Дворянка из поместья РедМаунтин - Надежда Игоревна Соколова

Постучавшая в дверь спальни служанка сообщила из коридора, что важный гость просит его принять.

– Сейчас спущусь, – ответила я, тщательно скрывая недовольство.

Меньше всего мне хотелось видеть кого-либо, включая странного столичного хлыща. Нет, конечно, стоило выйти и поблагодарить его за привезенного доктора. Но что-то мне подсказывало, что одной благодарностью наша беседа не ограничится. Вряд ли Арчибальд приехал, чтобы узнать о моем здоровье из первых рук. Не сомневаюсь, что он уже знает о моем выздоровлении. А потому… Потому остается открытым вопрос: что ему от меня надо?

Я не стала переодеваться – не в столице, можно обойтись без строгого соблюдения этикета.

В чем была, а именно в темно-синем домашнем платье, длинном и полностью закрытом, я обула скромные туфли коричневого цвета, на невысоком каблуке, и отправилась из комнаты к лестнице.

Арчибальд ждал меня в гостиной. Одетый в шерстяной костюм темно-серого цвета и черные сапоги с высоким голенищем, он стоял у окна, заложив руки за спину, и с задумчивым видом смотрел на улицу. Там уже намело снега по щиколотку, если не выше. Ветер выл, не переставая, гнул к земле деревья. И добраться куда-либо можно было только в закрытой карете, желательно еще и отапливаемой с помощью магических амулетов.

– Доброе утро, найра, – Арчибальд повернулся и учтиво поклонился, едва я переступила порог гостиной. – Рад видеть вас в полном здравии.

– Благодарю, – вежливо улыбнулась я, – ваш лекарь спас меня, найр.

– Не думаю, найра. Уверен, у вас крепкое здоровье. Я всего лишь помог вам быстрее поправиться.

Говорит спокойно, вроде бы безэмоционально. А глаза так и следят за каждым моим движением, каждым жестом, каждым взглядом. И ему важно увидеть что-то определенное. Знать бы еще, что именно.

Кто же вы такой, найр Арчибальд? И что вам от меня надо?

Глава 26

– Чему обязана вашим появлением? – я уселась в кресло неподалеку от камина. Растопленный, он пылал жарко и ярко, отапливая комнату, не позволяя мне замерзнуть.

Арчибальд уселся в соседнее кресло, чуть поодаль, так, чтобы не слишком сильно «жариться» у камина.

– Кроме желания удостовериться в состоянии вашего здоровья? – спросил Арчибальд и как-то странно усмехнулся. – Что, если я скажу, что появился здесь, чтобы просить вашей руки, найра Вероника?

Я не сдержала изумления. Вот так сразу? Прямо в лоб? Без учета многочисленных правил этикета? Найр Арчибальд, как-то чересчур откровенно вы себя ведете с бедной вдовушкой. Неправильно это. Не должно так быть. Очень уж неуважением попахивает с вашей стороны. Этикет призывает совсем к другому поведению.

– Неожиданное предложение, следует признать, – произнесла я задумчиво. Принимать его я, естественно, не собиралась. А потому надо было как можно мягче отшить неугодного жениха и поскорей спровадить его куда подальше. Не было у меня на него времени, особенно сегодня. – Найр Арчибальд, позвольте откровенность за откровенность?

Кивок в ответ, и я продолжила.

– Я ведь бесплодна, найр Арчибальд, не дали нам с мужем боги детей. Да и здоровье вдовье уже не то. Так зачем вам…

Я запнулась. Арчибальд смотрел на меня так, как обычно смотрят на провинившегося школьника разозленные родители. Вот он, сделал гадость, и при этом стоит перед ними и врет, не краснея, что уж он-то точно ни при чем. А потому нельзя его наказывать, ну никак нельзя. А раз родители этого не понимают, то это только их проблема. И смотрят те родители на свое чадо, и думают при этом, как же из приличного ребенка выросло вот это вот г… Вот и здесь был такой же взгляд. И я заподозрила, что Арчибальд знал, что я вру. Прекрасно знал. И знал, что я буду врать. Потому и злился. И вот вопрос, как он обо всем догадался? Где именно я прокололась? Вроде вела себя осторожно, жила закрыто, поводов к сплетням не давала. Однако же…

– Вы никогда не были замужем, найра Вероника. И даже не стремились туда. У вас не было детей не потому, что вы не можете их иметь, а потому что вы никогда их не хотели, не видели смысла связывать себя не нужными вам обязательствами ни с кем вокруг. И не нужно больше лгать мне, – со сталью в голосе заявил Арчибальд, не отрывая все такого же внимательного взгляда от моего лица. Говорил, старательно бил каждой фразой и при этом следил за моей реакцией. Отслеживал каждый мой вздох. И такое поведение меня если не пугало, то как минимум напрягало. Не этого, совсем не это го я ждала от обычного столичного хлыща. Здесь и сейчас он ломал все мои планы просто словами, особо даже не прикладывая усилия к этому. – Вы любите, очень любите. И не скрываете своих чувств к ним. Но если их, мужчин, вы держите возле себя, то все остальное вам точно не нужно. И вы не любите, никогда не любили, обязательств перед ними. Вам не нужна семья в обычном понимании этого слова. Вам вообще никто рядом не нужен. И я бы оставил вас в покое, пережил бы ваш отказ, позволил бы жить так, как вы пожелаете. Но нас связали боги, найра Вероника, к моему огромному сожалению. Я могу жениться только на вас. Я давно слежу за вами и против моей воли влюблен в вас, найра Вероника! А потому вы станете моей женой!

Я слушала молча, не прерывая Арчибальда, не мешая ему высказывать то, что скопилось у него в душе, и тщательно удерживала на лице нейтральное выражение. С большим трудом, правда, удерживала. Слишком неожиданной оказалась для меня эта экспрессивная речь. Никто из местных понятия не имел о сказанном. Никто, ни один человек в округе, ни о чем подобном даже не догадывался. Я приложила к этому множество усилий. И слуги, и аристократы считали меня бездетной вдовой. И я старательно играла свою роль, вжившись в данный образ целиком и полностью. Но вот, пожалуйста, мне внезапно в лицо высказали то, что действительно было правдой. Я терпеть не могла семью в традиционном понимании этого слова. Для меня семьей были люди, в первую очередь близкие