Сквозь Время Навеки (СИ) - Эмили Гунн

и снова. И власти у этих могущественных созданий больше нет. Здесь правят худшие из людей. Жестокие, изворотливые, ненасытные паразиты, питающиеся болью и страданиями друг друга. А лучшие, к несчастью, влачат жалкое существование на самом краю.

У Варга когда-то тоже были рабы. Но никогда их не подвергали столь изощренным пыткам. Ни физическим, ни тем более настолько морально-унизительным.

Неужели это и есть тот прекрасный мир Человека, о котором мечтал когда-то отец?! Видел бы он, что стало с его расой. И что, возможно, уже скоро станет с его дочерью…

Глава 22

— Нэмюль! Объяснишь, почему бумаги до сих пор не на столе? — босс проходится по мне сердитым взглядом.

Кажется, особенно сильно его раздражают мои руки, которыми сжимаю папку. При этом я нервно покручиваю обручальное кольцо, сдавливающее безымянный палец.

— Вы велели не беспокоить пока не выпьете кофе, — напоминаю ему, стараясь выдержать взбучку, не показав волнения.

Отвечаю как можно невозмутимее. Голос ровнее. Удерживаем острый взгляд, пробирающий до костей.

Это действует безотказно. Натолкнувшись на четкие ответы и безучастный вид, Варг и сам заменит бурлящие волны силы, на охлаждающее безразличие.

Как бы сильно его не вывели из себя, Тазрн редко повышает голос. Его агрессия куда более опасна — он примет решение, способное уничтожить ответчика хуже любого физического удара. Если посчитает виновным. Но документы подготовлены. Все тщательно перепроверено. Мне нечего опасаться.

Если нарушений с твоей стороны нет, можно без особого волнения выждать до конца бури. Отстраниться от происходящего и спокойно отвечать правду.

К этой простой и такой необходимой линии поведения я пришла без особых усилий. В какой-то момент интуитивно повела себя так, как девчонка из моих снов. В присутствии разгневанного Варга она никогда не ощущала себя напуганной или хотя бы растерянной. Потому что знала — ее это не затронет.

Я, конечно, не она. Да и неизвестно, существовала ли такая счастливица в реальной жизни. Но одно ясно наверняка — Варг из моих снов и Варг в нашем офисе абсолютно точно — один и тот же мужчина. А уже являются ли мои сны проекцией его воспоминай или моих желаний — все еще остается загадкой.

— И где ты тут видишь кофе? — тихо спрашивает он, подаваясь вперед.

Ой! Вот и полетела вся моя теория по укрощению хищника!

— Простите, миздер Варг, я забыла, — отвечаю виновато прикусив губу.

— Не советую тебе так делать, — вдруг хрипло произносит Тазрн, не сводя с меня потемневших глаз.

Что-то в его голосе и в том, как он встает и медленно наступает на меня, все же заставляет мое сердце учащенно забиться. Но я не отступаю, продолжая стоять и удерживать его взгляд.

— Как делать? — облизываю пересохшие губы.

— Вот так, — шепчет он, наклоняясь к ним.

Я чувствую его теплое дыхание, смешивающееся с моим. Вдыхаю терпкий аромат с оттенком страсти и ноткой тьмы. Прикрываю глаза в ожидании несбыточного. Чувствую еле ощутимое касание его жестких губ. Таких желанных, как глоток воздуха! Млею от близости его крепкого тела. И… не могу. Я не должна! Распахиваю глаза, которые начинает покалывать от подступающих слез. Слез безысходности моего положения и нереальности происходящего. Потому что его уже нет рядом. Тазрн стоит, рассматривая что-то в мониторе компьютера.

— Иди, — говорит он чужим, холодным голосом, не позволяющим верить в истинность моих грез. — В следующий раз не забывай приносить все вовремя.

История II. Древний Рэн. 70-е годы до н. э. (продолжение).

* * *

Слухи о восстании рабов в соседнем городе оказались правдивыми. Тот самый непобедимый гладиатор, которым так все восхищались, бросил вызов Рэну. Он собрал своих собратьев и поднял оружие. Решился пойти против жестоких хозяев этого мира.

У меня руки дрожат от нетерпения. Скоро эти прожорливые гости наедятся и некоторых из нас за ненадобностью отошлют вниз, в общую ночлежку. Кому-то придется отнести ужин гладиаторам. Попробую переброситься парой фраз с Варгом. Он найдет способ выбраться отсюда и присоединиться к повстанцам.

* * *

— Страх плохой советчик, маленькая, а тебе нужна будет ясная голова, — жесткие ладони поглаживают мои трясущиеся пальцы, вцепившиеся в прутья решетки, — главное найди способ пробраться к воротам до рассвета. Дальше я все сделаю сам.

— А если нас поймают? Я боюсь достаться им живой, — хватаюсь за его взгляд как за спасительный канат, закинутый в пропасть моих кошмаров.

— Ты снова о каплях, — напоминает Варг об одном из них, — которые твоя хозяйка подлила сопернице? Я говорил избавиться от них, девочка, — сердитый шепот. — Это не выход.

— Мне страшно, Варг, мне так страшно.

— Я вытащу нас отсюда, — горячее дыхание с запахом холодного металла на моих щеках. — Ты мне веришь?

— Всегда…

* * *

Уже много недель восставшие спорят: уходить ли через горы, покинув Рэн навсегда или остаться и дать бой.

Бросить вызов этому страшному чудовищу, ставшему смертельной ловушкой для многих несчастных.

Я бы хотела, чтобы Рэн пал под мечами наших собратьев. Людей, Тазрнов… существ, достойных простого счастья.

Но я хочу уйти.

Трусливо и эгоистично хочу бежать как можно дальше из этого ада!

Мнения разделились. Большая половина выбрала — уйти.

Варг решил остаться.

Ему мало свободы, моему Тазрну нужна победа:

«Свобода для всех!»

— Мне будет спокойнее, если ты уйдешь с остальными, — убирает он растрепавшиеся кудри с моего лица.

— Ты будешь сильнее, если я останусь с тобой, — отвечаю, любуясь резкими чертами лица, словно высеченными из камня.

При свете Луны он ярче излучаем уверенную мощь древней магии. Наконец-то мы одни. Лежа под открытом небом, среди древних развалин какого-то забытого храма, мы одни в целом мире. Лишь звезды вторят нам молчаливым сиянием. Сейчас Варг в моих глазах больше, чем сверхчеловек. Он — центр моей Вселенной.

— Мне важнее знать, что ты в безопасности, — наклоняется он к моим губам.

Подаваясь вперед за поцелуем, возражаю:

— Мне важнее знать, что ты все еще есть в этом мире…

* * *

Мы были в меньшинстве. По нам ударили с двух сторон. Это был конец.

Наступивший не с вестью о новом легионе, неожиданно прибывшем из Избании. Хм, еще одни земли, что принесут нам лишь горе. Но мой конец протрубила не песнь чужой победы. И не крики «Ио!» возвестили о нем. Я смерть увидела в лице Его товарища.

Бледного, шатающегося, с опущенными плечами и мрачным взглядом.

— Беги, — с трудом выговорил он, едва приблизившись.

— Как? — все, что мне оставалось спросить.

— Копье, — все, что следовало мне знать.

* * *

Мы с несколькими выжившими девушками