Жизнь и Месть Чёрной Королевы (СИ) - Головач

верно, но я пока до риска не особо дорос.

— Тебе пока и не нужно о нём думать, братишка. Это мне, как уже состоявшейся дамочке, которой в этом году стукнет двадцать семь, можно проворачивать различные рисковые «махинации».

Я с усмешкой слегка взлохматила парню волосы.

— Хах, ладно-ладно, понял, сестрёнка. Понял, — он тут же посерьезнел и стал говорить тише: — А ты с мамой ещё не говорила?

— Я как раз жду, когда она поможет бабушке с шитьём и освободится, чтобы обо всём с ней спокойно поговорить, — произнесла в ответ я.

— Ладно. Тогда давай я бабулю минут через десять отведу уже спать. Ей врач прописал более долгий сон, заодно и ты с мамой поговоришь.

— Хорошо. И не волнуйся, я смогу убедить её не влезать ни в какие кредиты. Я не допущу того, чтобы вы сели в долговую яму.

— Спасибо, Региш. Не хочу, чтобы мама потом платила проценты. Они сейчас из-за революции возросли до невероятных размеров.

— Я понимаю. Именно поэтому всегда и говорила вам обращаться ко мне по поводу любых денежных вопросов.

Игорь наградил меня доброй улыбкой и решил всё же дать мне побыть наедине с собой, а заодно и помочь Себастьяну домыть посуду и остатки еды убрать в холодильник, а что ещё простоит в тепле, накрыть тарелками и салфетками от мух и ос, что могут залететь.

Я отправилась в гостевую комнату, которую нам с демоном выделила мама, и в ожидании, когда она освободится, села в кресло, погрузившись в свои мысли.

Сколько ещё мне придётся скрывать от родных правду о своей жизни, о своей деятельности Чёрной Королевы и всего того, что с ней связано? До самого ли конца?

Да, я сама не хочу впутывать их во всё это, не хочу рисковать их жизнями. Но с другой стороны… Постоянно лгать им… Порой я так устаю от этого и сама удивляюсь тому, что мои секреты всё ещё остаются секретами, и ни мама, ни брат, ни бабушка до сих пор меня не раскрыли.

— Я буду скрывать от них всё это и дальше, лишь бы уберечь, — с тихим вздохом прошептала, сплетая пальцы рук меж собой. — Так будет лучше для всех.

— «Если так охота высказаться, делай это уже с помощью мыслей. А то в таких квартирках слышимость отличная», — послышался в моих мыслях голос Азбиля, который облизывался после того, как стащил с кухни пирожок.

Я слегка мотнула головой, прервав свои размышления:

— «Дурацкая привычка иногда разговаривать с самой собой».

— «Понимаю. И твоё решение я считаю правильным».

— «Я просто хочу, чтобы у них было всё хорошо. Пусть хотя бы у моей семьи будет действительно нормальная жизнь, никак не связанная ни с политическими дрязгами, ни с демоническими играми».

— «Так и будет. Мы всё сделаем, чтобы их никто не беспокоил».

— «Надеюсь на это».

Я снова вздохнула и погладила подошедшего ко мне Аза.

— «Хоть мне и неприятно врать им, но я должна, прежде всего, беспокоиться об их безопасности».

— «Это называется также и «ложь во благо». Забыла уже?».

— «Забудешь тут… Я лишь надеюсь, что мои родные сами никогда не догадаются о том, что я от них скрываю».

— «Если не будешь об этом трещать направо и налево, то точно не узнают. Да и мы всегда можем им поменять память».

Я слегка усмехнулась в ответ на это:

— «Ладно-ладно, я поняла».

— «Регин… Хотя бы сегодня просто расслабься и успокойся».

— «Хорошо. Ты прав, Аз. Я сегодня… Отброшу некоторые свои размышления. Сейчас не время для этого».

— «Не некоторые, а все. Поняла меня?» — пёс боднул своей мордочкой мою руку.

— «Ладно-ладно, все», — я улыбнулась и почесала его за ушком.

— «М-м-м-м-м! Завидую я собакам. Получают всю любовь из рук хозяев».

— «Ах, вот как, значит».

Только я хотела наклониться к Азбилю, чтобы почесать и погладить его не только за ушком, но и всего, как раздался стук в дверь.

— Родная, можно? — послышался голос моей мамы. — Игорь сказал, что ты хотела со мной поговорить.

— Да, мама, заходи, — отозвалась сразу же я.

Матушка тут же зашла ко мне и, дождавшись пока Азбиль выйдет из комнаты, вильнув на прощание хвостом, она присела рядом со мной:

— О чём ты хотела поговорить?

— Игорь сказал, что ты хочешь взять кредит, — проговорила тихо я, глядя ей в глаза. — Позволь узнать, зачем?

— Я… Милая, Игорю ещё поступать в университет, а ты сейчас знаешь, как всё дорого. Я не хотела тебя обременять и…

— Мама…

Я вздохнула и тихонько взяла её за руку:

— Я ведь уже говорила не один раз, помощь вам для меня не бремя, а совсем наоборот.

— Но, дорогая, ты вон лечилась, тебе самой было очень тяжело, и тут я ещё лезу к тебе.

— В какой бы ситуации я сама ни оказалась, для меня всё равно всегда будет важно благополучие нашей семьи.

— Родная, но я… — женщина стыдливо опустила голову. — Я уже его взяла…

— Мама… — я тяжело вздохнула. — И сколько же?

— Четыре миллиона, лет на десять.

— Что ж… Раз ты уже взяла этот кредит, то придётся мне его выплатить. И я не приму никаких возражений. Самим вам такие деньги банку точно не вернуть даже за данный срок.

— Я просто хотела как лучше для Игоря, доченька… Ну, разве можно меня винить за это?

— Я понимаю, что ты хотела как лучше. Но и ты, пожалуйста, пойми, сейчас такое время, что в денежных вопросах нельзя поступать так опрометчиво.

— Да… Я понимаю, — мама задрожала от чувства вины, что накатило на неё вместе с упрямством, которое она пыталась подавить в себе.

Я тихо вздохнула, подсев к ней ближе, и осторожно обняла её, прошептав:

— Что сделано — то сделано, мама. Главное, что я узнала обо всём до того, как у вас начались серьёзные проблемы.

— Прости, малышка… Я так хотела просто, чтобы всё было правильно… Дура я у вас с Игорьком.

— Ты просто мать, которая очень сильно любит своих детей.

Я вновь выдохнула, вдруг почувствовав даже какую-то странную лёгкую боль и обиду, которую сама сразу постаралась подавить в себе.

Сейчас совершенно неподходящее время для подобного.

— Всё теперь будет хорошо, мама, — тихим полушёпотом сказала я, крепче обнимая женщину. — Я тебе обещаю.

— Спасибо… — матушка с доброй улыбкой обняла меня в ответ и прижалась ко мне как можно сильнее, чувствуя, что за эти два года разлуки я жива и в полном порядке. — Прости меня, доченька.

— Тебе не за что просить прощения, мамочка… Не за что, —