Лавка магических сладостей госпожи Солары - Анна Алора

от слез. Глаза были красные, а нос распух прямо вот как только что у бургомистра.

При этом воспоминании губы ее невольно раздвинулись в улыбке.

Сильвер вовсе не походил на лицо официальное. Эти его смоляные кудри…

“Да он и шляпу, наверное, носит специально.

Для солидности”, – подумалось вдруг Тане и она сразу вспомнила про букет.

Тут раздался еще один негромкий хлопок и запахло жженой бумагой. Таня повернулась на звук и схватилась за голову. Букет, до четверти обернутый в специальную бумагу,  лежал на плите.

А плита… Плита явно нагревалась.

– Ох ты ж твою налево! –  вырвалось у Тани любимое бабкино выражение на такие вот случаи жизни.

Слезы высохли мигом и Таня птичкой метнулась к плите. Схватила букет и с размаху запустила его в мойку. Слава богу, сортовые розы оказались без колючек, иначе быть бы Таниным рукам сплошь в кровавых царапинах.

– Да что творится в этой лавке? – Таня всплеснула руками. – Без домовых она явно сбоит. – Похоже, самой придется разбираться.

Таня собрала в кулак всю свою волю. А воля у Тани была. А куда денешься, пришлось тренировать. Жизнь была нелегкая, заставила. Крапиву вон с детства в бабкином огороде тягала. Да не на выброс, а на сушку и настои разные бабуле.

Таня шмыгнула носом и засучила рукава. Что с домовыми и где они, того и предположить она не могла. Значит, сейчас за лавку она в ответе.

И за чудесные розы, между прочим, головки которых выглядывали из мойки.

Таня поглядела на полки, поискала в ящичках и вытащила с дальней полки высокую вазу, расписанную золотыми цветами.

“Супер! – восхитилась Таня. – Розы пепельные, смотреться будет классно”.

Она споро налила воды из-под крана и поставила букет в воду.

Бумагу, узорчатую да резную, конечно, пришлось выбросить.

Подгорела да и вообще, в упаковке кто же цветы в вазу ставит?

С удовольствием оглядела дело рук своих и поставила букет в центр стола. Кухня сразу приобрела праздничный вид. Будто праздник какой и гости должны скоро прийти. Гости… А где гости, там и угощение.

Кстати, что там с плитой? Она вроде нагревалась ни с того, ни с сего. Вон, чуть цветы не пострадали.

Таня обернулась и подошла к плите. Плита была как плита. Она подняла руку над конфорками и почувствовала, что первая справа еще горячая.

– М-да, – протянула Таня. – Все это очень и очень странно. Магическая лавка. Плита, которая включается сама по себе.

“ А кстати, как заказы-то Солара получала? – со страхом подумала Таня. Или не каждый день у нее они были? А на что же тогда она жила и дом содержала-то? Похоже, без домовых все-таки не разобраться”, – упала духом Таня.

И если тортиков испечь она могла бы и сама, без помощи домовых, то вот насчет заказов, где Тане в этом разобраться?

Но где же эти предатели, которые обещали помочь при встрече с Сильвером и подстраховать, чтобы тот не заметил подмены?

– Не боись, хозяйка. Чай, тоже магией владеем, – передразнила она Боровичка.

– Ну и где они сейчас, где их магия-то? – Таня взмахнула рукой и до нее донесся неприятный запах.

“Боже, да мне в ванну давно пора. Так перенервничала из-за этого Сильвера, что вся пропотела, – щеки девушки налились румянцем. – Очень надеюсь, что он на заметил.

А и не заметил, точно! Ведь нос-то был распухший”, – эта мысль порадовала Таню несказанно и она, полюбовавшись на воспрянувшие пепельные розы, скорее пошла в ванную комнату.

“Потом, все остальное - потом! – Таня закрыла глаза и  по уши погрузилась в жемчужную воду.

Глава 27

Сильвер не заметил как пришел домой. Он рассеянно сунул шляпу и тортик в руки дворецкого и отправился к себе. До сих пор мужчина не мог прийти в себя. Улыбка Солары, немного смущенная и такая искренняя так и стояла у него перед глазами.

Перед глазами..

И ее глаза.. Черт побери, ее глаза! В ней не было той холодности, к которой он привык. В них была совершенно не привычная ему теплота и … участие.

Участие.

Совершенно точно. Он вспомнил, как она побежала вслед за ним с этим осточертевшим уже ему тортом. Губы мужчины растянула сумасшедшая улыбка. Да она ведь предложила ему вернуться и промыть нос соленой водой.

Кстати, надо взять на вооружение. Сильвер с детства страдал от пыльцы и кое-каких запахов.

Но ее глаза… Сильвер неожиданно вскочил с дивана, на который бросился прямо в одежде.

С ее глазами что-то было еще…

Что же?

Мужчина постарался взять себя в руки и прогнать из души и сердца этот совершенно несвойственный ему щенячий восторг. Ведь первый раз за все время Солара ему улыбалась по-настоящему, а не как обычно - холодно и немного отстраненно.

Но все-таки, что же не так с ее глазами?

Он застыл.

Вот оно.

У Солары всегда были голубые глаза. Глаза цвета весеннего неба, холодные и чуть мерцающие. В ее глаза ему хотелось смотреться как в зеркало.

Странное сравнение пришло Сильверу в голову.

Но сегодня вечером они были гораздо, гораздо темнее.

Более того, отдавали зеленью. Немного, едва заметно.

Но они стали теплее.

Впрочем, возможно, в этом виновато заходящее солнце. Игра света и тени? Возможно. Сильвер счастливо улыбнулся. Возможно ли, что она наконец повернулась к нему своей настоящей стороной?

О черт! Ведь он даже забыл, что пришел к ней поставить точки над “и”. Выяснить наконец, как она к нему относится.

Да он был готов на все. Сильвер задохнулся. Верно, он был готов на все. Даже на то, чтобы оставить Солару в покое. В конце концов, подать прошение и снять с себя бремя бургомистра. Наследственное право, говорите? Ничего, он слышал от бургомистра Ливона, что умные головы хотят старый закон упразднить.

И если глава Ливона был этим весьма недоволен, то Сильвер очень надеялся, что в конце концов новый закон будет принят.

Вот тогда он со спокойным сердцем скинет это бремя и отправится назад. Назад, в Ливон! В стены родной Академии Магии. Но если…если она благоволит к нему? На самом деле благоволит. Тогда, пожалуй, он готов пойти на эту жертву. Останется городским главой и будет с нею рядом. В своем Лесино.

И…и сделает ей предложение. Эта мысль была столь нова для Сильвера, что он даже удивился. Мечтать сделать предложение девушке? А