Тринадцатая для Демона (СИ) - "Vi Francess"

— Сквозняк. — уверенно сказал он. — А Лиза хотела узнать, когда ты вернёшься, я её попросил.

— Сквозняк… — не правда же. — А Лиза… — я только сейчас поняла, что её в квартире нет. — А где она?

— Вышла воздухом подышать.

Мой взгляд упал на телефон подруги, который находился на столе.

— Дав-но? — голос сорвался.

Он как-то тяжело вздохнул, и медленно поднялся. Опасно начал приближаться, вынуждая меня отступать, до того момента пока моя спина не столкнулась с твёрдой поверхностью, заставив остановиться.

— Где ты была? — втянул запах моих волос.

— У хозяйки этой квартиры, отдавала квиток за газ. — прошептала я.

Стоило мне поднять голову, как мои губы встретили его. Он не касался меня руками, но я ощущала каждый его порыв дотронуться. Не выпускал мои губы, лишь слегка придерживая своими. Выдыхал горячий, обжигающий воздух. Его запах, аромат глубокого леса, кедр и древесные пряные нотки. Я закрыла глаза, громко выдыхая, понимала, что безумно и страстно желаю быть ближе. Желаю, чтобы прикоснулся, чтобы не уходил, не исчезал. Лишь кончиками пальцев он провёл по моей шее, спускаясь ниже, останавливаясь в низу живота, заставляя подниматься бурю мурашек и пульсацию мышц. Даже через вязанный свитер, я чувствовала проникающее тепло, заставляющее закипать кровь.

— Хочешь, чтобы я ушёл? — выпуская губы, прошептал, прямо в самое ухо.

— Ты не посмеешь так со мной поступить. — прошептала на выдохе. — Ведь без тебя, меня ждёт верная погибель.

— А что, если, я скажу, что она ждёт тебя со мной? — он заглянул в мои глаза, кончики наших носов соприкоснулись.

— С тобой, по-другому. С тобой — это легко, спокойно, беспечно. Без тебя — больно, мучительно, безумно томительно. Нет ничего хуже, чем быть мёртвой, и одновременно условно живой.

Теперь он взял меня за подбородок, в его глазах отпечаталась глубокая — непонятная мне — боль, озадаченность и почти не заметная злость. Накрыл мои губы требовательным поцелуем. Я обвела руками его шею, привставая на носочки. Я вздрогнула, отстраняясь от Иштара, когда раздался щелчок входной двери.

— Вот она и вернулась. — он улыбнулся, лишь уголками губ, заправляя упавшие мне на лицо волосы за ухо.

Очередной, настолько обыденный человеческий жест, но казалось, что он старался вложить в него большую чувственность и заботу.

— У тебя совести нет. — Лиза зашла на кухню с двумя пакетами. — Ты в подвале сидела, что ли? Я начала звонить тебе с восьми вечера.

— Мы переживали, прекрасная дона. — Виктор появился следом за Лизой.

Я дёрнулась, словно от удара током: " Безумец сжёг себя за живо в семнадцатом веке", крутилось в голове.

— Вот зачем тебе телефон? Ты его то дома оставишь, то выключишь, то ещё, что-нибудь. — не успокаивалась подруга, выкладывая из пакета дорогие закуски, несколько бутылок виски и многое другое.

— Где ты была?

— Ев, ну ты серьёзно? — она показала на пакеты. — Сама как думаешь?

— Я забыла о каком-то празднике?

— Почти, ты забыла познакомить свою лучшую подругу со своим… — она стрельнула глазами в сторону Иштара. — Парнем. Но, он в отличие от тебя, решил сделать это сам. Иштар попросил съездить в магазин, и любезно накрыл стол. Так, что давай помогай.

Лиза принялась красиво выкладывать на тарелку мясные закуски. Я натирала бокалы. Иштар сидел за столом, молча, только острый взгляд остановился на моей спине. Виктор уплетал сэндвичи — сделанные по личной просьбе Лизой. Стрелка настенных часов перевалила за полночь. Я старалась ничем не выдать своё подавленное состояние, болтовня Лизы мне помогала.

— В супермаркете, на кассе, мне мужик нахамил. Я стояла в очереди, а он утверждал, что он передо мной был, но я-то помню, что не был. Мерзкий тип. — Лиза уже накрывала на стол. — Ну и, что вы думаете? Пробил он свой пузырь, пошёл уже к выходу, и прям на месте поскользнулся, повалился на пол, пузырь разбился, к нему охранники подбежали. Оказалось, что у него ещё две бутылки водки спрятаны под поясом были, а он на них и упал. В общем, они тоже разбились, а осколки в кожу вошли, кровь конечно хлынула не слабо. Мало того, что вор и пьяница, так ещё и шрамы останутся. — Лиза немного скривилась. — За то, справедливо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Да что с тобой такое? — ошарашено спросила я. — При чём тут справедливость?

