Александр Арбеков - О, Путник!

Тысячи лужённых глоток, принадлежащим и Гвардейцам и не гвардейцам, вошли в унисон с морем и небом, сотрясли мироздание и повергли врагов в прах ещё до того, как наши клинки скрестились с их клинками в последней схватке. Что такое победа? Заключается ли она всего лишь в мече или в силе духа, двигающим этим мечём? Абсолютно риторический вопрос!

— ЗВЕРЬ! — заорал я, сжал в руке свой славный ЭКСКАЛИБУР и сделал неимоверный, гигантский прыжок на тяжёлую вражескую галеру, которая неторопливо приближалась к нашему флагману.

— У, А, Э, У, У, А, А, А, А!!! — раздался в ответ ужасный рёв, и оцепеневший и замерший до этого мир замер ещё сильнее.

И продолжилось сражение, и мы со ЗВЕРЕМ окунулись в него, как две огромные и чудовищные пираньи в аквариум с карасями, и началась бойня. И длилась она весь оставшийся день. Мы совершали бесконечные прыжки с корабля на корабль, внося опустошение в ряды противника. И рвались латы, и отделялись от туловищ головы, и кровь хлестала из ран, и вопли боли и отчаяния заглушили все существующие в мире звуки.

И сталкивались бортами, и натыкались на тараны, и получали пробоины, и горели, и уходили на дно корабли. И было всё, словно в тумане, и море стало красным и ещё более солёным, и бессмысленным и безнадёжным показалось это омерзительное зрелище небу, которое спрятало свою голубую прозрачность за багровыми цветами предзакатного, вечного и ко всему равнодушного солнца.

И было так печально и весело, и мрачно, и радостно, и грустно, и страшно и беспечно. И забыли все на время о смерти. Почти забыли… Вечная, как мир, история, — постоянное и подспудное ожидание смерти, и затаённая обида по этому поводу. Но если смерть наступает преждевременно, то обидно вдвойне. А если смерть насильственная, то — втройне! Неизбежность обычной смерти рождает ощущение бессмысленности бытия. Ожидаемое наступление насильственной смерти влечёт, кроме этого, ещё и разочарование от несправедливости. Почему именно я, именно сейчас, и вот так!?

Между тем долгая, грандиозная и кровавая битва подошла к концу. Мрачная, звёздная, холодная осенняя ночная тьма тихо и медленно опустилась на печальное и задумчивое море, лик которого был испоганен обильной кровью. «А утром они проснулись…». И ужаснулись… Но, то, что сделано, — сделано! И быть сему, и быть сему!

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Дикие травыГусто в доме растут.Какая печаль!Никого! Одна только осеньВ гости приходит сюда…

— Вы знаете, ПРЕДСЕДАТЕЛЬ, а он мне, как ни странно, нравится, — задумчиво и как-то тягуче произнесла Девушка..

— Наконец-то вы прозрели, милая моя, слава Богу.

— Да не называйте меня так! Я вам не милая, и не ваша! Ненавижу такое обращение. Вы же прекрасно знаете, что я отнюдь не милая! Я — расчётливая, прагматичная сука, алчная и похотливая хищница, полная скепсиса и ехидства, стерва из стерв, разочарованная в этом скучном и никчёмном мире, не видящая смысла в жизни!

— Вот это характеристика, данная личностью самой себе! Браво! Как же она объективна и справедлива! Но, есть повод исправиться. Когда вы последний раз влюблялись, Советник?

— Тысячу лет назад, — раздражённо ответила Девушка.

— И что, после этого вы, того… ни разу не…?!

— Замолчите, вы несносны!

— Молчу, молчу, бедная вы моя…

— О, Боже!!! Хватит же! Я отнюдь не бедная!

— Нижайше прошу прощения, Советник! Виноват, виноват. И за что же этот тип так вам нравится? Он же не в вашем вкусе? Якобы… — хмыкнул ПРЕДСЕДАТЕЛЬ.

— Почему же: высок, статен, довольно симпатичен, обаятелен, породист, обладает прекрасным чувством юмора. Одним словом — красавец, умница, поэт… Стихи пишет очень неплохие, согласитесь. Да ещё и Император! Их, этих самых Императоров, сейчас можно пересчитать по пальцам во всём Мире! — задумчиво произнесла Девушка. — Масса всяческих разнообразных достоинств присутствует в нём, однако.

— Какой он Император!? Все Короли мертвы. Он не имеет никакого права на какой-либо трон.

— Перед вами, уважаемый Первый Советник, самый что ни на есть настоящий Император!

— Что за бред! Самозванец, выскочка! — возмутился ПРЕДСЕДАТЕЛЬ.

— А кем были Чингисхан и Наполеон?

— Ну, вы и сравнили!

— Вполне корректные сравнения. С чем вы, собственно, не согласны? Один — бывший раб: нищий, убогий и бесправный. Второй — бедный артиллерийский офицер. Наш клиент — капитан Морской Пехоты. В чём особая разница? Все мы творцы своей судьбы! — усмехнулась Девушка.

— Какая глубокая и оригинальная мысль! — буркнул ПРЕДСЕДАТЕЛЬ.

— Лучше не скажешь, как не пыжься.

— Но с чем я согласен, — задумчиво произнёс ПРЕДСЕДАТЕЛЬ, — так это с тем, что он действительно неплохой поэт. Вот поэтом бы и оставался… Ну-ка, как там у него:

Первый снег этот город окрасил в пастель.Как ребёнок смотрю на него удивлённо.Лишь вчера догорали последние клёны,А сегодня их листья съедает метель.

— Каково, а!? Замечательно!

— А дальше? — заинтересовалась Девушка.

— Сейчас вспомню:

Рядом женщина… Бешеный танец снеговНе смущает её, потому что в бокалеЕсть напиток, который так долго искалиПеред тем, как отдаться в объятья веков.

— Что за напиток, ПУТНИК? — весело спросила меня Девушка, или как там её… Советник.

— Знамо, что за напиток, сударыня. Водка… Банально, но без всяких там маразматических экзерсисов и выкрутасов. Честно, крепко и решительно, — глухо произнёс я, вставая с кровати и потягиваясь.

ЗВЕРЬ неподвижно и мощно возвышался рядом, искоса и настороженно посматривая на ПРЕДСЕДАТЕЛЯ и Советника. Те сидели напротив моего ложа на двух стульях: очень спокойно, тихо, смирно, не шевелясь, положив руки на колени.

Девушка была одета в короткое голубое платье, на её прелестной головке покоилась лёгкая и изящная соломенная шляпка, которая подчёркивала высокий и плавный изгиб её очаровательной шейки. Ножки были обуты в мягкие, белые, кожаные сапожки.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ был облачён в длинные белые шорты и футболку с надписью: «Тише едешь, — дальше будешь!». На его ногах я увидел дешёвые пластиковые босоножки, на голову была надета бейсболка с логотипом фирмы «АДИДАС».

— Цирк уехал, а клоуны остались, — мрачно произнёс я, тряхнув головой. — А где самый главный клоун, тот, что в лайковых перчатках?

— О чём это вы? — захлопал глазами ПРЕДСЕДАТЕЛЬ.