Айя Линг - Ужасная сводная сестра (ЛП)

— Боже милостивый, так вы та младшая мисс! Она говорила, что вы привозили для меня доктора.

— О, мне было нетрудно, — смущённо говорю я. — Я всего лишь предложила её подвезти в своей коляске.

— Боже благослови вас, мисс, за вашу своевременную помощь. Не важно, что случится со мной, но кроме Эллы у меня есть ещё двое младших детей, и для них всё слишком тяжело. Хвала Господу, мой Билли нашёл работу в хорошем месте.

Я улыбаюсь, хотя по моему частному мнению, мальчику гораздо лучше пойти в школу.

— Можно войти на секундочку?

— Если вы не против нашей скромной обстановки; здесь слишком бедно для такой леди как вы, — миссис Татчер выглядит взволнованной. — С Эллой ведь всё в порядке?

Наверное, её тревожит моё серьезное выражение лица.

— С Эллой всё в порядке. Мне просто хочется задать вам несколько вопросов.

Внутри хижина не так уж изменилась, но сейчас здесь намного опрятнее и аккуратнее. Похоже, Генри даёт чёткие указания вычищать помещение и обеспечивать лучшие условия для выздоровления миссис Татчер. На матрасе лежит кучка одежды с напёрстком и игольником, видимо, она чувствует себя достаточно хорошо, чтобы включиться в работу. Осторожно присаживаюсь на единственный стул в центре комнаты.

— Чаю, мисс? — женщина тянется к ветхой жестянке на шаткой полке.

— Спасибо, но нет. Пожалуйста, не утруждайте себя, я ненадолго.

Её рука повисает, а на лице читается облегчение. Мне не хочется показаться грубой, но по санитарным причинам я слегка опасаюсь пить здесь чай. К тому же, из разговоров с Эллой мне известно, как до ужаса много времени уходит на то, чтобы кипятить воду над огнем. В Ателии нет электрических плит.

— Эм... — я прочищаю горло, складывая руки на коленях. — Мне хочется узнать... а у Эллы есть крёстная?

Миссис Татчер смотрит на меня таким же озадаченным взглядом, как и Марта.

— Нет. По крайней мере, я о ней не слышала, — и она на секунду отводит взгляд.

— Но вы же ее мать. Разве вы не должны знать, есть ли у неё крёстная?

Она не отвечает. Лишь мнёт в руках свой потёртый фартук. Мне ненавистно, что причиняю ей неудобства, но мне нужно закончить свою миссию. И если она означает, что Элла получит своё "жили долго и счастливо", то позже они меня поблагодарят за всё.

— Простите, миссис Татчер, но Элла действительно ваша дочь? — я наклоняюсь вперёд и смотрю на неё, пытаясь имитировать заботливый взгляд принца. У нее определённо встревоженный вид.

— Нет ли у неё, случайно, других родителей?

Щёлк! Жестянка падает из её рук и катится по грязному полу. Я нагибаюсь её поднять, но она машет мне, что не стоит.

— Как вы узнали? — её голос трещит, и она пристально смотрит на меня, кажется, её глаза занимают половину её худого, изможденного лица.

Хм... может потому что читала сказку? Я скрещиваю руки и закусываю нижнюю губу в поисках подходящего ответа.

— Потому... м-м-м, — в моей голове всплывают портреты из гостиной. — У нас дома есть портрет моего отчима, и есть, как бы сказать, ужасное сходство между ним и Эллой.

Теперь она выдыхает.

— Моя Элла? Дочь графа?

— Вы не знаете, кто её настоящий отец?

Миссис Татчер медленно качает головой. Между нами повисает неуютная тишина. Я удивляюсь её неосведомлённости, ведь Элла может быть дочерью графа Бредшоу, но потом до меня доходит, что если бы она знала, то попыталась бы доказать её происхождение: девушка заслуживает лучшего, чем выполнять приказы Бьянки и леди Бредшоу.

— Друг моего мужа принёс к нам Эллу младенцем. Дела у нас тогда шли лучше. Мой муж работал в шахте, и там хорошо платили. Но после его смерти, мне тяжело работать и растить их троих.

— А тот друг ничего не упоминал о том, откуда она появилась?

— Прошло много лет, — миссис Татчер морщит лоб. — Дайте-ка вспомнить... его звали Адам... Адам Снайдер.

Во мне поднимается волна возбуждения. Наконец-то появляется зацепка.

— А где он живёт?

— Не в городе.

О нет. Как же мне его найти?

Миссис Татчер потирает руки.

— Но мне кажется... да, теперь припоминаю. У него была дочка, которая работала служанкой в богатой семье. Когда он принес Эллу, то упоминал, что виделся со своей дочерью.

— Замечательно. Так вы знаете эту семью?

Женщина грустно качает головой.

— Простите, мисс, всё было слишком давно. Кроме того, их дочка сейчас, скорее всего, замужем. А если так, то она, должно быть, покинула свою работу.

Просто класс. Хотя, при всех моих последних неудачах, чему тут удивляться?

Я тереблю свой капор, испытывая внезапное желание содрать с него все ленточки и розы.

Со стороны входа доносится скрип, дверь распахивается, и в дом, пошатываясь, входит парнишка лет десяти. Он худой как палка, с тонкими, кривоватыми ногами, в залатанной одежде, больше похож на шестидесятилетнего старика.

— Джимми! — миссис Татчер спешит к мальчику и обнимает его. — Почему ты так рано? Тебя ведь не уволили?

— Нет, кое-что произошло, — мальчик пожимает плечами. Он пытается вести себя так, словно не случилось ничего серьёзного, но в его глазах я замечаю проблеск страха. — Мистер МакВин дал нам выходной, пока они не исправят машины. — Тут он замечает меня и удивлённо хмурится. — А вы кто?

— Не смотри так, Джимми. Это грубо, — миссис Татчер кладёт руки на плечи Джимми и разворачивает его лицом ко мне. — Мисс Катриона, одна из леди, на которых работает Элла.

Глаза Джимми расширяются.

— Вы та леди, которая привезла доктора к мамочке?

— Я всего лишь предложила воспользоваться коляской, — говорю, фокусируясь на разбитом окне. То, как миссис Татчер и Джимми смотрят на меня... как будто я Человек-паук, или Бетмен. — Хм, миссис Татчер, мне лучше уйти. Вы уверены, что больше ничего не можете сказать об Адаме Снайдере?

Она на секунду прикрывает глаза, сдвигает брови, но, в конце концов, качает головой.

— Хотелось бы помочь вам, мисс, но больше ничего не могу вспомнить. Всё было так давно.

Вздыхаю, если бы я могла погуглить, возможно нашлась бы сотня вариантов с фамилией Снайдер.

По дороге домой достаю флакончик духов из своего ридикюля и обильно обрызгиваю себя ароматом из смеси масел бергамота и лимона. В последний раз, когда я возвращалась от миссис Татчер, от меня воняло как от канализационной крысы и леди Бредшоу, вытаскивая платок, спрашивала, где я была. Никогда не умела хорошо лгать, так что смогла лишь выдавить, будто упала в лужу. Она подняла бровь, но к счастью, не стала расспрашивать дальше. После катастрофы с представлением при дворе, моя неуклюжесть больше не является чем-то необычным.