В поисках своего мира-2 - Полина Лашина

– Да как вы посмели гостью маркграфа куда-то отправлять?! – рявкнул в ее сторону мужчина. – Совсем не бережете... местные яйца!

И, икнув, снова стал гоготать, из-за чего уже и прочие служанки, появляющиеся с утра на кухне, испуганно косились на него и сторонились подальше.

– Госпоже накрыть в зале? – глухо спросила старшая кухарка, вытирая красноватые руки о замызганный передник и глядя исподлобья.

Но "госпожа", что стояла на рабочей кухне с растрепанными волосами и в платье служанки, на которое недоуменно таращилась кухарка, вовсе не хотела есть в зале, где еще спали вчерашние гуляки.

– Там всё еще грязно после вчерашнего. – Сморщила нос Ольга.

– Отнести в комнату?

– Я туда уже просто не дойду от голода! – сказала Ольга и мигом ухватила кусочек сыра с подноса, что уже несла ей Сайна. – Можно вон за тот стол сесть?

В стороне действительно стоял вполне удобный стол, наименее заставленный посудой.

– Чтобы госпожа и на кухне ела? – Старшая кухарка при этом выразительно покосилась почему-то на Сэко, словно негодуя, кого он им притащил.

– Ей не впервой на кухне есть. – Хохотнул мужик, беспардонно хозяйничая на соседнем столе с продуктами.

Кажется, он нашел там кувшин с брагой, плеснул себе щедро в первую подвернувшуюся кружку, отпил. Вытер рот ладонью.

– Госпожа Ольга еще более странная, нежели другие ведьмы. Так что пусть делает что хочет, – добавил мужчина.

Вскоре Ольга уже сидела за столом у стены и наконец-то завтракала. Сэко со своей кружкой уселся за стол рядом с ней. Охающая и хлопочущая Сайна всё ставила и ставила перед ними новые блюда – и с пирожками, и с сыром, зеленью и кусками мяса. "Это мать Кэррга" – объяснил происходящее Сэко, стоило женщине отойти. Он сидел молча, лишь изредка искоса смотрел на жующую Ольгу и задумчиво отпивал свой пахнущий кислым хмелем напиток.

Когда голод был заглушен, Ольга решила откланяться, но ее не пустила Сайна, которая всё причитала что-то вроде: "Такая худющая, а уже ведьма! Як же одни кости! Неудивительно, что в обмороки падает. На чем только юбка держится?!". И выставляла перед ней очередное блюдо. Приходилось Ольге оставаться и опять угощаться. Не хотелось обижать мать Кэррга отказом в заботе. А от вкусной еды тоже можно набрать энергии, которую приходилось тратить в замке на освещение.

Наевшаяся девушка уже и не пыталась встать, чтобы Сайна опять чего не подсунула. Просто сидела у стены за столом и потихоньку цедила душистый ягодный взвар из кружки. Молча наблюдала за рабочей суетой, происходящей на кухне. О них, тихо сидящих в стороне незваных гостях, уже почти забыли, прислуга занималась своими неотложными делами.

Рядом по-прежнему маялся Сэко, и Ольга не выдержала. Спросила напрямую:

– Что не так, Сэко?

Мужчина тяжко вздохнул.

– Вы не жалеете? – спросил он спустя какое-то время.

– О чем? – Не поняла девушка.

О том, что она согласилась поехать в дом Рохуса, не подозревая, что здесь не просто дом и даже не просто Рохус? Вернее, что вместо Рохуса здесь будет какой-то напыщенный милорд? Или о том, что попала опять в этот мир таким странным образом и теперь немного страшно возвращаться домой через ненастроенный амулет перехода? Или о том, что недавно решилась перейти черту в общении с теронцем, и теперь не знает, что им с Рохусом дальше делать?

– О том, что просто отпустили нас?

– А-а? – Уставилась Ольга на пожилого теронца, вот теперь точно совершенно ничего не понимая.

– Вы просто так освободили нас. Там, в Несхоне. – Наклонившись над столом, зашептал Сэко, хотя рядом и так никого не было. – Но вы могли потребовать выкуп. Хороший выкуп!

– А? Да о чем ты говоришь? – Всё не доходило до Ольги.

– Знатных просто так не освобождают из плена. – Наконец пояснил теронец, наклонившись совсем близко. – Вы могли бы потребовать выкуп за освобождение... из рабства. – Совсем едва слышно произнес он.

– Просто так?! – Возмутилась Ольга и тоже наклонилась вперед, зашептала горячо. – Да вы мою сестру спасли! Даже в чужой замок ради этого вломились! Жизнью своей рисковали! Еще за порядком в поместье следили. Мои бредни терпели... А ты говоришь "просто так"!

Девушка покачала головой.

– Без вас в прошлый раз я не выжила бы в вашем жестоком мире, Сэко. Так что это не просто так!

И вновь мужчина наклонился ближе, зашептал, обдавая перегаром:

– Но мы были рабами! Вы и так могли нам всё то же самое приказать. Просто приказать, и мы бы сделали, госпожа!

– Да не могла я приказывать! – шептала в ответ Ольга, также наклоняясь в сторону мужчины. – В моем мире действительно нет рабов! Да и слуги вот такие не приняты. И я не знаю, что с ними всеми делать. Ну какая из меня госпожа?

– Очень хорошая госпожа. – Хмыкнул мужчина, заставляя девушку удивленно на него покоситься. – И у вас очень хорошо получается приказывать!

***

Там их, склонившихся друг к другу и мило шушукающихся, и застал милорд. Маркграф Макнамар собственной персоной. И притащился же зачем-то с утра пораньше на рабочую кухню, вновь распугивая кухонных работниц своей сиятельной, но совершенно не сияющей физиономией, мимолетно фыркнула про себя ведьма. Он опять был словно чем-то недоволен, хотя Ольга уже начала привыкать к его такому выражению лица.

– Ступайте за мной. – Раздался сверху от Макнамара сухой приказ.

Ольга механически отпила из кружки в своих руках.

– Сейчас же! – процедил Макнамар. – И ты тоже! – Прилетела резкая команда в адрес Сэко.

Милорд развернулся и пошел как таран на выход. Все с его дороги сами убирались.

– Пошлите, госпожа ведьма Ольга, – буркнул Сэко, с сожалением отставляя свою кружку и вставая.

Ольга отхлебнула напоследок остывший ягодный отвар, и пусть уже ничего не лезло в горло, просто из вредности, и только потом встала.

Пришли они в какую-то небольшую пустую комнату, что пряталась где-то позади общего зала. Когда дверь за спиной закрылась, отрезая от внешнего мира, Ольга почувствовала себя словно запертой в одной клетке с дикими животными.

Здесь, в тускло освещенной комнате с единственным окном где-то под высоким потолком, затянутым непонятно чем, собрались участники утренней встречи. Комендант был с мокрой головой и рубахе, но выглядел чуть более трезвым. И еще