Обуздать Время (СИ) - Самсонова Наталья

— Откуда они у тебя? — поразилась магистресса.

— Запросил для диагностики студентки Натив, — пояснил ректор.

Встав из-за стола, он подошел к единственному пустому участку стены. Несколько молниеносных пассов и Иржин с изумлением видит глубокую нишу, в которой стоит бесчисленное количество коробок, шкатулок и свертков.

— Да, мне лучше не находиться рядом с этим, — вздыхает магистресса и, коротко попрощавшись, спокойно выходит из кабинета.

Поставив на стол массивную коробку, ректор обернулся к Иржин и спросил:

— У вас уши проколоты?

— Да, — коротко кивнула леди дер Томна. — Просто прикрываю отводом глаз.

Вытащив непритязательные, скромные гвоздики, Иржин поискала взглядом, куда бы их положить. В итоге встала и положила украшения на край стола ректора.

— Вденьте вот это, — Арнард подал ей тяжелые золотые серьги с крупными прозрачными кристаллами.

Пока Ирж мучилась с чрезмерно массивными украшениями, ректор достал четыре браслета и обруч с плоским прозрачным кристаллом.

— Это то, что надевают на младенцев? — усомнилась леди дер Томна.

— Младенцев?

— Я помню что-то про реликвии королевского рода, которые могут опознать направленность дара даже у новорожденных, — пояснила Иржин.

— Это не совсем те реликвии, — усмехнулся ректор. — Позвольте…

Не договорив, он опустился на одно колено и, подхватив Ирж за щиколотку, стянул с нее туфлю. Прежде чем леди дер Томна успела смутиться или испугаться, он застегнул на правой ноге браслет и взялся за левую. После чего устроил ее ступни на подушке.

— С-спасибо, — запинаясь, поблагодарила Ирж.

— Вытяните руки, — мягко попросил милорд Десуор, — да, вот так. Остался только браслет. Сядьте так, как вам будет удобно. Поскучать придется около часа.

От тяжести обруча, сковавшего голову, у Ирж неприятно потянуло в висках. Прижав затылок к спинке дивана, она коротко улыбнулась и сказала:

— Час это не очень много.

— Тем не менее, я буду вынужден выйти, — Арнард развел руками, — артефакт не потерпит рядом с вами живого человека. Впрочем, я могу дать вам книгу. Все тот же автор пишет о проклятиях.

— Один из предков Арнского рода? Я была бы рада, его монография была довольно интересной. Он ведь один из первых магов Времени?

— Я бы сказал, — с некоторым сомнением произнес Арнард, — что это скорее первый маг Времени, который понял, что у него за дар.

— Все равно интересно.

Отойдя к полкам, ректор несколько минут рассматривал корешки, в поисках нужной книги. А после вернулся к Иржин.

— Единственное издание, списки сделать невозможно — фолиант защищен как от копирования, так и от старения. Читать только в моем кабинете. Эту ценность я не отдал даже Его Величеству.

— Король читал здесь? — восхитилась Иржин и обвела взглядом кабинет.

— Я не настолько нагл, — рассмеялся ректор, — мы с книгой прибывали ко двору. И король читал ее в своем кабинете. Как я уже сказал, на книге изумительная защита от копирования — все экземпляры истлевают за считанные секунду. Боюсь, никто не знал свой дар так хорошо, как он. Вернее… Как раз знания у него не было, но было чуткое восприятие. Он шел, повинуясь своему чутью, и призывает к этому и остальных.

Приняв в руки тяжелый том, Иржин поблагодарила ректора и, открыв первую страницу, пропала.

Этот труд писал глубоко несчастный человек. Человек, который разочаровался в своем даре. И, одновременно, смирился. Он подмечал закономерности и описывал их, чтобы последующим магам было легче. А еще он, ничуть не стыдясь и не стесняясь, описывал свои ошибки.

«Он решил положить свою жизнь на то, чтобы другие не обожглись», осознала внезапно Иржин.

От текста книги веяло какой-то обреченной усталостью и, вместе с тем, злым нетерпением. Поглаживая кончиками пальцев корешок книги, Ирж отстраненно размышляла о том, каким должен был быть тот милорд Арнский?

