Инкуб с трамвайной остановки - Оксана Алексеева

представился молодой человек, схватил мою руку и крепко пожал. – Уже три года служу магикопом в девятом отряде. Смены пропускаю только в полнолуние, по уважительной причине.

– О, оборотень! – догадалась я.

– О-о, оборотень… – с совсем другой интонацией повторила Марина. – А ты ничего такой. Не инкуб, конечно, но все-таки. Я вас представляла комком тупой мускулатуры… Без обид, Ион!

Берсерк только усмехнулся, а блондин прошел дальше и встал возле окна – в нашей квартире было недостаточно сидячих мест для всех. И он, правда, был «ничего такой» – улыбчивый, симпатичный и располагающий к себе. В оборотне не ощущалось какой-то физической мощи или угрозы – такого паренька можно было запросто представить обычным соседом или доставщиком пиццы. Полное непопадание в экранные образы, но я о настоящих оборотнях уже немного знала, потому и не удивилась.

Сразу после приветствий предложила:

– Мне переодеться, чтобы отправиться с вами на рейд?

– Да как хочешь, – отозвалась Ланда, возвышаясь надо мной на целую голову. – Сегодня не предвидится ничего опасного, а заодно и интересного. Проедем по нескольким адресам, зададим вопросы учтенным существам, которые здесь обитают.

– То есть в Москве тишь да благодать? – предположила я.

– Куда там, – Ион вздохнул. – Наоборот, какая-то грандиозная преступная схема. Но у нас пока нет зацепок. И, клянусь своей тупой мускулатурой, опрос учтенных существ ни к чему не приведет. Они даже не подозреваемые, нам пока некого подозревать.

Марина отсылку к своей фразе уловила и смущенно потупилась. А я любопытствовала:

– Как вы вообще узнаете о преступлениях по эту сторону?

– Ведьмы из сверхполиции отслеживают через своих альтеров, – пояснил командир отряда. – В управлении собирают все сводки из местных полицейских участков. И всё, похожее на участие существ, передают нам. Сейчас что-то странное происходит, пока мало данных.

Он будто не хотел конкретизировать, но ведь я их будущая коллега, уже готовая вовлекаться в дело с руками и ногами!

– Что же странное? – настойчиво интересовалась я.

Берсерк переглянулся с валькирией и все-таки объяснил:

– Уже несколько человек крали деньги. Вернее, сначала обналичивали собственные счета, а затем или у родни воровали, или грабили прохожих. В итоге либо сами сдавались, либо их ловили. Сложно не поймать, они не особенно-то скрывались. Но ни один не признался, где деньги, хотя само преступление помнит во всех подробностях.

– Контроль разума? – я закинула очевидное предположение.

Но Риссая покачала головой и объяснила:

– Ведьма может заставить человека о чем-то забыть. Но эти люди помнят все, память у них отказывает только на вопросе: «А клад-то где?»

Ей лучше знать, потому я не спорила – мне хотелось казаться полезной, поэтому я придумывала другие объяснения:

– Инкубы и суккубы? Они влюбляют в себя человека и заставляют совершать преступления! Жертвы им помогают, а потом страдают от содеянного. Но и сдать заказчика не могут – влюблены же.

Берсерк нехотя признал:

– У нас была такая версия. Но только потому, что других идей пока придумать не можем.

– Глупенько, – раздался монотонный голос вампира. – Влюбленность не имеет ничего общего с гипнозом, а здесь явно тянет каким-то тотальным внушением. Влюбленный мужчина не побежит на улицу грабить людей только потому, что ему какая-нибудь красавица понравилась. И вы слышали записи их показаний – это совсем не то, что может сделать с разумом инкуб. Полная обескураженность, а не страстные придыхания. Эти человеки сами не понимают, зачем это делали.

Ланда глянула на Влада хмуро.

– Ну раз ты среди нас самый умный, то изложи свою версию!

– Изложу, когда она будет, – протянул вампир.

– Тогда и нас не критикуй!

Тот будто обиделся:

– Уютненько вы устроились. Сиди молчи, а потом выдай полную программу действий. А зарплату распишем поровну, как обычно.

Марина прошептала:

– А что он им сказал? Он же что-то сказал, раз Ланда на него орет?

Но я решила потом ей объяснить, а пока думала, как ввернуть свою просьбу. Ведь если девятый отряд сам пока в режиме ожидания, то я их не слишком отвлеку от важной работы?

