Как понравиться монстру - Лола Гласс

мы дарили друг другу.

Или что мы кормили друг друга.

Или что Джулия не возвращалась с тех пор, как я стала от него питаться.

Или то, как мы прижимались друг к другу на диване каждый вечер. Мы не прикасались друг к другу с тех пор, как впервые покормили друг друга, но прижиматься продолжали. Думаю, мы оба ждали, когда кто-то другой сделает первый шаг.

— Я видела розы на твоей кухне, — возразила Бринн. — И записку. Очередной красивый сюрприз, чтобы скрасить твой день?

Ах.

Красивые записки и цветы, конечно же, продолжались.

— Не подглядывай, — укорила я, чтобы избежать прямого ответа.

— Это не ответ, — заметила Татум.

Чёрт бы их побрал.

Я вздохнула.

— Это конфиденциальный шутка. Я сказала ему, что он зануда, а он ответил, что он прекрасный зануда. По его словам, прекрасные зануды могут скрасить твой день. Отсюда и цветы, и записки. Он меняет их каждый раз, когда они начинают увядать.

— Хорошо, это очаровательно, — улыбнулась Бринн. — Как дела у Джулии?

Из нас троих Бринн была самой милой.

— Уверена, что с ней всё в порядке.

Брови Бринн приподнялись.

— Когда ты видела её в последний раз? — спросила Татум, явно уловив то, что я не сказала.

— Примерно неделю назад, — призналась я.

Бринн засияла.

— Вы точно сойдётесь.

Татум усмехнулась.

— Наконец-то!

— Наконец-то?

— Мы ждали этого несколько недель, — сообщила мне Бринн. — Вы идеально подходите друг другу.

— Мы с ним по-прежнему просто друзья, — возразила я. — И мы не идеально подходим друг для друга.

— Судьба не согласна, — сказала Бринн.

— Как и логика. Многим ли парням пришло бы в голову составить для тебя список вариантов, как это сделал он в самом начале? — добавила Татум.

— Он по-прежнему кормит меня своей кровью, ничего мне не говоря, — возразила я, хотя, честно говоря, мне было уже не до этого.

— Связь между парами сводят с ума. Я знаю об этом не понаслышке, — сказала Татум.

Я с ней определенно согласна.

В конце концов, я заставила его питаться от меня.

— Майлз знает об этом, — сказала Бринн, ухмыляясь, когда мы все встали и направились к выходу. — Она просто пытается отговорить себя от этого.

— Давайте поговорим о чём-нибудь другом. Тебе уже удалось сбежать от своего чешуйчатого защитника?

Бринн скорчила гримасу.

— Нет. Мои братья хуже всех.

— Раньше ты считала их лучшими, — сказала Татум.

— Ну, они меня вырастили. Сейчас они хуже всех. Я пыталась убедить Джаспера и Илая забрать задницу Августа обратно. — она запнулась на полуслове, благодаря магии, не позволявшей ей говорить о том, где живут драконы. — Но они отказались. Считают, что мне нужна защита, раз я общаюсь с демонами и вампирами. Не в обиду вам, — добавила она.

— Без претензий. — Татум пожала плечами.

— Я их не виню, — призналась я.

— Ну, а я виню. У Августа будут проблемы с… чёрт возьми. — она хмыкнула. — Он не может всё время делать то, что хочет, по каким-то причинам.

— Значит, ему скоро придется уехать? — спросила я.

— Теоретически. Он решил, что я больше не могу справляться самостоятельно, так что посмотрим.

Мы вышли из здания, и я совершенно не удивилась, обнаружив Рафаэля и Августа, сидящих за столиком у входа. Рафаэль не мог находиться далеко от Татум из-за их связи с парой, а Август просто неимоверно оберегал свою младшую сестру.

По крайней мере, Зандер не был слишком навязчив в своей защите, по большей части.

Я обняла подруг на прощание и села в машину. Мой взгляд остановился на мужчине под уличным фонарем, и сердце замерло.

Эван.

Это был Эван.

Он пристально смотрел на меня.

Я быстро закрыла машину, но это действие не успокоило мой страх. Вампир мог без особых проблем проникнуть в запертую машину, если бы понадобилось или было на то желание.

Телефон пиликнул, и мой взгляд метнулся к экрану.

Эван:

«С ними ты не в безопасности».

Я сдержала желание ответить старым добрым: «Потому что с тобой мне было так спокойно, когда ты высосал мою кровь и позволил чуть не уморить голодом».

Общение с ним только подтолкнет его продолжать делать то, что он задумал.

Дрожащей рукой я нажала на кнопку вызова Рафаэля, не сводя глаз с Эвана.

Его губы изогнулись, как будто его позабавило то, что он увидел.

— Алло? — Рафаэль ответил сразу же после первого гудка. Его машина стояла на парковке — я видела её в зеркале заднего вида.

— Эван стоит под фонарем напротив меня, — прошептала я.

— Что случилось? — спросила Татум, когда дверь машины Рафаэля открылась. Я подняла взгляд на свое зеркало, когда он переместился и в мгновение ока пересёк улицу, но, когда мои глаза вернулись к фонарю, сердце снова едва не остановилось.

Эван исчез.

Рафаэль не усомнился в моих словах, его взгляд сканировал тёмные улицы вокруг. Он снова посмотрел на меня и покачал головой.

Его нигде не было видно.

— Что случилось, Майлз? — Татум снова заговорила на другом конце телефона, но аппарат зажужжал у меня в руке. Я резко отстранила его от уха и увидела ещё одно сообщение.

Эван:

«Я сделал тебя такой, какая ты есть. Ты либо принадлежишь мне, либо лежишь в земле».

У меня зазвенело в ушах.

Я сжала телефон так крепко, что экран треснул, а моё тело изменилось в ответ на панику.

Я была вампиром.

Я должна уметь себя защитить.

Мой телефон зажужжал, и, когда я снова опустила взгляд, на экране высветилось имя Зандера.

— Мне нужно ответить по второй линии, — прошептала я Татум и нажала кнопку ответа.

— Где ты? — голос Зандера был спокойным, но твёрдым.

У меня заслезились глаза.

— Возле студии йоги.

— Я отправляюсь прямо сейчас. Оставайся на линии.

Я кивнула, хотя он не мог меня видеть.

Звук на том конце трубки был громким, как фен или машина с опущенными стеклами.

Он… летел?

Через две минуты Зандер приземлился перед моей машиной. Его великолепные крылья были расправлены за спиной, и его острый взгляд встретился с моим, прежде чем осмотреть пространство около моей машины. Рафаэль что-то сказал ему, и он ответил, направляясь к моей машине.

Когда Зандер открыл дверь, мои руки сами собой обвились вокруг его шеи. Его крылья исчезли, когда он отодвинулся назад, но никто из нас не отпустил друг друга.

Я прижалась к нему, и он крепко прижал меня к своей груди. Моё колотящееся сердце замедлилось от его присутствия.

Через несколько минут он сказал мне, что нужно ехать домой. Я кивнула, и он усадил меня