Я твой монстр (СИ) - Ом Виктория

  Мужчины обменялись сальными смешками, не забыв попытаться оценить на глаз мою теплоотдачу в ночное время. Так и захотелось повырывать им глазёнки да глотки, и еле удержалась, чтобы не зашипеть предупредительно и не показать зубы. У меня уже список набирается, за что Дину придётся поплатиться. Оставалось найти подходящий вариант отмщения.

  – Признаюсь, не в курсе, как вы ловите монстров, но думаю, что на их территории они тебя найдут и без приманки, – ухмыляясь, сказал Бородач. – Предлагаю оставить девчонку здесь, нечего её подвергать опасности. А как закончишь со своими делами, заберёшь.

  Длинновласка и Белобрысая Коса зашушукались между собой, бросая на меня голодные взгляды. Они что, женщин не видали много сезонов, что и на монстра теперь готовы позариться? Вот только жаль, они ещё не догадываются, к какому виду двуногих я отношусь.

  Стоп. Это что получается. По меркам людей я внешне привлекательная? Неожиданная мысль. Но Дину лучше извернуться и договориться с сородичами по-хорошему, а то с такими я если и попытаюсь договориться, то дойдёт до летального исхода – моего или их.

  – Не выйдет. Я плохо сплю, если не обнимаю женщину, – серьёзным тоном сказал Дин, введя сначала мужчин в ступор, а затем заставив разразиться хохотом.

  – Я вот не могу заснуть, если не обнимаю бутылку с бурбоном, – выдавил сквозь смех Бородач, попеременно обмениваясь взглядами с соратниками.

  – У каждого свои недостатки, – ответил Дин, пресекая своим замечанием всё веселье и переходя к делу: – Нам нужно пройти по стене, а потом спуститься у тридцать шестой башни.

  – Вам придётся топать несколько часов без отдыха, а к тому времени настанут сумерки, – отметил Бородач.

  – Мы спешим. И время суток для меня и монстров не имеет значения.

  – Так пожалей девушку, – попытался уговорить вновь главный страж. – Негоже малышке стирать свои ножки в кровь и спать на земле.

  От его слащавого тона меня передёрнуло. Так и захотелось прошептать Дину «пять минут» – именно столько я готова потерпеть этих вонючих мужланов, а потом сам решай: нужен тебе монстр-проводник или живые и бесполезные стражи стены. Нет. Две минуты. Я не настолько щедрая по сравнению с охотником.

  – Мне стоит сообщить во дворец, что капитан двадцать третьей башни ведёт себя неподобающим образом, развращая отряд и приводя данный участок в непригодный вид? Не удивлюсь, если последняя волна монстров прошла на наши земли именно в этой части стены, – произнёс Дин холодным тоном, от которого я сама поёжилась, а после только порадовалась, что не являюсь этим самым капитаном и тем более не могу видеть лицо охотника, стоя позади.

  Повисла пауза. Бородач напряжённо обдумывал свой ответ, видимо боясь сплоховать на словах и потерять работу. Капитану же положено платить больше, ведь он выше по статусу, чем простой солдат? Тогда этот мужчина точно не хочет лишиться насиженного места.

  – Прошу, – расплываясь в неправдоподобной улыбке, пригласил нас Бородач, широким жестом указав на распахнутую дверь.

  Дин, не отводя взгляда от стражей стены, завёл левую руку назад, нашёл мою ладонь, схватил и потащил за собой. Я лишь постаралась быть как можно ближе к знакомому и более понятному человеку, украдкой наблюдая за последовавшими за нами мужчинами.

  Большая круглая башня, внутри которой было значительно холодней, чем снаружи под лучами межсезонного солнца[18]. Каменная кладка поражала своей толщиной и массивностью: эти башни со стеной строили на века. На первом этаже пусто, только два факела освещали помещение, позволяя людям разглядеть проходы: слева большой и широкий, справа два узких – один с каменными ступенями ведущими наверх, а второй с дверью, закрытой на массивный навесной замок. Пахло землёй, сеном, людьми, лошадьми, навозом и едва коптящими факелами. Судя по звукам, слева располагалось стойло.

  Капитан зашагал на второй этаж, там свернул направо и поднялся дальше, а мы следовали за ним: Дин впереди, а я позади, сдерживаясь, чтобы не достать хвост. Ступать по высоким ступеням и ощущать за собой опасность было более чем неприятно. Вся напряглась, готовая в любой момент ответить на неуместное движение любого мужчины, но они молча замыкали нашу группу, не желая навлекать проблем на себя и на своего капитана.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

  Бородач не стал нас заводить на этажи, где запахи указывали на жилые помещения, а сразу довёл по системе лестниц на самый верх. Указав направление, он сказал:

  – Идти в ту сторону. Балден, пойдёшь с ними до тридцать шестой, чтобы их не останавливали на каждой башне. Сам можешь вернуться к утренней смене.

  Нашим сопровождающим оказался любитель плести косы. По его лицу было заметно, что поручению он не был рад, но спорить с капитаном не стал и пошёл вперёд. Дин, пожелав тихой службы без особой вежливости в голосе, двинулся за провожатым. Мою руку охотник выпустил несколько десятков шагов спустя и продолжил путь, иногда оглядываясь, чтобы проверить, следую ли я за ним.

  Можно подумать, мне хватит смелости сигануть вниз со стены, которая возвышается больше, чем на три этажа. Я же ноги переломаю при приземлении, и то, если повезёт. Сломанные кости – малоприятное приобретение даже на недолгое время. Да и валяться под стеной и ждать, пока они срастутся, как-то неохота. Вид снизу на это строение ош-ш-шеломительный, но я уже вполне налюбовалась им.

  На каждой последующей башне мы натыкались на нескольких дозорных. Все они прекрасно знали нашего сопровождающего и легко верили его словам о том, что «этих» велено довести до тридцать шестой башни, и пропускали дальше, не замедляя наш ход.

  Меня откровенно стало подташнивать от бесконечного пути. Темп был задан чуть быстрее, чем мне бы хотелось, из-за чего после восьмой башни стала отставать больше, чем на пару шагов. Дин остановки делать не стал, чтобы перевести дыхание и дать отдохнуть ногам, но замедлял шаг каждый раз, когда замечал, что я совсем не поспеваю. Белобрысая Коса же шёл вперёд, не оглядываясь и не снижая темпа, но останавливался потрепаться с дозорными, пока мы его нагоняли.

  Чтобы отвлечься от неизменной картины под ногами, я стала посматривать по сторонам и в закатное небо. Один раз углядела пару джакамов, летящих домой с добычей, но никому на это указывать не стала.

  Когда мы добрались до нужной башни, я не поверила, что пешей прогулке пришёл конец. Окружающий мир почти полностью погрузился в темноту – этому мешали красноватый росчерк за верхушками деревьев, указывающий, где исчезло солнце, и появившийся в другой стороны полумесяц.

  – Тридцать шестая, – сказал сопровождающий.

  Дин достал бумагу и передал её на ознакомление одному из дозорных.

  – Мы, конечно, не против, – ответил тот, возвращая документ охотнику. – Но как мы должны вас выпустить?

  – Спустимся по верёвке. Такая у вас найдётся, надеюсь, – ответил Дин.

  Мужчина с непониманием покосился в мою сторону, но согласно кивнул.

  – Дожидаться утра не будете? – поинтересовался он.

  – Нет. Мы спешим.

  Одного из дозорных отправили за мотком. Вернувшись с верёвкой, они закрепили её, обмотав вокруг большой бочки, наполненной камнями.

  Зачем она им тут? Соревнуются, кто дальше метнёт камень?

  Дин забрал свободный конец верёвки и подошёл ко мне, а я отшатнулась как от огня.

  – Что? – спросила, заметив, как он недовольно прикрыл глаза.

  – Дай закрепить на тебе, чтобы спустить вниз.

  – Зачем? – Теперь ещё и усталый вздох услышала. – Я и сама могу спуститься. Это будет быстрее и безопаснее.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

  – Без глупостей? – приподняв брови, шёпотом поинтересовался он.

  Если он таким образом называет проявление черт монстров или неуместные выходки, то:

  – Без глупостей, – твёрдо соврала ему, глядя в глаза, вместо того чтобы тратить время на разбирательства.

  Тогда охотник завязал конец верёвки, продев её через ручки своей сумки, и стал спускать вещи вниз. Дозорные с любопытством поглядывали на Дина, тихо перешёптываясь. Белобрысая Коса успел посетовать, что тот их лишает общества такой милой девки. Может, я и ошибаюсь, но если тебе нравится человеческая женщина – опустим их неведение на мой счёт, – то «девкой» не называют. Мужланы неотёсанные, что с них взять.