— Ева Евгеньевна, это же очевидно. Мгновенная карма. — Виктор ядовито улыбнулся.

— Бумеранг. — податливо закивала Лиза. — Сначала, конечно, мне было жаль его. Но потом, Виктор объяснил, что всякому дурному поступку, следует наказание. Его судьба наказала, за меня.

— Ева, ты с этим не согласна? — неожиданно спросил Иштар, прожигая меня взглядом.

Улыбка с лица Виктора испарилась, он как никогда серьёзно посмотрел на своего господина.

— В этом есть смысл.

— А я о том и говорю, некоторые поступки, нельзя оставлять безнаказанными. — заметно расслабился Виктор.

— Вы так говорите, словно приняли в этом участие. — выдавила улыбку, посмотрела на мужчину.

— По-вашему, такое может быть? — ухмыльнулся он.

— Хотелось бы верить, что нет. — улыбка провалилась без следа.

Я немного напряглась. Было совсем неуютно, вот так сидеть, за одним столом с иными людьми. Боже как это всё странно.

— Нам пора. — неожиданно сообщил Иштар, поднимаясь.

— Что? Так скоро? — пробормотала Лиза с набитым ртом. — Мы же только сели.

Иштар многозначительно взглянул на меня и последовал в коридор. Виктор, поднимаясь, отправлял в рот закуски. Я пошла за Иштаром.

— Я могу поехать с тобой. — выпалила, совсем не подумав.

— Куда? — склонил голову набок, застёгивая запонки на пиджаке.

Я замерла. Мимо меня прошёл Виктор, за ним вышла Лиза.

— Ева едет с нами, прогрей машину.

— Ева, нам завтра на работу! — возмутилась подруга.

— Не волнуйтесь, Лиза, — начал Виктор. — Завтра, я лично, привезу её, обещаю не опаздывать. — он галантно склонился, и поцеловал её руку.

Сердце заколотилось, когда я осознала, куда меня везут. Теперь это не просто дом. Теперь это дом — демона. Он не человек. Никогда им не был. Виктор уже давно не человек. Клавдия как сто лет утратила свою жизнь. А Кузьма, может никогда им и не был. И я осознанно попросила поехать с ним, вместо того, чтобы остановить это безумие, пока не зашло слишком далеко.

Иштар провёл меня в небольшую комнатку, единственным содержимым в ней был только большой камин и над ним картина. На ней был изображён летящий демон. Просматривались заснеженные вершины гор, бурная река. Демон облачён в коричневую тунику, стянутую поясом. Картина выполнена в мрачных тонах, в абстрактном стиле. Перед камином растелилась большая бурая шкура. Иштар молча закатав рукава, сел перед камином, всматриваясь в огонь. Я подошла ближе, опускаясь рядом на колени. Пламя было неестественно-красного цвета. Огонь кружился, сливался друг с другом и сталкивался в немой борьбе. Вспыхивал ярче, освещая комнату, и медленно успокаивался, но только для того, чтобы с вспыхнуть с новой силой. Трудно было объяснить, но будто он ожил. Искры поднимались в воздух, не успевая сотлеть, пламя поглощало их обратно. Заворожённая танцем стихии, даже не заметила сколько прошло времени.

— Ты устала? — мягко спросил. — Спать хочешь?

— С тобой? — уточнила, давая понять, что на другое не согласна.

Он отвёл взгляд от огня, и лишь слегка повернул голову в мою сторону, смотря перед собой.

— Договор, Ева. Ты обдумала?

Огонь, словно загнанный в угол, вскружил вверх к дымоходу. Метался из стороны в сторону. Я часто заморгала, и шею сжал стальной обруч. От осознания, что я уже всё обдумала и решила, меня затрясло, от собственного же безумства. Неужели смогу? Неужели готова? Готова отдать себя, свою жизнь, свою душу…?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я подпишу договор…

Он моментально обернулся, приблизился, заставляя меня пересесть с колен, приближался до тех пор, пока лопатки твёрдо не коснулись покрытия мягкого крова шкуры. Я задержала дыхание, мой взгляд оказался в его плену. Глаза темнее ночи настороженно наблюдали за мной. Его рука приблизилась к лицу, но лишь в воздухе он провёл пальцами, так и не прикоснувшись. Медленно лёг рядом, закинув одну руку за голову, его взгляд устремился к потолку.