Екатерина Цыганок - Резонанс Душ

— О! В мире, нет никого, кто бы не слышал о нем. Но мне довелось с ним видеться пару раз. Перед тем, как мы заключили с людьми перемирие — он тогда хотел отрубить мне башку с помощью мачете; а в последний раз он приезжал полгода назад, какие-то дела у него были, и он любезно заглянул. — Засмеялся здоровяк.

— Хм, мило, — попыталась улыбнуться я.

— Если ты оружие, то, наверное, твой выбор в том — спасти остатки людей или просто их всех уничтожить, вот и все.

— Да, скорее всего, именно так. А что же будет с вами, если я выберу спасение человечества?

Главарь задумался на некоторое время, но потом улыбнулся и сказал:

— Мы отправимся к обиталищу за прощением.

Я встала и направилась к выходу из зала.

— Спасибо тебе, Ури, за всю предоставленную мне информацию. Кое-где ты меня просвятил а кое-где помог разобраться. Но, если можно было, я бы вернула тебя к человеческой форме жизни.

— Тут нужно желание, и мое, и твое. Но я не хочу. Я отвык от жизни человека, убив многих из них. — И он помахал мне рукой.

На обратном пути все сидели и молчали, особенно почему-то Эдриен. В этот раз я села рядом с ним. Все сняли шлемы, и мне предстала картина нахмурившегося и глубоко погруженного в свои мысли солдата. Повернувшись назад, я увидела тоже самое: Саммерс грыз зубочистку с таким же выражением лица, а Руди уткнулся взглядом вниз. Но и мне после услышанного, не горелось разговаривать, поэтому я отвернулась и уставилась на вид из кабины справа.

Уже рассвело окончательно и мне стал виден тот самый лес четче. Обычный, ничем непримечательный, как оазис посреди пустыни, хотя так оно и было: вокруг пустыня и только этот лесок, как будто заманивал, умирающего туриста зайти охладиться и может, испить воды, хотя после слов Ури, там одна химия и только. Небо было почти без газовых облаков, но кое-где была видна серость. И это, я знала, не из-за погоды. Приближалась буря.

Вернувшись в Кэмтлерс, я решила остаться со своими мыслями наедине и никому не показываться на глаза. Поэтому быстро вышла из джипа и побежала к себе в выделенную мне комнату. И только я коснулась головой подушки, как провалилась в забытье.

7

Разбудил меня создатель через два часа. Он сказал, что мы должны попасть и обосноваться в Столице до темноты, и поэтому пора выдвигаться, точнее вылетать.

Все сидели на тех же местах, что и до этого. Лиц солдат я не видела, и они не произносили ни слова. Через полчаса, когда Кэмтлерс уже скрылся за горизонтом, с другой стороны я увидела очень яркую вспышку, которая окрасила небо в красно-оранжевый цвет. Взрыв. Значит, где-то неподалеку идет бойня. Но это не наше дело. Пока нет. Мы должны долететь целые и невредимые в Столицу, чтобы я предстала перед Верховным командованием и правительством, в том числе и перед Президентом во всей красе и силе. Президент, вот, кто еще меня не видел, но наслышан о моей прекрасной сдаче экзамена. Он во всем виноват. И он умрет первым.

— Эй, о чем задумалась, солнце? — Вывел меня из раздумий Эдриен, где в своей фантазии я уже отрывала голову Президенту, как бы он там ни выглядел. — Вид у тебя такой грозный и опасный. — И он засмеялся, ну или попробовал.

— Ни о чем хорошем. Ты же знаешь в такое время, о прекрасном не подумаешь. — И я головой указала на то место, где была вспышка.

— Ну да, но ты не падай духом и не хмурься. Тебе это не идет. — Он что, подкатывал ко мне или, как это называется, пытался сделать комплимент? Как он меня назвал, солнце? Что-то новенькое или забытое старое…

— Почему солнце? — Спросила я, повернув к нему голову. Ох, как бы мне хотелось увидеть его лицо.

— У тебя в последние часы ярко светятся глаза. Не совсем фонари, хотя они стали светлее, но не бледнее. Сама посмотри. — И он повернулся головой, точнее шлемом ко мне. Действительно, больше не было карих глаз, вместо них был какой-то светло-оранжевый оттенок, что ли, но не янтарь; и этот оттенок не выглядел бледным, он как будто светился, не сильно, но заметно. Лава, что ли… Внутри бурлила жизнь. Пришла мне неожиданно мысль в голову.

— Наверное, «материал», да, доктор? — Произнесла я и протерла их тыльной стороной руки.

— Именно он, — деловым тоном сказал тот, — Сара, запиши в протокол дату изменения. Это может нам пригодиться в будущем. — Сара поспешно стала печатать на компьютере, а создатель тем временем, светил мне в глаза карманным фонариком, проверяя и выискивая новые изменения. — Вроде больше ничего нового. Приедем, нужно будет сделать МРТ, ЭКГ, ЭЭГ.

— Ого, сразу столько? — пробурчала я. — Мне же надо предстать перед «властью» Федерации.

— Разве я тебе не сказал? Ты покажешься им потом, через некоторое время, так как не все члены правительства в Столице, да и сам Президент отсутствует.

— А, понятно. Значит, новые исследования и анализы. — Подытожила я. — А тренировки?

- Все останется без изменений. Конечно же, тебя будет тренировать не Инструктор, но вполне компетентый в этом деле человек. Один из его учеников, безымянный. — Как-то недовольно произнес доктор.

— Вы против безымянных или сомневаетесь в их способностях? — Резко спросил Эдриен, даже чересчур. Заметив свою резкость и взгляды, направленные на него, он извинился и замолчал.

— Нет, я не против них. Просто у них же больше нет воли или морали. И на это просто жаль смотреть. — Ответил после продолжительного молчания создатель.

— Но они же сами выбрали такой путь. И, тем более, разве не они играют огромную роль в передовых отрядах? Я думаю, что да.

— Это ваше мнение, солдат. А это мое мнение. Так давайте же останемся каждый при своем.

— Хорошо, не буду оспаривать. — В кабине даже похолодело от такого ответа, точнее от тона, которым Эдриен произнес эти слова. Видимо, этот парень любил безымянных, что ж не пошел в их ряды?

И мою мысль озвучил человек, от которого я вообще не ожидала что-либо услышать. Сара. Эдриен некоторое время молчал, обдумывая что-то. Но ответил:

— Не было возможности встретиться с Инструктором.

Сара сразу же замолчала и уткнулась головой в ноутбук, как только услышала о нем.

— Подними голову ко мне обратно и ответь, ты бы хотела с ним встретиться и поговорить наедине, м? — Сара, как под гипнозом подняла медленно голову и сказала то чего, наверное, никто не ожидал услышать:

— Больше всего на свете… — У создателя так челюсть и отвисла. Руди с Саммерсом переглянулись, и второй присвистнул. А Эдриен только довольно хмыкнул. Я же, наверное, повторила бы судьбу доктора, если бы не была в курсе событий, и мне было бы не все равно. Сара же, будто очнувшись, вся покраснела как помидор и оградилась ото всех еще больше ноутбуком.