Вечная дева. Шанс на счастье (СИ) - Овсянникова Екатерина

В голосе гостьи чувствовалась тоска. Подруга старательно скрывала свои эмоции, но даже я сейчас еле сдерживалась, чтобы не заключить её в объятия и не выплакать все печали. Что же тогда говорить о той, что знала меня не хуже родных людей?

— С радостью приму твоё предложение, — ответила я, мило подмигнув гостье с длинной светло-русой косой. — Но ты можешь приходить и просто так. Видно, что тебе очень дорога память о Роксане, а мне будет интересно послушать истории о прошлой хозяйке дома.

— Как здорово! Спасибо! — воскликнула счастливая подруга, резво пожав мою руку. В следующее мгновение Мария поспешно отстранилась и неловко сжала губы. Видимо, смутилась порыва ярких мыслей, из-за которых чуть ли не бросилась ко мне в объятия. Я это понимала и, разумеется, нисколечко не обиделась!

Желая подыграть сгорающей от смущения девушке, я вновь потянулась к полочке, взяла оттуда знакомую фигурку и протянула её собеседнице.

— Тогда у нас есть немного времени до прихода других гостей.

Улыбнувшись, подруга аккуратно подхватила из моих рук статуэтку и присела за стол. За чашкой свежезаваренного чая Мария погрузилась в откровения, а я — в мир ярких воспоминаний.

Раскрашенную фигурку с девушкой-русалкой подруга подарила мне на следующий день после нашего знакомства. Поздним вечером в мой тогда еще недавно обжитый домик травницы пришла одна семейная пара. Обеспокоенные родители держали на руках молодую девушку примерно моего возраста, светло-русая длинная коса которой чуть ли не подметала пол. Бедняжка жалобно бредила и тряслась несмотря на тёплое одеяло, в которое её укутали родные. Алые от сильного жара щеки пациентки, как и одежда, были чуть ли не насквозь мокрыми от пота. По моему указанию семейная пара уложила своё дитя на кровать, на край которой я потом и села, чтобы осмотреть девушку. Отчаявшаяся мать со слезами рассказывала, что ещё утром бедняжку неожиданно схватил жар. Сначала родители пытались помочь дочери сами, но у них ничего не вышло. Уже после обеда Марии стало настолько плохо, что обеспокоенная самочувствием дочери пара спешно принялась искать помощь. Пока нашли в деревне хоть кого-то умеющего, пока привезли человека к себе домой… В итоге недуг подавить не получилось, но перед уходом пожилая женщина рассказала волнующейся паре обо мне. Проникнувшись словами гостьи, родители спешно собрали дочь в дорогу и отправились ко мне.

До сих пор я помнила их лица, пронизанные страхом за жизнь дочери. Мать Марии и её супруг стояли позади меня и, не говоря ни слова, с волнением наблюдали за происходящим. Хворь бедняжку схватила лютая. Без должного лечения она бы просто умерла к следующему вечеру. Но, к счастью, у меня было всё необходимое для оказания помощи, правда для этого девушка должна была остаться у меня дома на ночь. Уговаривать обеспокоенных родителей пришлось долго, но в итоге наша беседа со временем дала плоды — мать и отец пациентки всё же согласились отправиться домой и оставить свою дочь на моём попечении.

Работы было много… В тот день я смогла прилечь для отдыха лишь на рассвете, когда Мария уже перестала бредить и спокойно уснула. Девушка больше не тряслась и не заливалась по́том от жара, мирно сопя под одеялом из овечьей шерсти. Укладываясь спать, я аккуратно коснулась груди пациентки, закрыла глаза и шёпотом прочла особый заговор. Согласно записям бабушки Софьи, эти слова, словно волшебное заклинание, позволяли травнице обратиться к духам природы за скорейшим исцелением невинной души.

