Наречённая. Книга 1 (СИ) - Богатова Властелина

Давя в себе желание, Страж допил эль и растянулся на шкурах, смотря на низкий, натянутый на толстые реи потолок из воловьих шкур. Чуть покачивались подвешенные на столбы масляные лампы с язычками пламени. Маар не помнил, в какой миг сон утянул его в глубины, он не собирался спать, но последние бессонные ночи давали о себе знать. Пусть он и выносливее обычных смертных, но все же в большей степени человек. Но стоило закрыть глаза, Маар резко пробудился от того, что кожей ощутил Истану — она очнулась.

2_15 Истана

Пробуждение было мучительным. Я с трудом разлепила веки, пошевелилась, обнаружив себя на мягкой постели в теплом, почти жарком помещении, а точнее — мой взгляд скользнул по балкам и стенам, завешенным тканями — в шатре. Во рту горечь трав. Я сглотнула, страшно хотелось пить. Взглядом выхватила кувшин, но я не успела за ним потянуться, как сбоку от меня колыхнулась тень. Маар шагнул за занавес, заполнив собой почти все пространство, оно стало вдруг тяжелым и душным. Я невольно подтянула ноги, укрыла плечо, сглатывая сухой ком. При виде исгара внутри всплеснула прежняя неприязнь, полосуя меня плетью. Наверное, отныне так будет всегда происходить, даже против моей воли. Исгáр — враг до последнего дня моей жизни и даже после.

Маар, оторвав от меня гипнотизирующий взгляд, взял охапку сучьев, бросил в очаг. Пламя вспыхнуло мгновенно, затрещали ветви, внутри стало гораздо светлее.

— Сейчас ночь? — спросила я простуженным голосом, хотя заговаривать с ним вовсе не хотела, вопрос вырвался сам собой.

Маар приподнял подбородок, будто прислушивался к чему-то, а я невольно скользнула взглядом по его телу, такому сильному, статному: узкие бедра и мускулистые ноги обтянуты коричневой кожей штанов, в свете огня скулы, шея и кожа груди в распахнутом вороте туники отливали загаром, темные, почти смоляные волосы чуть взъерошены, Страж, видно, только пробудился сам. Мне он был омерзителен, я не хотела на него смотреть, но взгляд все равно цеплялся за его силуэт, будто назло.

— Скоро будет рассвет, — ответил он, когда я уже перестала ждать.

Я ощущала, как мороз давит до треска на стены шатра. Прикрыв ресницы, я представила, как розовеет горизонт и искрится снег в лучах.

— К исходу ночи буран стих, но это ненадолго.

В этом крае нет ничего ценнее огня — это я помнила с далекого, такого недоступного теперь прошлого. Запоздало, но я обнаружила, что мне гораздо лучше. Сквозь туман ко мне стали просачиваться воспоминания минувшей ночи: крепкие руки, короткие приказы. Страж заставлял меня пить отвар, а мне хотелось послать его к черту, только не способна была и глаз открыть. Теперь он снова близко — опасный, несущий для меня большую угрозу. Мне хотелось, чтобы он ушел, но Маар не собирался этого делать. Он повернулся ко мне, его черный взгляд из-под ровных в разлет бровей, чуть сошедшихся на переносице, вынудил всю сжаться. Его полыхающий диким огнем взгляд испепелил покрывало и кожу на моем теле, добираясь до костей, мне казалось, что если он сделает сейчас шаг, то я осыплюсь хлопьями пепла.

— Убери с себя покрывало.

— Что?

— Ты слышала, убери, я хочу на тебя посмотреть.

Я еще выше натянула на себя, до самого подбородка мое хрупкое, ничего не стоящее для моей защиты, но все же укрытие. Сердце подскочило в груди к самому горлу. Нет! Нет, если он прикоснется ко мне еще раз, мне кажется, я тут же умру. Маар шагнул ко мне с грацией хищника, одним рывком сдернул с меня покрывало, а мне казалось, кожу содрал. Я отчаянно скомкала мягкую ткань сорочки на груди, сжав губы, наблюдая, как взгляд исгара меняется. Чернота его глаз сгущалось плотнее, а по скуле прошла мелкая судорога, кадык мужчины нервно дернулся. Я никогда не видела такого взгляда раньше — затуманенного, одержимого, жадного. Я провалилась в черноту от той мощи, что хлынула на меня от исгара. Опустила взгляд, подчиняясь его воле впервые, мне просто непосильно было ее снести.

— Сними.

