Элизабет Линн - Зима драконов

– Сломана?

Азил кивнул. Нога сломалась, когда он упал, пытаясь в первый раз сбежать из плена. В тот раз он сделал шину и пошел дальше, но его догнали и вернули в клетку.

– Тебя плохо кормили, верно? – Макаллан приложил ухо к его груди и постучал пальцами. – В легких, похоже, чисто. – Он снова накрыл его одеялом. – Тебе вырвали язык? – ровным голосом спросил он, и Азил покачал головой. – Хорошо. Тебе нужно побольше есть и двигаться, чтобы восстановить мышцы. Я пришлю Торика, он поможет одеться и принесет еды. Дай-ка я посмотрю на твои руки. – Он взял скрюченные пальцы Азила, очень осторожно разогнул их и не сдержал вздоха, когда увидел страшные красные шрамы и переломы. – Ты можешь пошевелить пальцами? – Мужчина медленно сжал руку в кулак и снова раскрыл его. – А руками?

Азил поднял руки, примерно на шесть дюймов. После первого побега Гортас приказал его связать: ему стянули запястья и локти за спиной кожаными ремнями. Еду бросали в клетку, и он ел, опуская лицо к полу. Когда ремни сняли, руки повисли вдоль тела, словно ему перерезали сухожилия.

– Со временем будет лучше, – сказал Макаллан, – но я не понимаю, как тебе удалось сюда добраться.

То же самое он повторил хозяину замка. Они сидели рядом на скамейке во дворе, где воцарилась тишина, поскольку солдатам удалось собрать большую часть сбежавших свиней.

– Я видел последствия более жестоких пыток, хотя он по-прежнему страдает от боли. Но прийти самостоятельно на север, через скалы и снег, без еды, по такому холоду, и остаться в живых… – Целитель недоверчиво покачал головой. – Мало кто на такое способен.

– Он… сможет говорить?

– Не знаю. В этом смысле у него вес в порядке. Думаю, ему запрещали говорить и наказывали при попытке что-нибудь произнести.

– Возможно, он находится под действием заклинания, – сказал Карадур.

Макаллан краем глаза посмотрел на спокойный, ничего не выражающий профиль Дракона. Он знал, что Азил покинул замок вместе с Тенджиро, братом-близнецом Дракона. Поговаривали, будто Тенджиро Атани чародей. Два года охотники приносили из северных лесов истории про ледяных воинов, страшных клыкастых зверей и туманы, неподвластные никаким ветрам.

Возможно. Но заклинание перестает действовать, когда тот, кто его использовал, находится далеко. По крайней мере, так я слышал.

Мне нужно, чтобы он заговорил, – сказал Карадур. – Я хочу знать то, что известно ему.

– Он заговорит или нет. Тут я ничего не могу сделать, – ответил Макаллан. – Но даже если к нему и вернется речь, возможно, он не сможет сказать вам то, что вы хотите знать.

– Он поправится?

– Его тело? Вполне возможно. Скорее всего, он будет хромать на одну ногу. Руки… с ними сделали что-то ужасное. Ломали, жгли… я не знаю, что. Азил был музыкантом? Никогда больше он не сможет держать лютню или флейту, даже перо, да и любой другой инструмент, требующий мелких точных движений. Исцелится ли его сознание и сердце? Не имею ни малейшего понятия. Он не такой, каким был прежде. И мне неизвестно, кто он: он опустошен.

– В таком случае пустой сосуд нужно наполнить, – проговорил Карадур и встал.

Он вошел в замок и направился в комнату, в которую поместили Азила. Торик, сидевший на кровати, помогал ему взять в руки ложку.

– Выйди, – приказал ему Карадур и, когда Торик ушел, сел на его место.

Он поднес ложку к правой руке Азила и стал ждать, когда его пальцы сомкнутся на ней, а потом мягко положил свою ладонь поверх его истерзанной руки. Еда была совсем простой, какую дают детям, – каша с кусочками мяса.