Мария быстро шла на поправку, чему родители девушки не могли нарадоваться. Уже этим же вечером пациентка тихонько ходила по дому, с интересом изучая каждый его уголок. Так мы и познакомились, а спустя пару дней освобождённая от недуга подруга уже обнимала счастливых родителей. На следующее утро после расставания Мария подарила мне в знак благодарности фигурку, раскрашенную её собственными руками. Статуэтку дивной девушки с хвостом вместо ног я с тех пор хранила как зеницу ока в знак нашей неразрывной дружбы. За десять лет моего вынужденного отсутствия русалочку потрепало судьбой: в некоторых уголках фигурка скололась, в паре мест осыпалась краска. И всё же статуэтка всё равно оставалась моим самым любимым предметом в доме…

— Всё на свете бы отдала, чтобы вернуться в прошлое и уберечь Роксану от погибели, — причитала Мария, с грустью выглядывая в окно через занавеску. — Все предсказания из святочных гаданий в тот роковой день говорили о том, что Роксана в грядущем году по какой-то причине не выйдет замуж. Истолковать их можно было как угодно, даже простой ссорой влюбленной пары. Но я даже понятия не имела о том, какую судьбу ей на самом деле пророчили высшие силы… — пустив слезу, девушка закрыла лицо руками. — Бедная моя подруга… За что же боги с ней так поступили?

Грустно вздохнув, я мягко коснулась плеча подруги в надежде успокоить её боль. Пару раз шмыгнув, гостья достала из кармана платья платок, высморкалась и посмотрела на меня.

Проникнувшись сочувствием, я решила всеми силами попытаться ослабить боль бедняжки.

— Думаю, Роксана наверняка бы расстроилась, если бы вдруг узнала, какое горе ты по ней хранишь в своём сердце. Такова была её судьба, а вот твоя жизнь продолжается. Мне не под силу исцелить рану в твоей душе, но если хочешь я стану твоим новым другом. Любая помощь, любой совет — только попроси!

Ещё раз шмыгнув, подруга нехотя согнула уста в чуть заметной улыбке. На душе сразу как-то стало теплее, а комната словно наполнилась радостью. Дико хотелось сейчас крикнуть: «Мария, это я, Роксана!», но я понимала, что этого делать нельзя. Подруга не должна знать об истинной судьбе травницы и её сокровенной тайне! Для тех, кто не приобщён к миру магии, русалка всегда считалась нечистью, которая только вредить и умела…

Внезапно во дворе послышались шаги. Знакомые голоса, прозвучавшие за дверью, не оставили сомнений — в гости нагрянули Владимир и Влад. Поспешно открыв дверь, я впустила мужчин в дом и, заперев замок, встала рядом с Марией.

— О, вы сегодня не одна, Лексана, — любезничал Владимир, с хитрой улыбкой погладив бороду. — Тогда вам и вашей гостье доброго утра!

— Спасибо! — ответила подруга, мило улыбнувшись. — Я лишь ненадолго зашла. Скоро уже пойду домой, ибо супруг с дочкой наверняка заждались.

— Это дело хорошее, — одобрительно кивнул Владимир, дружелюбно похлопав по плечу своего отпрыска. — Мы с сыном тоже ремонтом позанимаемся, пока травница наша на рынке торговать будет.

— Тебе правда нужно на базар? — удивилась Мария, захлопав ресницами.

— Да, — ответила, неловко замявшись и пожав плечами. — Но я не тороплюсь, ибо никакие деньги не заменят помощь другу.

— Тогда я тебя провожу, а потом пойду домой! — уверенно добавила подруга, зашагав к выходу. Оказавшись на улице, Мария заглянула в щель открытой двери и прокричала:

— Подожду тебя тут!

Согласно угукнув, я перевела взгляд на мужчин. Те уже мельком бегали глазами по дому, словно примеряясь, где и что нужно сделать.

— Так, доделаем сегодня печь, щели замажем, да со скотным двориком продолжим, — размышлял Владимир, задумчиво почёсывая бороду. — А вы, Лексана, наша краса, идите на рынок скорее! Вас же подруга на улице заждалась.

Переведя на меня взгляд, младший гость с улыбкой кивнул. Похоже, он был рад меня видеть, а может даже желал моего скорейшего возвращения.

В сердце от этой мысли проскочила искорка тепла. Как бы ни странно это ни звучало, но я была рада видеть Влада. Без него ремонт продвигался бы не так интересно. Если бы он, конечно, вообще продвигался…

Мужчины поторапливали меня к выходу, а мою душу же пожирала горечь неловкости. Угощаться завтраком они не захотели, да и деньги у меня за услуги брать так и не стали…

Когда я вместе с товаром ступила на улицу, меня окликнул Влад. Шатен взял мою перевязанную руку и оценивающе взглянул на повязку.

— Не болит?

— Н-нет, — ответила, отрицательно мотнув головой. Всего три буквы, но произнести их почему-то было так тяжело, словно неведомый наговор заплетал мне язык. Щёки тоже нещадно заалели от проявленного в мою сторону внимания.