— Нет, — обхватила я плечи руками, будто это еще может меня спасти.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Тебе лучше слушаться меня, ассáру, иначе будет только хуже, я умею причинять боль, и ты еще не знаешь, на что я способен. Все то, что ты успела ощутить на своей шкуре — это далеко не предел.

— Делай, что хочешь, — посмотрела я исподлобья, хмуря брови.

Мне хотелось рыдать, но он не получит ничего. Хотя зачем я себя успокаиваю, он прав, он получит все, если захочет, и напрасно я вступаю в борьбу с исгаром. Он качнулся вперед, а я вскинула руку, выставляя преграду.

— Не надо, я сама.

Я сглотнула. Все же повиновалась ему, собрав полы сорочки, потянула с себя, открывая свое тело глазам Стража. Пусть смотрит, он может брать мое тело, сколько угодно, но никогда не доберется до души. Я не смотрела на него и застыла в ожидании, ощущая, как на спину упал тяжелый каскад волос, прикрывая плечи. Мне было страшно поднять на него взгляд, даже леденело все внутри, казалось, что вот-вот он накинется на меня, как зверь, вонзить зубы в мою плоть, растерзать. Оставшись без одежды, теперь я ощущала, что здесь не так и душно: по коже скользил сквозняк, тревожа чувствительные соски, они сжались, завязываясь в тугие комочки и призывно-откровенно топорщась. Меня накрыл жар от смущения. Глупое тело. Но я все же удержала себя, чтобы не закрыться, чтобы он не думал, что я уязвима сейчас больше, чем когда-либо. Все внутри смешалось, я не понимала, куда делась моя злость. Она растаяла. Его взгляд безысходно распалял во мне стыд. И кажется, что он насмехается надо мной, делает так, чтобы расшатать мою без того хрупкую, держащуюся на руинах уверенность.

Молчание затянулось, и я слышала в нем тяжелое дыхание Маара. Я видела только его чуть расставленные ноги, напряженные, жилистые идеально ровные, красивые: мышцы то напрягались, то расслаблялись, вызывая во мне волнение, бьющее наотмашь. В горле пересохло так что язык прилип к небу.

— Мне бы не пришлось делать тебе больно, если бы ты держала язык за зубами и исполняла мои приказы так же послушно, — прозвучал его чуть севший голос, и в нем немое возбуждение, как терпкое послевкусие красного вина — опьянило разом.

Я одернула себя, выстраивая преграду. Так дико страшно мне не было никогда, но это был другой страх, исходящий не от боли и запаха крови, а от какого-то еще не ведомого мне чувства.

«Его брат убил мою сестру!» — всплеснулась внутри огненными, багряными густыми пятнами боль, как кровь от жертвенного быка.

Маар такой же ублюдок, как и его кровный вымесок! Он ничем не отличается от него, яблоко от яблони недалеко падает… Страж пользуется мной, он выкинет меня на растерзание своим воинам, как только я ему надоем, а потом полоснет лезвием по горлу, разве не это он говорил Тхаре там, в хижине? И сейчас Страж не удовлетворится лишь одним созерцанием моего тела.

— Ты пользуешься моим бессилием, но рано или поздно все может поменяться местами. Я никогда не буду послушной, и тебе до меня не добраться. Ты сдохнешь, но никогда не получишь то, чего хочешь, — выплеснула я на выдохе, буравя его взглядом, зная, чем это все может обернуться для меня.

Маар хмыкнул.

— Нет, ты все же глупая и ничем не отличаешься от тех сук, которых я трахал.

Он протянул руку, а я едва удержала себя, чтобы не зажмуриться и не отвернуть лицо, с вызовом ожидала худшего. Страж коснулся моих волос, а я задержала дыхание, сотрясаясь неизвестно от чего, от напряжения, острого, дикого, изматывающего. Я словно на плахе с болезненным замиранием жду, как вот-вот обрушится на мою шею наточенный клинок гнева Стража, жду того, как он набросится на меня и причинит боль еще большую, чем уже причинил. Он убрал пряди за плечо, открывая мою грудь полностью. В сей же миг я посмотрела на него, подняв подбородок, и дух захватило. Маар смотрел на меня так, как не смотрел никогда до этого, дико, первобытно. Мне бросило в жар. Те маски, что он надевал на себя, вдруг растаяли в одночасье. Сейчас он больше всего походил на зверя с пылающим, таким живым, голодным взглядом, что стены шатра поплыли от моего бессилия смотреть в темные вязкие глубины его сузившихся до точек зрачков.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})