ценю свою жизнь? Ошибаешься. Папа с детства меня учил гордиться собой, своим родом и миссией, возложенной…

– А взрастил он в тебе лишь гордыню, – перебил меня Филипп. – И Леар тебе не отец.

– Удиви меня, – мне от чего-то стало смешно его сейчас слушать. – Расскажи мне о моём настоящем отце. А ещё постарайся объяснить, почему мама так легко променяла его на Леара. Если такому вообще можно найти объяснение.

Мама очень любила отца – это было не просто видно, я всегда это почти физически ощущала, стоило папе появиться в нашем доме. То, как она смотрела на него. Как менялся тон её голоса… Мама очень его любила. Даже несмотря на его редкие появления у нас. Она понимала причины. Даже не знаю, что должен сказать сейчас Филипп, чтобы я в это поверила. В то, что мама любила кого-то до Леара. А он просто подвернулся после, приняв меня и объявив своей. Даже в мыслях это звучало смешно.

– Она тебе не мать, – холодные слова Деккена стёрли улыбку с моего лица. – Я не знаю, кто эта женщина, но…

– Что ты несёшь? – зло перебила я Филиппа. – Ты сам слышишь со стороны весь этот абсурд? Отец мне не отец, мать не мать и… ай! – забывшись, я решила подняться с кровати и у меня почти получилось.

Резкая боль в спине отрезвила меня лишь в тот момент, когда я опустила ноги на холодный пол, пытаясь выпрямиться.

– Сказал же, что тебе ещё нельзя вставать, – Филипп буквально поймал меня, заключив в объятия, и осторожно вернул на кровать, попутно снимая боль.

– А тебе нужно думать, перед тем, как начать говорить, – без прежней уверенности, попыталась я огрызнуться.

Получилось жалко, я это прекрасно понимала.

Впрочем, как понимал это и сам Филипп. И хорошо, что не стал никак комментировать.

– У тебя есть родной дядя, – спокойно произнёс Деккен, поправляя на мне сбившуюся от моих последних действий простынку. – Я связался с ним, но… он не поверил в твоё существование.

– Как я его понимаю, – искренне выдохнула я. – Тебе не кажется, что не просто так тебе никто вокруг не верит?

– Смешно, – без намёка на улыбку отозвался Филипп. – Вот скажи мне, принцесса, а тебе не кажется странным, что вместо обучения полезным навыкам, тебя обучали лишь передавать свою силу другим существам?

– Я…

– Ты – кормушка, – перебил меня Деккен. – Вот только не знаю, хотел ли Леар использовать тебя сам, или планировал передарить кому-то…

– Если бы это было правдой – он бы не выбрал мне жениха, – усмехнулась я на заявление капитана. – Что? На это тебе сказать нечего?

– Жениха? – на лице Филиппа промелькнуло искреннее удивление. – Впервые слышу, если честно. Ты уверена, что он есть?

– Абсолютно, – отчеканила я, не скрывая ликования. Да, сомнения в меня капитан подселил, но… Жених ведь всё менял! Это гарант того, что папа серьёзно был настроен меня обезопасить! Спрятать, за широкую спину выбранного им мужчины! Пусть и с дурацким именем, но всё же! – Его зовут Адельберт, и он…

К сожалению, в голос засмеявшийся Филипп не дал мне эффектно завершить фразу.

– Прости, принцесса, – взяв себя в руки, но продолжая улыбаться, капитан поднял ладони в примирительном жесте.

– Смеяться над чужим именем – низко, – отчеканила я, но капитан тут же замотал головой.

– Да что мне его имя, – отмахнулся Филипп. – Ты ведь не поверишь мне, но… он пустышка, принцесса. Младший сын покорителей гидр. В нём силы не больше, чем в обычном смертном. Уж прости. Но, теперь мне понятно, для кого тебя растил Леар, – с каждым словом мужчины лицо его становилось всё серьёзнее. – Гидры пока не подчиняются ему, а с тобой… Теперь понятно, почему он оставил тебя в живых и воспитал, как свою дочь. Чужое дитя они бы не приняли, а так…

– Кто не принял? О чём ты говоришь? – я не успевала за ходом мыслей капитана. – И что значит, что Адельберт пустышка? Я…

– Тебе нужно поспать, – Филипп навис надо мной, накрыв ладонью мой лоб. – А мне немного подумать. И желательно в тишине.

У меня на языке многое крутилось, но озвучить я ничего уже не смогла. Подчиняясь чужой воле, я просто провалилась в сон.

18

Капитан Филипп Ван дер Деккен

Филипп опустился в стоявшее рядом с кроватью кресло, не сводя взгляда с расслабленного лица заснувшей под влиянием его чар девушки. Она оказалась сильнее, чем он думал. Её стихия развивалась стремительно, принимая подпитку так, словно они с Филиппом были связаны. Особенность чёрной масти? Капитан не исключал такую возможность.

– Такая хорошенькая, – Галатея проявилась прямо на кровати, с тоской смотря на Кассандру. – На мать похожа. Знаешь, стоит Джерарду её увидеть, как все его сомнения развеются, как утренний туман.

– Он не станет больше меня слушать, – озвучил Филипп то, что нимфа и так знала. – Боюсь, теперь связаться с ним не выйдет, как и показать принцессу. Этот морской дьявол слишком труслив, чтобы высунуть нос из… где он там прячется?

– Труслив? – усмехнулась Галатея, проведя кончиками пальцев по волосам Кассандры. – Ты хотел сказать, что Джерард осторожен. И не без оснований, хочу напомнить.

Капитан ничего не ответил, лишь едва заметно пожал плечами. Он прекрасно понимал мотивы Джерарда, но… прятаться было не в характере Филиппа. Это было трусостью. Капитан привык называть вещи своими именами, но вступать в спор с верховной морской нимфой ему не хотелось. В идеале он планировал провести какое-то время в тишине и обдумать всё, что удалось узнать от принцессы.

– Кассандра хорошо