– Ешь, – сказал Карадур. – Я хочу, чтобы ты набирался сил.

Раненый с трудом сжал в руке ложку и поднял ее. Очень медленно лорд-дракон накормил Азила, а затем принес воды и помог ее выпить.

– Ты можешь произнести мое имя? Азил сглотнул и покачал головой.

А его имя ты можешь произнести? Тело Азила напряглось.

– Ты справишься. Я хочу, чтобы ты стал сильным и чтобы ты заговорил. Он положил руку на лицо Азила, почувствовав только кожу да кости. У него возникло ощущение, будто он касается голого черепа. Азил задрожал, и Карадур убрал руку, а потом встал и ласково сказал: – Я пришлю Торика. Постарайся объяснить ему, что тебе нужно.

Он вышел и жестом показал Торику, чтобы тот вернулся в комнату. В глубине души Дракон приговорил своего близнеца ко всем существующим страданиям, которые боги всех вселенных в состоянии придумать. Внутри него пылал огонь, который сиял и пульсировал под кожей. На руках вспыхивало пламя, а те, кому нужно было пройти мимо него, замирали на месте, а потом выбирали другую дорогу, только чтобы не оказаться на пути жуткого, охваченного гневом Дракона, не имевшего сил оторваться от гобелена на стене.

На следующее утро управительница замка Аум Найл-сдеттер, мать Азила, зашла его проведать. Что она ему сказала, никому не известно, и никто не знает, что почувствовал Азил, который по-прежнему не говорил. Но вечером он уже смог есть сам, хотя и очень медленно. А через три дня сумел одеться без посторонней помощи.

Шесть дней спустя Карадур сидел за столом в библиотеке замка и изучал карту. Книги, по большей части, старые и потрепанные, присыпанные древней пылью, лежали стопкой у его локтя. Неожиданно дверь распахнулась, и в комнату, хромая, вошел Азил. Торик следовал за ним.

Милорд, я не смог его остановить, – пролепетал мальчик.

– А зачем его останавливать? – спросил Карадур. – Он может ходить всюду, где захочет. Пододвинь вон то кресло.

Торик бросился в противоположный угол комнаты и притащил тяжелое, большое кресло. Азил сел. Его глаза сияли ликованием, а лицо уже не казалось таким изможденным.

– Торик, принеси бокал. – Торик достал бокал из шкафа у стены. – Спасибо. Можешь идти. – Он увидел, что в глазах юноши появилось беспокойство, и спросил: – Что такое?

Милорд, он еще ни разу не заходил так далеко… – Я о нем позабочусь. Иди.

Мальчик поклонился и ушел. Карадур налил вино во второй бокал, до самого края.

Азил взял его изуродованной правой рукой и поднес к губам. Она немного дрожала, но он не уронил бокал и не расплескал вино. Он выпил и поставил его на стол.

Хорошо, – сказал Карадур. – Ты становишься сильнее. Произнеси мое имя.

Азил попытался и не смог. Тогда он с силой стукнул обеими руками по столу и скривился от боли.

– Не делай этого, – резко приказал ему Карадур. – Посмотри сюда. – Повернув карту, он подвинул ее к Азилу, а затем переставил подсвечник так, чтобы свет падал на тонкий старый пергамент.

Б библиотеке полно карт. Очень древних. Некоторым сто лет, и здесь они находятся примерно столько же. У меня есть карты почти всех городов и графств Риоки самых разных времен, так что, если положить их рядом, можно увидеть, как менялись города. Карты Айсоджа с помеченными тронами вторжения. Карты морских течений, звездные, есть даже пустыня. Тут имеются карты мест, о которых я никогда не слышал. И еще вот эта. Самая лучшая карта севера из всех, что мне удалось найти. Вот Хорнланд. Аник. Ашавик. Тол-пик. Митлигунд.