Кровавые ягоды калины - Анна (Нюша) Порохня

склонившись так близко, что я почувствовала запах крови, исходивший от его повязки сказал:

- А ведь все могло быть иначе. Да теперь, что об этом жалеть... Так и сгинешь в этом лесу. Вот только я сначала глаза тебе выколю, чтоб ты почувствовала каково это...

Я дернулась в ужасе, а он криво усмехнулся и повернулся к толпе.

- Как вы хотите этих ведьм убить?

- Жестоко! - крикнул кто-то. - Чтоб не повадно было детей жрать! Мучить их, пока дух не испустят!!!

И тут с неба полило с ужасной силой. Холодные струи хлестали словно плети и народ засуетился, стараясь укрыться от дождя.

- Пусть помокнут! - завизжал Ленька. - Никуда не денутся! Пошли все в дом!

- А вдруг колдуны явятся? - пискнула какая-то баба, но Плюсов оборвал ее тяжелым, хриплым голосом: - Пускай. Мы же их ждем... Сил нет у них.

Все ринулись в дом, так бережно строившимся Корнеем и мне стало противно, что вся эта жестокая, звериная стая, будет находиться в нем, оскверняя своим присутствием крепкие, светлые стены.

- Нет их в живых уже, - грустно прошептала Танька и наши связанные руки сплелись в крепком, почти прощальном порыве. - А скоро и нас не будет.

Холодный дождь хлестал по лицу, но это была ерунда по сравнению с тем, что ждало нас впереди. Григорий Плясов будет издеваться над нами до тех пор, пока мы не истечем кровью.

- Вот если бы взять и умереть сейчас! - всхлипнула я. - Чтоб не чувствовать как их руки прикасаются ко мне!

- Рано еще помирать. И хватит воду разводить, ее и так с неба льет довольно...

Мы с Танькой закрутили головами и мое сердечко забилось в радостном предчувствии. Но тут же моя радость померкла, когда из-за куста шиповника показались Корней с Прохором.

Прохор практически висел на брате, а тот еле передвигал ногами и его левая рука была неестественно вывернута. Они были в крови и болотной грязи, которую не мог смыть даже дождь. Я с ужасом поняла, что помощники из них никакие и снова чуть не заплакала.

- Вас тут ждут! - взволнованно прошептала Танька. - Убить хотят!

- Да знаем мы, - ответил Корней и осторожно опустил брата на землю. - Давно почувствовали.

Он подошел к нам и принялся неловко разрезать веревку большим ножом.

- Уходите туда, откуда пришли. Опасно здесь, - сказал он. - И спасибо за то, что предупредить хотели.

- Да куда же мы пойдем? - я пожала плечами. - Мы же вам говорили, что это вы нас послали сюда из будущего!

Корней посмотрел на нас долгим, проницательным взглядом и вздохнул:

- Как бы оно не было, уходите отсюда. Сейчас мы вас защитить не сможем.

- Не пойдем мы, - упрямо произнесла Танька, трогая синяк, расплывавшийся под глазом. - Наше место здесь.

- Да гони ты их к чертям собачьим... - слабо выдохнул Прохор. - Дуры бабы, лезут на рожон...

- Не пойдем мы, - набычилась Танька.

Мне было страшно, но бросить раненых мужчин на растерзание, я не могла.

- Может есть какой-то способ? - в надежде на чудо, спросила я.

- Есть... - задумчиво протянул Корней. - А ведь и правда есть!

- Что это за способ? - мы с Танькой напряглись, понимая, что вряд ли это будет что-то простое.

- Сила наша уходит и нет ее до самого восхода солнца... - ответил Корней. - Но есть один способ вернуть ее и даже умножить... Нужно взять некие травы, сердце оборотня и кровь двух женщин, которые дадут ее добровольно.

- Ну можно сказать, что последнее у вас есть, - твердо сказала я. - А где взять сердце оборотня?

- Совсем мала проблема, гляди-ка, - Корней извлек из кожаного мешочка, еще бьющееся сердце. - Угадайте, чье оно?

- Лида??? - мне стало муторно, тошнота подступила к горлу. - Но как? Разве может оно до сих пор биться?

- Может, - кивнул Корней. - Оно бьется тринадцать часов после смерти и если его съест какое-нибудь дикое животное, то оборотень обязательно вернется к жизни через это животное. Поэтому, сердце всегда вырезают.

- А я то гадала, чего это ты там задержался... - ахнула Танька. - Ужас какой!

- Вот поэтому, колдовское дело такое непростое, - хмыкнул Корней. - Может все таки уйдете?

- Нет, - вздохнула я. - Делайте свое дело.

Прохор стонал, лежа на земле, а Корней колдовал, собрав нашу кровь в большой ковш, который стоял на старом колодце за заимкой. Что-то происходило в этом ковше, под тяжелый шепот Корнея, все, что было в нем закипало и бурлило, окутывая нас сладковатым запахом плоти...

Глава 12

Первый выпил из ковша Прохор и мы испугались, увидев как действует страшное зелье на колдуна. Он рычал, цеплялся ногтями за мокрую землю, выгибался дугой и его лицо искажала гримаса жуткой боли, от которой у нас все скукоживалось внутри.

- С ним все будет в порядке? - взволнованно прошептала Танька, с жалостью наблюдая за муками колдуна.

- Все будет хорошо, - успокоил ее Корней и хлебнув с ковша, аккуратно поставил его на землю, после чего упал рядом с братом.

Мы с Танькой жались к друг-другу под хлипким навесом возле колодца, а братья ползали по грязи, испытывая всю гамму чувств от выпитого зелья. Зрелище это было не для слабонервных и я старательно отворачивалась, чувствуя как мое сердце отзывается на муки Корнея.

- Живы все таки, - прошипело рядом и мы в ужасе увидели Григория Плясова, медленно приближающегося к нам. В его руке блестел огромный, охотничий нож и он явно собирался им воспользоваться. - Приползли твари, помощнички ваши!

Он окинул корчившихся братьев презрительным взглядом и стал подбираться к нам, поигрывая ужасным орудием убийства. На его лице блуждала дикая ухмылка, в которой не было ничего человеческого. Его душу давно забрал дьявол.

- Все таки подпортил их хозяин с болота. Ишь как ломает колдунишек-то. Помрут как пить дать. Но начну я с вас. 

- Зачем ты все это затеял? - спросила я и мы попятились от него, понимая, что шансов у нас не так много. - Не добьешься ведь ничего. Сдохло твое чудовище и дочка его тоже!

- Врете вы все! - выплюнул он со злобой. - А