Томмазо - Мими Джин Памфилофф

— Нет, нет, нет! — Он опустился на колени и обнаружил рану у Шарлотты на затылке. Как это случилось? Он пытался защитить её. Но от чего?

«Скорее всего, она просто мечтала наяву». А потом он налетел и сбил её с ног, разбив голову о камень.

Подбежали двое мужчин в белых рубашках для гольфа и бейсболках. Один из них крикнул своему кэдди, чтобы тот позвал на помощь.

Томмазо уже снял рубашку и приложил к кровоточащей ране, зажимая её.

— Что случилось? — спросил один из мужчин.

— Она упала, — ответил Томмазо.

— Но мы видели, как ты бежал к ней, — сказал один парень.

— А потом набросился на неё, — добавил его спутник.

Подошли ещё три мужчины, все в синих джемперах с логотипом курорта. Предполагалось, что они садовники, но Томмазо знал эти прямые спины и аккуратные стрижки. Учбен. Они начали прогонять мужчин, сказав, что уже вызвали медицинскую помощь.

Один из игроков в гольф запротестовал:

— Но кто-то должен позвонить в полицию…

— Возвращайтесь к своим партиям, джентльмены, здесь не на что смотреть, — сказал самый крупный «садовник» — то есть Брут, тот же человек, ранее выдававший себя за официанта.

— Спасибо, — произнёс Томмазо. — Ей нужно в больницу и…

Шарлотта тихо застонала.

— Шарлотта? С тобой всё в порядке? Ты меня слышишь?

— Оууу… — Она потянулась к макушке. — Что случилось?

— Не двигайся, — приказал он. — Ты ударился головой о камень.

Её глаза оставались закрытыми и она пробормотала:

— Почему ты набросился на меня?

Он откинул волосы с её лба, зажимая рану.

— Расскажи, что ты видела, Шарлотта. Что тебя так напугало?

— Я чувствовала, что он наблюдает за мной, — пробормотала она.

— Кто? Кто наблюдал за тобой? — потребовал он, злясь как чёрт, что кто-то так мучает её.

— Чудовище.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Вскоре приехали парамедики и проверили Шарлотту, решив, что её не придётся госпитализировать или накладывать швы. Порез, хоть и глубокий, но небольшой

— Ей нужен холодный компресс, но в остальном всё будет в порядке, — сказала женщина-фельдшер.

Они перенесли Шарлотту в стерильную, ярко-белую комнату первой помощи на территории курорта, и Томмазо остался с ней.

В момент, когда «персонал» и парамедики покинули комнату, Томмазо изо всех сил старался выглядеть спокойным.

— Шарлотта, мне нужно тебя кое о чём спросить. И, пожалуйста, не думай, что я осуждаю. Но что ты имела в виду, когда сказала, что за тобой наблюдает монстр?

Шарлотта, растянувшаяся на каталке и сидевшая с мешком льда на затылке, оцепенела. Томмазо был почти уверен, что она даже перестала дышать.

— Шарлотта? — окликнул он, стоя над ней со скрещёнными руками.

— Не понимаю, о чём ты говоришь, — защищаясь, ответила она.

— Я видел, как ты стояла на том холме и выглядела так, будто не могла пошевелиться.

— Я… я просто стояла и наблюдала за игроками в гольф.

Чушь.

— Я звал тебя, но ты не ответила.

Она отвела взгляд на какой-то плакат, где был изображён приём Геймлиха, будто внезапно это стало самой интересной в мире вещью.

— Шарлотта, — строго произнёс Томмазо, — расскажи, что случилось.

Она не ответила, но тело сделало это за неё. Дыхание участилось, ноздри раздулись, лицо покраснело.

Он сел рядом с Шарлоттой на один из пластиковых стульев и положил руку ей на бедро. Чёрт возьми, прикасаться к ней намного приятнее, чем он себе представлял.

— Ты можешь мне доверять, Шарлотта. Я не стану думать, что ты сумасшедшая.

Она медленно выдохнула, а затем посмотрела на него, конфликт и смятение пылали в её карих глазах.

— Если я сумасшедшая, то и ты, чёрт возьми, тоже.

Это её беспокоило?

— Не спеши судить — внешность обманчива.

«Я профессионально конченный на голову. На самом деле, если бы мне вскрыли черепную коробку, оттуда выпали бы крошечные мармеладинки».

— А если бы я сказала тебе, что мне снятся кошмары, которые кажутся настолько реальными, что просыпаясь, я бегу на кухню за ножом или в истерике звоню 9-1-1, убеждённая, что в доме что-то есть, или что боюсь засыпать, думая, что могу никогда не проснуться, что бы ты ответил?

От этих слов у него сжалось сердце. Неужели он сделал это с ней? Причинил такую боль? Хотел бы он знать, что происходит.

— Как давно у тебя это происходит? — спросил он.

— Очень давно. Но я боюсь обращаться за помощью. Меня упрячут в лечебницу.

Чёрт. Очень давно? Он впервые увидел Шарлотту несколько дней назад. Что-то или кто-то другой мучает её?

— Но, — сказал он, — когда ты была на поле для гольфа, сказала, что видела монстра.

Она не спала.

— Я замечталась.

Он знал, что она лжёт. Чёрт.

«Это меня она почувствовала?»

— Что происходит во снах? Что монстр делает с тобой?

— Это глупо, — простонала она. — Прошу, я в порядке. Просто иди и наслаждайся оставшейся частью дня.

— Э-э-э. Нет. И ты не в порядке.

Она слегка нахмурилась, будто это действительно отпугнёт такого парня. Он откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

— Я никуда не уйду, милая, пока не расскажешь, что на самом деле произошло, и не удостоверюсь, что с тобой всё в порядке.

— У тебя вся рубашка в крови. Тебе следует вернуться к себе и переодеться.

Он отрицательно покачал головой.

— Не уйду. Кроме того, кровь на одежде придаёт оригинальности.

На самом деле, так он похож на психа, будто слишком серьёзно относится к гольфу и избил кого-то на девятой лунке.