Убийство Принца Тени - Хелен Шойерер

class="p1">– Он в состоянии лететь, – сказал ей Талемир, вставая и мгновенно снова возвышаясь над ней.

Дрю подошла к своей седельной сумке и порылась в ней в поисках воды. Она сделала большой глоток, стараясь сосредоточиться на чем угодно, только не на Воине Меча, который, казалось, почувствовал ее замешательство.

Именно в этот момент девушка уловила в дуновении ветра аромат жасмина. Она узнала бы этот запах из тысячи. Этот аромат принадлежал ее матери: им пахли ее волосы, одежда, независимо от времени суток.

Дрю огляделась по сторонам и сразу же заметила цветы. На склоне утеса рос дикий голубой жасмин – любимый цветок ее матери. Нежные лазурные лепестки распускались там среди глянцевых темно-зеленых листьев. Ее мать выращивала все виды жасмина в теплице и на клумбах в саду вокруг их поместья, но по какой-то причине дикий жасмин с цветами такого оттенка всегда ускользал от нее, отказываясь расти так же легко, как остальные. Однако это никогда не беспокоило мать Дрю. Галина, элегантная аристократка, просто продолжала пытаться снова и снова.

– Я не позволю этим цветам победить меня, Дрю, – сказала она однажды. – Запомни мои слова, еще до наступления следующей зимы в моих садах зацветет дикий голубой жасмин.

Но ее мать не дожила до следующей зимы, и с тех пор Дрю не возвращалась в их семейный дом. Она понятия не имела, расцвели ли голубые цветы в их отсутствие.

– Нам нужно продолжать двигаться, – сказала она, поворачиваясь к лошадям.

Талемир наблюдал за ней, слегка приоткрыв рот, словно хотел о чем-то спросить.

Но Дрю обошла его и вновь оседлала свою кобылу. Терренс, быстро придя в себя, расправил крылья и полетел вперед.

– Как давно ты стала рейнджером? – спросил Талемир, когда они продолжили спускаться мимо водопада.

– Официально? Год или около того.

– А неофициально?

– Эдрианн начала обучать меня задолго до этого. Сразу же, как мы почувствовали, что в королевстве начались волнения. Она дочь капитана королевской гвардии.

– А ты?

Дрю на мгновение замешкалась, подыскивая предлог, чтобы не делиться с ним подробностями. Не придумав ничего подходящего, она ответила:

– Я единственная дочь дворянки, и мой отец, Фендран, – его семья веками работала в наарвийской кузнице.

– Интересное совпадение.

– Так и есть.

– Твой отец научил тебя обращаться с оружием?

– Мой отец, мои братья, Эдриенн… Полагаю, каждый приложил к этому руку.

– А как благородная дама отнеслась к тому, что ее дочь владеет клинком?

Дрю рассмеялась.

– Когда моя мама не устраивала балы и не разъезжала по королевству, она копалась в саду по локоть в грязи, так что вряд ли она соответствовала стандартам общества. Это одна из причин, почему люди любили ее.

– Она кажется приятной женщиной.

Дрю с трудом сглотнула.

– Да, была такой.

Девушка ждала жалости, вымученных соболезнований, но, к ее облегчению, их не последовало. Талемир, казалось, почувствовал, что она не хотела и не нуждалась в этих вещах.

– Значит, ты была на многих заданиях?

– К чему все эти вопросы, Воин Меча?

– Просто пытаюсь занять время.

– Тогда хотя бы разнообразь его.

Талемир издал смешок.

– Хочешь разнообразия? Хорошо. Назови самый оригинальный способ, которым ты когда-нибудь убивала человека.

– Подсвечником, – без колебаний ответила Дрю.

– Подсвечником? Впечатляюще. Как это случилось?

– Мы с Эдриенн разыскивали пропавшую семью на южном острове и нашли убежище в заброшенном поместье. Мы много дней были в пути, и обе устали. Она заснула во время дозора, и на нас напали налетчики. К тому времени, когда я поняла, что происходит, один из них прижал меня к обеденному столу. …Единственным предметом, до которого я могла дотянуться, был подсвечник. Поэтому я вонзила его ему в глаз. Черт возьми, чуть не попала ему в затылок.

– Жестоко. – В голосе Талемира не было осуждения. – Так и надо этому ублюдку.

Дрю кивнула в знак согласия. Она ни о чем не жалела.

– А что насчет тебя?

– У тебя много времени?

– Я думаю, что смогу дослушать.

– Не будь так уверена. У меня множество изобретательных способов убийства.

