Разными дорогами - Натали Палей

— Мама не только о ней знает, Элли, но и лично с ней знакома, ведь Рина — дочь моей кормилицы. Мама не мечтает о куче бастардов от сыновей. Она желает законного брака с аристократками и наследников. Много наследников.

— Как любая мать, — снова осторожно заметила я.

— Давай приступим к делу, — вздохнул мужчина. Видимо, эта тема надоела ему до печёнок.

Я кивнула.

Мы снова были в моем рабочем кабинете, и вновь Конрад порадовал нас лавандовым чаем.

Принц отошёл от окна и подошёл к сервированному небольшому круглому столику, собственноручно поставил все чашечки, чайник, сахарницу на поднос и переставил на мой рабочий стол. Усадил меня за пустой стол перед окном, сел напротив и взглядом дал понять, чтобы я приступала к делу.

Мы могли бы сесть и за мой рабочий стол, я могла включить магическую лампу, но раз уж он так решил, то я промолчала.

Положила обработанный кристалл на чистый платок, нежно потрогала кончиком пальца практически невидимые глазу борозды на камне, взяла заранее подготовленную булавку и уколола палец. Пальцами другой руки сдавила его, чтобы выступила капелька крови.

Поднесла палец к камню и осторожно капнула на него. Темно-красная капля упала на прозрачный кристалл и стала растекаться по нему, наполняя бороздки.

Я взяла лупу и стала наблюдать за процессом. Кровь стала впитываться в камень, не оставляя следов. Я передала лупу принцу, он тоже глянул, но лишь на мгновение. Поморщился и отвернул лицо.

Не любит вид крови? Надо же…

Это стало новостью для меня. Зачем тогда захотел присутствовать лично? Чтобы не обманула? Или боялся, что я подменю камни?

Принц отложил лупу, достал белоснежный платок с вышитыми инициалами, взял мою руку и осторожно забинтовал уколотый палец. Я с интересом наблюдала за его действиями. И что всё это значит? Роль заботливого дядюшки ему теперь нет резона играть. А меня подобное поведение настораживало.

— Элли, у меня к тебе просьба.

— Я слушаю вас.

— Скоро во дворце ежегодный осенний маскарад. Я хочу чтобы ты появилась на нём.

— Для чего? — я вопросительно смотрела на мужчину, стараясь не обращать внимание на то, что мою руку он пока не выпустил из своей.

— Чтобы убить двух зайцев. Или даже трёх. В зависимости от удачи.

— И что это за зайцы?

— Возьмёшь с собой этот кристалл и, возможно, услышишь зов другого камня.

Я кивнула, давая понять, что с этим зайцем всё ясно.

— На маскараде не нужно соблюдать этикет и можно танцевать со всеми подряд бесчисленное количество раз.

— И для чего это нужно?

— Будем искать Артефактора. Возможно, он из высшего общества и тоже появится на балу.

Так, с этим зайцем тоже понятно. Внутри вдруг скрутило от волнения и чуть затошнило.

— А ещё, — принц задумчиво осмотрел меня, — разыграем небольшой спектакль для маман.

Тут я насторожилась. Встречаться с императрицей мне не улыбалось. Обманывать — тем более.

— Я сделаю вид, что влюбился в прекрасную незнакомку на балу. Будешь… хм… некой райданской графиней. Ты великолепно знаешь райданский. А потом исчезнешь, а я буду страдать и искать тебя. Думаю, мама возьмёт паузу в отношении меня. Позволит поискать ту, что зацепила.

— То есть я буду под личиной?

— Зачем? На тебе будет маска.

Я осторожно вытащила ладонь из захвата принца, поднялась, чувствуя на себе его странный взгляд. Отошла к столу и налила себе чай в чашку. Словно, действительно, захотела чай, а не избежать излишнего внимания.

— Будете? — предложила чай недовольному мужчине.

— Издеваешься? — буркнул он. — Терпеть его не могу.

Я скрыла улыбку. С удовольствием отпила из чашки.

— Когда будет бал? — уточнила, не оборачиваясь.

— Через две недели, — сухо ответил Грегори.

— Хорошо. В моём новом гардеробе есть подходящее платье.

— Опишешь его по артефакту связи. Чтобы я мог подобрать подходящую маску.

Принц поднялся. Краем глаза заметила, как он положил кристалл Кэмпба в коробочку, а ту в нагрудный карман, и вышел, чуть ли не хлопнув дверью.

И что это было? Неужели принц Грегори ко мне неровно дышит? Вот уж неприятные новости. И пугающие.

Я боялась этого мужчину. И я понимала, что находилась в его полной власти. Он мог сделать со мной всё, что угодно. Посадить в тюрьму, лишить детей, просто изгнать отовсюду.

— Артефактор, надеюсь, ты появишься на осеннем балу, — тихо пробормотала я, снова отпивая глоток чая.

А мне понравился лавандовый чай. Возможно, он мне просто пока не надоел?

И вдруг я вспомнила, что не умею танцевать. Откуда мелкая лавочница могла знать танцы аристократов Ринской империи?

Глава 17

Осенний бал-маскарад был в полном разгаре, и пока я даже не встретилась с принцем Грегори, что меня ничуть не расстраивало.

Я явно пользовалась успехом и не простояла ещё ни одного танца. Но я и не думала, что стану подпирать стенку, — выглядела я, как никогда, потрясающе. Сама не могла оторвать от себя взгляда в зеркале перед выходом.

Шикарное платье из изумрудного шёлка невероятно мне шло; изумруды в ушах и на шее сверкали весь вечер; изумрудная шёлковая маска, закрывающая пол-лица, украшенная мелкими изумрудами, превратила меня в загадочную красавицу. И говорила я только на райданском, соблюдая легенду о райданской графине.

Две недели до бала каждый день в сумерках я выходила через чёрный вход своего салона и на магмобиле принца без опознавательных знаков приезжала в таинственный дом, где некий господин, представившийся лучшем учителем танцем, обучал меня танцам высшего общества. На удивление, они дались мне легко, и через две недели я уже достаточно изящно могла станцевать любой танец Ринского двора.

Императорский дворец, конечно, меня восхитил и поразил, кричащая роскошь повсюду заставляла чуть ли не рот открывать от удивления. Прошла я по приглашению, подготовленному для меня принцем Грегори.

Бал-маскарад организовали по высшему классу. Для провинциалки и мелкой лавочницы всё было слишком красиво, интересно и роскошно. Подумала даже, хорошо, что за месяц проживания во дворце младшего принца в его поместье я немного привыкла к постоянной роскоши. Ну и благодаря нашим авантюрам, когда приходилось изображать либо аристократов, либо богатых дельцов, я тоже имела представление и о роскоши, и о том, как ведут себя те, кто живет на вершине мира. С родителями мы жили всегда достаточно скромно. Потом, в другой империи с фальшивым дядей Альбертом, — тоже без роскоши.

Я от души веселилась и танцевала, с партнерами напропалую не флиртовала, — я никогда не умела и не любила это дело, — но загадочно улыбаться у меня получалось. И казалось, что подобное поведение ещё