— Чего же вы так жаждали, милорд? — тихо, не отдавая себе отчета в словах, спросила Иржин. И вздрогнула от нежданного ответа:

— Смерти. Автор этой книги попытался обуздать время и был распылен на мельчайшие частицы. Все это произошло на глазах его брата, который оставил сомнительной ценности приписку в конце книги.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Час уже прошел? — Иржин повернулась к милорду Десуору.

— Да, — кивнул ректор и подошел к своему столу. — Мне нужно еще пару минут.

Взмахом руки он заставил вещи, лежавшие на столешнице, перелететь на подоконник. После чего вытащил с одной из полок сверток, внутри которого оказался отрез белоснежного шелка. Этим отрезом он и застелил столешницу.

— Пора, — коротко произнес Арнард.

Сначала он снял с нее тяжелый обод. Иржин едва подавила вскрик, увидев, что камень из прозрачного превратился в насыщенно-нефритовый с редкими золотыми искрами. Серьги, в которых тоже были прозрачные кристаллы, стали чернильно-черными. А браслеты, не имевшие никаких украшений кроме затейливой резьбы, остались прежними.

— Теперь еще полчаса ждем, пока проявятся руны, — Арнард не отводил взгляд от украшений.

— С Вик было так же? — спросила Иржин. — С ней вообще все в порядке? Вместо целителя Лорны чужая неприятная ведьма, магистра Труви тоже нет. Это… Это пугает.

Прислонившись бедром к столу, ректор сложил на груди руки. Помолчав, он серьезно спросил:

— Вы понимаете, что никому ничего не сможете рассказать?

— Я понимаю, что если скажу Лессе и Алиане «Все в порядке», то им этого будет достаточно, — твердо произнесла Иржин.

— Но вам этого достаточно не будет, — усмехнулся ректор. — Похвальная преданность.

Опустив голову, Ирж тихо произнесла:

— Или безумное беспокойство. На самом деле… На самом деле я верю вам, милорд Десуор. И если вы скажете: «Все в порядке» — мне этого будет достаточно. На какое-то время.

Арнард расхохотался и, отсмеявшись, произнес:

— Вы удивили меня куда раньше, чем я ожидал. Можете обращаться ко мне по имени, Иржин.

— Спасибо, Арнард, — дрогнувшим голосом произнесла леди дер Томна. — И все-таки, я не услышала от вас этой фразы.

— Я не знаю, будет ли все в порядке, — с пугающей серьезностью произнес ректор. — Дело взято под личный контроль Его Величества. Магистру Эриеру удалось нащупать в разуме студентки Натив инородное вкрапление. Вот только снять воздействие он не может.

— Не может?!

— Это не менталистика, — скривился Арнард. — Чистая магия иллюзий, но как? На этот вопрос нет ответа даже у магистра Труви. Артефакты Траарнских помогли узнать чуть больше — область в разуме Вик Натив влияет на ее чувства и эмоции, а так же снижает трудоспособность.

Иржин стиснула кулаки:

— Но кому это могло понадобиться? Вы знаете, вчера мне пришла в голову странная мысль — что если Вик была просто…

— Подопытной, — кивнул ректор. — Мы пришли к тому же выводу. Семья Натив не принадлежит к аристократическим сливкам. Они — типичные середнячки. Да и в самой студентке нет ничего экстраординарного. В меру привлекательная, в меру одаренная. До воздействия — упорная и трудолюбивая.

Поежившись, Ирж вспомнила, как Вик отреагировала на свое подсознание. Она испугалась того, что увидела внутри себя. Она искренне не понимала, отчего внутренняя Вик больше всего хочет ничего не делать.

— Она помолвлена, — леди дер Томна вскинула взгляд на ректора. — И там тоже довольно странная история. Вик настолько влюблена в Родерика дер Флауна, что ради него поступила в Академию. И ради него согласилась на унизительные условия помолвки, свадьбы и дальнейшей жизни.

— Унизительные? — подался вперед ректор.

— Она должна будет надевать личину другой женщины. Как сказал дер Флаун, чтобы каждый из них получил того, кого любит.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Так, — ректор нехорошо улыбнулся, — так. Ясно. Спасибо, что не промолчали, Иржин.

Лежащие на отрезе шелка артефакты засветились, в воздухе разлилось мерное гудение. Секунда, другая и все стихло.

— Уже все?