– Что ж, в любом случае, просвети меня. Возможно, я сочту твое хвастовство поучительным.

Она бросила на него многозначительный взгляд, и Талемир ухмыльнулся.

– Недавно я убил человека книгой.

Дрю фыркнула.

– Значит, ты ему до смерти надоел?

– Нет. Один удар увесистым томом по голове – и он умер. Был убит любовным романом.

– Как романтично.

– Бывает и хуже, – съязвил воин. – Мой друг Малик лишь рассмеялся, когда я рассказал ему эту историю. Это того стоило. И до того как я стал Воином Меча, я убил человека вилкой.

– Вилкой?

Талемир пожал плечами.

– Отвратительная драка в таверне.

– С чего все началось?

– С того же, с чего начинаются все драки в тавернах. Украденные монеты, слишком много медовухи и красивая женщина.

– Кем была эта красивая женщина? – прозвучал вопрос Дрю.

– Понятия не имею, – весело ответил Талемир.

– Ты убил человека из-за какой-то женщины, имени которой даже не помнишь?

– Это было давно, Дама Огня.

– Я же просила тебя перестать называть меня так, – выдавила из себя Дрю.

– Никогда не знаешь наверняка, – продолжил Талемир, как будто не слышал ее. – Она может и не помнить моего имени.

Он помолчал, обдумывая свои слова, прежде чем высокомерно ухмыльнуться:

– Но я в этом сомневаюсь.

Дрю недоверчиво покачала головой.

– Значит, просто убила кого-то подсвечником? Тогда, похоже, я победил, а я даже не пытался.

Чувство азарта охватило Дрю.

– Хорошо. Я поняла про вилку, но как тебе дамская перчатка?

– Звучит интригующе, – выговорил Талемир. – Рассказывай.

– Я случайно наткнулась в дамской комнате на мужчину, который пытался надругаться над женщиной, поэтому я задушила его перчаткой.

Она поднесла палец к левой стороне лица, где посередине щеки виднелся едва заметный шрам.

– Он сопротивлялся. Но не настолько, чтобы спастись.

– А леди? Я думаю, что убийство кого-то на светском ужине не останется незамеченным.

– Она, конечно, встала на мою защиту и рассказала всем, что произошло. На самом деле она теперь повар в крепости. Дает мне еду, когда я захочу.

– Действительно приятно иметь такого друга.

– Твой ход? – спросила Дрю.

Талемир рассмеялся.

– Однажды мы с Уайлдером поймали духа на лодке под парусом. Конечно, есть только один способ убить их, но о творческой поимке стоит упомянуть, верно?

– Отдаю тебе должное, – согласилась Дрю. – Как насчет этого… Я выпотрошила человека клювом рыбы-меч.

Талемир остановил своего коня.

– Милостивые боги! Почему ты не начала с этого?

– Я никогда не раскрываю все карты сразу, Воин Меча.

Он тихо присвистнул.

– Твоя очередь, – подсказала Дрю, чувствуя самодовольство.

Талемир, все еще качая головой, снова погнал свою лошадь вперед.

– Мой друг Мариз убил парня пробкой от игристого вина.

Дрю расхохоталась.

– Это было специально?

– О, конечно. Мужчина пытался ограбить его погреб, о котором Мариз очень печется.

Наконец, они спустились с подножия утеса, и Дрю повернулась лицом к Талемиру.

– Кстати, история с пробкой не в счет. Это была не твоя заслуга.

Его ответная улыбка вызвала у нее трепет.

– Не беспокойся об этом. У меня еще много таких историй.

Утро плавно перетекло в полдень, пока они шли вдоль реки, и между рейнджером и Воином Меча установилась гармония. Как бы она ни противилась признавать это, Дрю поняла, что смех легко располагает ее к разговору и что ей нравится слушать мелодичное звучание голоса Талемира, когда он рассказывает одну историю за другой.

Но за несколько часов до наступления сумерек он стал необычно тихим, и она заметила, что он ссутулился в седле, а его широкие плечи слегка наклонились вправо.

– Что случилось? – спросила она, подъезжая ближе к его лошади и заглядывая ему в глаза. Он был бледен, на лбу выступили капельки пота.

– Пустяки, – натянуто улыбнулся он.

– Это не пустяки.

Она наклонилась и резко натянула поводья, останавливая лошадей. Талемир чуть не выпал из седла. Судя по всему, только благодаря силе воли он держался на ногах последние несколько часов.

– Что с тобой? – спросила Дрю, помогая ему спуститься с лошади.

Она усадила его на ближайший