– Послушайте, – я начала издали, немного смущаясь. – У меня к вам огромная просьба. Хотя бы подскажите, что делать. Диминик Эйм вконец нас достал – он подселил к нам своего альтера! Мало того, что мы совсем расслабиться не можем из-за постоянной слежки, так он еще и Маринке спать не давал – она чуть умом не тронулась! Я не могу понять, почему вы действия альтеров до сих пор не классифицируете как преступления – ведь это самый настоящий вред здоровью!

Ион сочувственно посмотрел на Марину и объяснил, словно извинился перед ней:

– Не классифицируем, потому что на альтеров рук не хватает. Вы представляете, какой нужен ресурс, чтобы отследить каждое животное, насекомое или птицу хотя бы в радиусе ста километров? Но хуже всего то, что при поимке хозяин тут же разорвет с ним связь, и никаких доказательств не останется.

Я выпалила:

– Но я точно знаю, что эта крыса Диминика!

– Спокойнее, Талья. – Ланда тронула меня за плечо. – Раз все понятно, то попытаемся помочь. Между делом, так сказать. К сожалению, через сверхзакон на Эйма никак не надавишь.

– Зачем пытаться? – оборотень прикрыл глаза и добавил: – Там, слева, на антресоли.

– Подслушивает! – я сразу сообразила, о чем он говорит. – И сейчас сбежит!

Влад Двести Семнадцатый резко поднялся на ноги, как будто просто перетек из одного состояния в другое, и рявкнул:

– Всем пригнуться и зажать уши.

Поскольку Ланда и Ион рядом со мной мгновенно рухнули на колени, поближе к полу, я последовала их примеру, заодно и зажмурилась. Что делал вампир в следующие несколько секунд, я не знала, но результатом было падение тушки крысы с антресоли. Ее в воздухе перехватил Николас, беспечно зажав за горло.

– Ура, она мертва! – обрадовалась я. – Нового альтера здесь Диминик уже не создаст!

– Не мертва, а без сознания, – поправил меня вампир. – Я высосал из нее всю энергию. – Он вдруг посмотрел на диван и виновато скривился: – Упс, неудобненько получилось.

Марина со стеклянными глазами завалилась на бок и бессильно повисла на подлокотнике. Ее-то никто не предупредил о приказе Влада, а сама она вампира не слышит!

– Ничего, денек-другой отлежится, и будет в норме, – пообещал Ион. – А ты прекрати так улыбаться, рожа ты отъевшаяся!

Теперь и я заметила, что вампир буквально облизывается, став похожим на обожравшегося сметаной кота. Видимо, он Марину зацепил случайно, но почему бы не порадоваться такой вкусной случайности? Я уже знала из уроков, что лучше всего вампиры насыщаются от простых людей. С существами, как и в случае инкубов, их воздействие ограниченно. Но я в панике рассматривала смертельно бледное лицо подруги и задним числом отмечала: не так уж сильно наши сказки и переврали суть, она выглядела почти безжизненной и обескровленной, хотя на ней не было ни единой раны. Удивительно ли, что в старину люди придумали, как вампиры высасывают всю кровь?

А пока надо было решать вопрос с крысой.

– Придушить? – деловито спросила Ланда, беря альтера из рук Николаса.

А я не могла заставить себя принять это решение. Если б ее вампир сразу убил, то и дело с концом, но зачем они просят меня вынести смертный приговор? Крыса ведь даже имя имела – Крыся. Она слабо двигала лапкой, будто пребывала в полудреме. И отчего-то все еще чем-то непонятным напоминала Диминика – как если бы я застала инкуба спящим и абсолютно беззащитным.

– Не надо, – выбрала я и бросилась в сторону в поисках обувной коробки. – Мне достаточно, чтобы он разорвал с ней связь. А такое животное мне очень пригодится для тренировок, я только учусь арканить альтеров. Она же не заразит меня какой-нибудь чумой?

– Не заразит, – Николас немного подался вперед и определил по запаху: – Это одомашненный вид. Совершенно чистая, от нее даже сородичами не пахнет, то есть, скорее всего, она ручной и была. Вполне возможно, домашнее животное инкуба. Должен же их кто-нибудь по-настоящему любить, а не только хотеть.

– Мерзотненько, – вставил Влад. – Только инкубы выберут такого питомца.

– Да какая разница? – Николас пожал плечами. – Живое ведь создание. Возможно, она тебя считает мерзотненьким. Хотя после того, как ты высосал из нее всю душу, точно считает. Кстати, это девочка.

– Оставлю у себя, – я повторила решение увереннее.

– Да