Попаданец в адептку Академии повелителей драконов (СИ) - "B Ray"

Обещание есть обещание. Положив свою руку в протянутую ладонь Раймонда, все еще оглядываясь на Тиару, Аркадия вернулась с ним на середину зала. Огонь в глазах погас, а вот от позвоночника разбежались горячие искорки, стоило преподавателю привлечь Девятую ближе к себе. «Понятно, кто тут кому симпатизирует, — мысленно обратился Ард к своему телу, — увы, нам обоим не повезло. Точнее, троим… четверым…» Он запутался и вздохнул.

— Ты изумительно выглядишь, — мягко улыбнулся Раймонд, обращая на себя внимание вертевшейся по сторонам девушки. — Позволь все же мне вести.

— Да, прости, — опомнилась Аркадия, поворачиваясь к нему.

— Так лучше.

Вся эта ситуация смущала безумно. Ард не привык, когда его направляют, пусть и осторожно, не выдерживал прямого взгляда, а больше всего его раздражали собственные — но непослушные подгибающиеся колени.

— Аркадия, милая, что тебя так взволновало? — с некоторой насмешкой поинтересовался Раймонд, но внезапно улыбка исчезла с его лица, а у Арда по спине пробежал озноб. Он поставил щит еще до того, как музыка смолкла, а адептки восхищенно зашептались, разглядывая посетившего их ректора в расшитом мундире. Точь-в-точь, как у его предков на картинах в холле.

Ард невольно уткнулся лбом в жилетку Раймонда, не желая поворачиваться к Рамису и вообще попадаться ему на глаза, как вдруг голос Тиары заставил его резко обернуться.

Принцесса стояла перед ректором, смущенно опустив голову, затем что-то пробормотала в ответ на предложение и, сделав реверанс, под руку пошла в сторону других пар, тут же расступившихся и освободивших им место. По легкому жесту Рамиса музыка заиграла снова, но танцевать расхотелось уже и Аркадии, и Раймонду. Последний, заметив, как побледнела Девятая, поспешил отвести ее в сторону, но не отпустил.

Да и что Ард мог сделать? Ему только и оставалось, кусая губы, следить за тем, как Рамис быстро кружит Тиару в танце, бесстыдно прижав к себе гораздо сильнее, чем позволяли приличия. Ректору было плевать на них, он сам в этой Академии устанавливал правила. Длинные пальцы сквозь ткань впивались в тело принцессы, не позволяя отстраниться, гуляли по всей спине, от талии до шеи, золотые глаза прожигали насквозь.

Ард сжал зубы, невольно вцепившись в запястье Раймонда — Тиара обмякла, расслабилась, положила голову Рамису на плечо и, кажется, прикрыла глаза. Она стала похожа на послушную куклу и даже не отреагировала, когда ректор склонился к ней, касаясь губами щеки и шеи. Черт, да не может такого быть! Не эту Тиару он знал все это время! Неужели она поддалась его проклятой магии?!

— Пойдем, — тихо произнес Раймонд, пытаясь увести Аркадию из зала, но та уперлась, упрямо тряхнула головой. — Зачем?

Затем, что не верил. