Чудесные куклы барышни-попаданки. Книга 2 - Василиса Мельницкая

– И зачем сие барышне? Глицерин я еще могу понять. Его матушка использовала в притираниях для смягчения кожи. А спирт как употреблять будешь?

- Внутрь, - заверила я его, давясь смехом. – Это ж спирт!

Добрыня пригладил бороду.

- И что ж ты раньше не сказал, что внутрь? – обратился он к Владу. – Я б закусь прихватил.

- И с кем я связался?! – Влад нарочито театрально закатил глаза. – Жена спирт употребляет, а друг ей его поставляет.

- Вообще-то, по твоей просьбе, - напомнил Добрыня.

- Так я шучу.

- Я тоже. Кстати, по поводу кельтов. Есть у них легенда о фейри-рабе. Подробностей не помню. Но если надо…

- Надо, - кивнул Влад.

- Он не только подглядывает, но еще и подслушивает? – нахмурилась я.

- Он свою работу выполняет, Марьяш, - сказал Влад мягко.

- И… давно?

Я вспомнила, чем мы с Владом занимались в библиотеке, и меня бросило в жар. Но он же сказал, что там защита от чужих ушей! А еще… мой секрет!

- Личное я блокирую, - успокоил меня Влад.

- Ваше щебетание слушать – удовольствия мало, - пробурчал Добрыня. – Да и интересует другое. Вон, оба под ведовством побывали и не заметили. Вообще, удобно, конечно. Пересказывать не нужно, если что полезное для расследования.

- Кстати, новости есть? – спросил Влад.

- Новый уровень секретности, - кисло улыбнулся Добрыня.

- След привел в ближний круг?

Добрыня развел руками. Мол, я ничем помочь не могу.

- Очевидно, - пробормотал Влад.

На крыльцо вышла Аннушка, замахала мне руками.

- Мальчики, мне пора, - сказала я, поднимаясь.

- Марьяша, будь осторожна, - попросил Влад. – Увидимся вечером. Прости, много дел.

- Ничего. У меня есть, чем заняться, - ответила я, прижимая к груди узелок.

- Когда она так говорит, мне страшно, - пожаловался Влад Добрыне, едва я поднялась на крыльцо.

Громко. Чтобы я наверняка это услышала.

- Женщина, употребляющая спирт, страшная женщина, - согласился с ним Добрыня.

И оба довольно заржали. А я подумала о том, что хорошо смеется тот, кто смеется последним.

Глава 20

в которой Владислав ищет разгадки, а находит загадки

Влад 

Едва Марьяна скрылась в доме, веселье как рукой сняло. Влад надеялся, что хоть немного поднял жене настроение.

- Ты как? – спросил он у Добрыни.

- Жив, здоров и невредим, - отрапортовал тот нарочито бодро.

- Я не об этом. Ты же слышал, что сказала Фрея.

- О чарах? – Добрыня хмыкнул. – Чары, друг мой, еще в первый день развеяли. Не думаешь же ты, что в службе безопасности даром хлеб едят?

- Так как же ты…

Влад хотел спросить, отчего Добрыня круги вокруг Фреи нарезал, но сообразил, что вопрос бестактный. Однако Добрыня охотно ответил:

- Во-первых, Фрея – девушка красивая. Отчего бы мне не влюбиться? А, во-вторых, так проще было за ней присматривать.

Влад не стал интересоваться, зачем присматривать именно за Фреей. Сам догадался. Вот так и получается, что все вокруг всё знают. Один Влад, как дите несмышленое.

- Первым делом матушку навестить надо, - сказал он вслух. – После Владимира. И найти бы кого, кто нужную информацию раздобудет.

- Влад, ты обиделся? – насупился Добрыня.

- Нет, обрадовался, - мрачно ответил он. – Ромашка, я понимаю, что это твоя работа. Но ощущения…

Он не договорил, но Добрыня кивнул, мол, ощущения паршивые, сам знаю.

- С чужим легче будет? Я и сам не в восторге, - признался он. – Откажусь, коли так тебе проще. К батюшке поеду, в имение.

- Погоду ведовать? Или удои повышать при помощи боевой магии? – фыркнул Влад. – Ни легче, ни проще не будет. Никому. Потерпи уж… мои капризы. И я потерплю, пока расследование идет. А после, не обессудь, как-нибудь без няньки жить стану.

Добрыня вяло улыбнулся.

- Я найду человечка, что в архивах покопается. Но первым делом ты не к матушке отправишься, а на завтрак. Протокол.

Опять слушать брюзжание стариков?! И сальные намеки… Хотя, теперь уж без намеков. Осталось разве что объявление сделать, что Марьяна – его жена.

- Скажу, что у меня срочные дела, связанные с организацией конкурса, - решил Влад. – А завтраком нас матушка накормит.

- Нас?

- Она в прошлый раз интересовалась, отчего ты нос не кажешь. И хватит уже по кустам прятаться, - отрезал Влад.

Матушка обрадовалась обоим. И завтракать усадила, велев слугам накрыть стол, как для дорогих гостей. О Марьяне расспрашивала, обрадовалась ее успеху. А Влад, хоть и ерзал от нетерпения, но в детскую не рвался. Не хотелось беспокоить матушку прежде, чем станет известно наверняка, кто отец Василисы. Вернее, о причастности Александра.

- Девочка как? – наконец спросил Влад. – Хлопот не доставляет? Здорова ли?

Матушка всплеснула руками.

- Какие хлопоты! Радости одни! Кушает хорошо, не болеет, не капризничает.

- Так уж не капризничает!

Знакомый ворчливый голосок раздался совсем рядом. Влад давно посматривал на кошку, устроившуюся на теплом подоконнике. И гадал, далеко ли Луша. Хорошо бы узнать, как она устроилась.

И вот, пожалуйста, домаха сидит на том же подоконнике, свесив ножки в лапотках. Сарафанчик новый, чистенький. И рубашка с вышивкой.

- А вот намедни зубик резался, так всю ночь не спала, плакала, - продолжила Луша. – Или когда за кошкой побежала, да упала.

- Зубки у всех режутся, все плачут, - ответила матушка. – Да и какой это плач! Кошка и то громче мяучит. Ты не слышала, как мои сыновья ревели!

- Матушка, вы ладите? – поспешил вмешаться Влад.

Глупый вопрос. Будь иначе, Луша давно ушла бы из дома. Но к воспоминаниям о днях собственного младенчества он готов не был.

- Да, - хором ответили обе, матушка и Луша.

И сердито уставились на Влада, будто он умудрился оскорбить обеих.

- Так и вырастет без матери, - произнесла Луша, прищурившись. – Уж лопочет, а мамой звать некого.

- Марьяна скоро вернется, - сказал Влад. – Все изменится. Скоро.

Добрыня, молча жующий куриное крылышко, отложил косточку.

- Влад, так ты сходи, малышку поцелуй за мамочку, - предложил он. – Она ж просила.

Он мог бы сообразить и сам. Прекрасный предлог, чтобы пойти в детскую и взять малышку на руки. Конечно, если она не испугается. Там, в скитах, Василиса ему доверилась.