Невинная для Альфы - Тоня Рождественская

на удивление, даже мило. Двухэтажные и вполне красивые здания теряются в многочисленной листве, никакого мусора — опрятно и чисто. И все-таки внутри у меня отчего-то неспокойно.

— Зачем мы здесь? — спрашиваю я осторожно.

— Не знаю, — отвечает Тони, пристраиваясь ко мне так, словно опасается чего-то и хочет защитить. — Марк просил отвезти к Агате.

— Агате? Кто это?

— Ведунья… — отвечает он, показывая на вывеску у одного из заведений, на которой написано салон «Будра».

— КТО?! Зачем мне к ведунье?

— Говорю же — не знаю, — слегка взрывается тот.

Вся легкая дружелюбность с него отчего-то сошла, он напряжен и взъерошен. И эта перемена заставляет напрячься и меня.

Мы проходим ко входу в здание и вдруг прямо перед нами дверь открывается и к нам навстречу выходит уже знакомая троица.

— Какая встреча, — говорит центральный персонаж, расплываясь в довольной улыбке. — Соскучилась, мышка?

Глава 23. Метка

Меня снова охватывает ставший в последнее время уже привычным страх. Зато теперь понятно отчего напрягался Тони, конечно, он почуял вампиров сразу же, как мы покинули автомобиль.

Данте смотрит на меня все с той же въедливостью и неприкрытой алчной жаждой, будто собирается полакомиться прямо сейчас. Эта неожиданная встреча, похоже, ему очень по вкусу.

— Что вы здесь делаете? — практически выплевывает юный провожатый, пододвигая меня к себе.

— Не твое дело, щенок, — отзывается спутник Данте, смерив того презрительным взглядом.

Я неосознанно жмусь к Тони, но не могу оторвать глаз от чрезвычайно довольного лица Данте, хищно скалящегося от этой весьма неприятной ситуации. Мне кажется, что я прямо чувствую, насколько собран мой спутник. Он словно готов ринуться в бой прямо сейчас. Но что он может сделать один, против троих?

Однако, те не проявляют особого интереса к драке, или, возможно, не показывают этого. Они смотрят на Тони скорее как на предмет мебели, чем на соперника.

Интересно, пробегает в голове мысль, будь тут Марк эти позеры вели бы себя также? В очередной раз думаю о том, что могучего волка рядом весьма не хватает.

Данте делает шаг в нашу сторону и, смиряя взглядом парня рядом со мной, холодно заявляет.

— Успокойся, я не собираюсь ничего делать, только хочу сказать ей пару слов.

Тони напряженно дышит, он готов броситься на предполагаемого врага в эту же секунду, если будет нужно. Но мне не хочется, чтобы у него были проблемы, поэтому я уверяю его, что все хорошо. Хотя сама совсем в этом не уверена.

— Хочешь узнать, что я сделал с твоим братом, мышка? — спрашивает Данте шепотом прямо у самого моего уха, когда мы отходим чуть в сторону.

У меня так сильно бьется сердце, что я могу только кивнуть, горло будто сдавило.

— Тогда приходи завтра в клуб «Violet Moon».

— Я не могу, Марк не отпустит меня.

— Ну так сделай что-нибудь, чтобы его переубедить, — пожимает плечами тот. — Кто знает, может быть, ты еще сможешь ему помочь…

— Что?! — восклицаю я, но Данте на это лишь улыбается той самой довольной полуулыбкой одних уголков губ.

— Еще увидимся, мышка, — обещает он весьма двусмысленно, и вампиры исчезают так быстро, что я даже не успеваю понять, куда именно.

А буквально через минуту к нам подкатывает Марк. Лишь когда я вижу его огромную фигуру, приближающуюся с другой стороны улицы, я понимаю, что могу вздохнуть спокойно. Не знаю, что было на уме у этой компашки, но при нем они точно не осмелятся сделать что-то непредусмотрительное.

— Что тут у вас происходит? — спрашивает мужчина строго, словно он видел недавнюю сцену своими глазами.

И пока его подчиненный объясняет, я тревожно осматриваю салон «Будра» расположившийся передо мной. Пытаюсь отложить мысли о Сергее и том, как уговорить Марка посетить «Violet Moon», внутри до сих пор потрясывает и мне надо отвлечься, чтобы не нагородить ненужной суеты, ведь все решения лучше принимать на свежую голову.

Мне отчего-то кажется, что я уже слышала это название, будра, но никак не могу припомнить, где именно и что оно означает. Снаружи заведение больше напоминает какую-то лавку старьевщицы или древний ломбард, и только непонятные символы могут указывать на то, что это место принадлежит человеку, как-то связанному с запретным миром.

Но когда мы заходим внутрь, ощущение меняется. Потому что, наверное, так и должна выглядеть лавка ведьмы, ведь повсюду я вижу пльные склянки, фигурки, бутылки со странной жидкостью, банки с засушенными частями чего-то, старые фолианты и книги. В одном углу висят многочисленные пучки трав, прикрепленные к потолку и стенам. В другом сгружены ящики, корзины и горшки, а третий занимает весьма обширная библиотека.

Наверное, я таращусь как очумелая, потому что Марк хватает меня за руку и говорит, препровождая поскорее к прилавку: «Идем».

И тут из проема второй комнаты, зашторенной горчично-желтой занавеской появляется невысокая женщина примерно пятидесяти лет, прихрамывающая на одну ногу.

— Привел-таки? — спрашивает она скрипуче, внимательно глядя на мое лицо.

Марк кивает, подводя меня ближе. На женщине надето простое платье в мелкий цветочек и заляпанный видавший виды фартук. От нее несет формальдегидом и чем-то еще, не знаю, как это терпят стальные, но я неосознанно морщусь, оказываясь от нее в непосредственной близости. Хочется поскорее выйти на улицу, чтобы вдохнуть воздуха.

— Так, так, так, — говорит Агата, хватая меня за руку. — Интересно, очень интересно…

— Получится? — несколько нетерпеливо спрашивает Марк.

— Получится — получится, — обещает та, и тянет меня к себе за стол. — С чего бы не получилось?

— Получится что? — интересуюсь я.

— Узнаешь в свое время, дорогуша, — таинственно заявляет та и, вдруг, хватает тонкий нож для бумаги и с ловкостью медсестры со стажем прокалывает мой палец.

— Ай! — вскрикиваю я, неосознанно пытаясь вырвать ладонь, но женщина держит с такой силой, будто бы она не пожилой человек, а как минимум обернувшийся обратно волк.

— Не дергайся, — говорит она недовольно, продолжая тянуть мою руку куда-то в сторону.

— Да что вы такое творите?!