DJWP - Сказка, расказанная на ночь

Зена засмеялась, чуть не подавившись: это навязчивое движение Габриель она уже видела миллионы раз. Воительница взяла мех для вина и, откинувшись назад, сделала большой глоток крепкого питья. «Это будет интересно!» — ухмыляясь подумала она, прислонившись спиной к поваленному дереву.

— Пожалуйста, Габриель! — клянчила Сафо. — Ну, ради меня? — поэтесса бережно приподняла подбородок сказительницы и тепло улыбнулась, на несколько мгновений забывая саму себя, утопая в этих глазах цвета морской волны… С лица Зены усмешка сползла. Воительница кашлянула, чтобы отвлечь поэтессу.

— Габриель, — тихо позвала Зена, и сказительница обернулась к ней. — Расскажи нам историю. А я останусь и послушаю.

Зена знала, что от такого предложения Габриель не в силах отказаться. Лицо барда озарила улыбка. Теперь была очередь Сафо прищурить глаза на Зену. Зена выразительно подняла бровь и отхлебнула из фляги.

— Ну ладно, ладно. Что вы хотите, чтобы я рассказала? — сдалась Габриель, поворачиваясь к Сафо и остальным.

Её поддержали радостными криками одобрения. Сафо подошла к Зене, не отрывая взгляда от меха с вином.

— Можно глотнуть? — спросила она с хитрой улыбочкой.

Зена протянула ей флягу и нахмурилась, когда поэтесса плюхнулась рядом и стала пить. Сафо смотрела прямо в глаза воительнице, и пила. И пила. И пила. Зена, не выдержав, отняла у неё флягу и бросила её вне пределов досягаемости. Сафо была довольна собой и кивнула Габриель, чтобы та начинала.

Габриель, со своей стороны, наблюдала за действиями поэтессы и воительницы с некоторой долей замешательства. «Что это задумала Сафо?» — про себя удивилась бард, но отбросила эти мысли, поскольку Сафо подала знак начинать. Теперь нужно было сосредоточиться только на истории. В конце концов, здесь была Сафо, Десятая Муза, и история должна была быть безупречной.

Габриель отошла на несколько шагов назад, чтобы видеть всех, и чтобы все слышали её. На несколько мгновений она повернулась к слушателям спиной, чтобы собраться с мыслями, и когда она вновь повернулась лицом, её глаза воодушевлено блестели.

«На земле жил да был Крот. Он странствовал по широкому незнакомому миру, стремясь за горизонт, пересекая бесконечные моря, прорывая каньоны и горы, реки и потоки. Дороги и тропы появлялись там, где отпечатывались его ступни, вечерние ветры нового времени года струились позади него, и мир раскрывал свои объятья, нашептывая: „Продолжай путь“.

Этот Крот, утомлённый тяжёлым дневным переходом, остановился у поблескивающего ручья, чтобы утолить жажду. Вдруг Крот взглянул наверх. Несвоевременный звук, запах, донесенный ветром. Птицы перестали петь. Он поднялся на ноги с бешено колотящимся сердцем, оборачиваясь и озираясь, пытаясь смотреть во все стороны сразу.

В страхе он повернулся и попытался взобраться на крутой берег, цепляясь когтями за корни и камни — но скатился вниз со скорбным криком. Его грудь прижало что-то тяжёлое, и Крот уставился в жестокие глаза Волка, закрывшего своей спиной всё небо.

— Крот на поверхности, — сказал Волк глубоким и тихим голосом, — и так далеко от дома.

— У меня есть причина, — заикаясь, попытался ответить Крот.

Волк надавил своими огромными лапами, и Крот почувствовал, что его вжимали в грязь. Он боролся, царапался и брыкался, но это не помогало, словно он пытался сдвинуть мраморную колонну. Галька врезалась ему в спину, и ритм бьющегося сердца гремел в ушах. С каждым ударом сердца в его глазах темнело. Потом давление спало. Крот поднялся, кашляя и пытаясь свободно вздохнуть.

— Ты её жив? — спросил Волк.

— Я не погибну, — отвечал Крот. — Я не могу умереть! Ещё нет!

— Ты говоришь, что не можешь умереть? Говоришь, ещё нет? Я порешил многих из твоей братии. Они всегда сдавались, когда я прижимал их. А ты держался до последнего вздоха. Откуда взялась такая отвага? Что может быть так важно для крота, что он ещё не может умереть?

— Любовь! — ответил Крот.

Волк не улыбнулся, но и не нахмурился.

— Любовь? — переспросил он, требуя ответа.

— Три лета назад, — начал Крот, — я и Сова полюбили друг друга. Не смейся, это правда. Всадница ветров и землекопатель полюбили друг друга. Она научила меня видеть красоту лунных ночей и чувствовать радость вечернего ветерка, запечатлела в моей голове такие образы, о существовании которых я даже не подозревал! Горы. Океаны. Звёзды! — Крот задумчиво сделал паузу. — Она увидела во мне то, чего не видел я сам. Мы поклялись друг другу в вечной любви. Я начал строить подземное жилище, крышей которому служило бы небо, чтобы она могла укрываться там от жестокого дневного света.

Крот грустно улыбнулся Волку.

— Прошлым летом, на заре нашего третьего года вместе, однажды вечером она улетела — и не вернулась.

В глазах Крота заблестели слезы.

— Что мне делать? Я должен найти её. Я найду её. Даже если мне придётся перекопать всю землю, все камни и океаны.

Крот взглянул на Волка.

— Конечно, если ты позволишь…

Волк поднялся на все четыре лапы.

— Иди. Ищи свою любовь. Здесь ты не крот, а я не волк. Но я помню твой запах, и найду тебя, когда захочу. Я буду наблюдать. Если ты прекратишь свои поиски, если ты когда-либо отречешься от своей любви, то ты… ты снова будешь кротом для меня, и я буду волком для тебя, когда мы снова встретимся.

Волк сделал несколько шагов назад и повернулся, чтобы взглянуть на маленького Крота.

— Волки тоже любят только раз в жизни, — и одним длинным прыжком Волк исчез в лесу».

Бард умолкла, добиваясь театрального эффекта и переводя дух, чтобы продолжить.

Габриель никогда не переставала удивлять Зену. Воительница посмотрела на подругу с безмолвным уважением, удивляясь, почему эта история казалась ей смутно знакомой. Несколько мгновений Сафо не говорила ни слова, чувствуя поднимающийся гнет своих прежних размышлений. Наконец, она смогла осторожно спросить:

— История не закончена?

— Конечно нет! Ещё нет, — застенчиво ответила Габриель, не совсем понимая, о какой истории спрашивала Сафо: о Кроте и Сове или о своей собственной. — Мне продолжать?

— Нет! Не надо, — поэтесса сорвалась с места, подбежала к барду и схватила её за руки. — Пожалуйста. Я не хочу знать, чем она заканчивается. То есть, ещё нет. У нас впереди несколько дней. Ты бы могла продолжить на следующем привале. Так будет лучше, наверное? — серьёзно попросила Сафо.

Хотя большинству хотелось услышать продолжение, им, как обычно, уступая желаниям Сафо, пришлось пробормотать слова согласия. Габриель ничего конкретного не решила, поэтому просто пожала плечами.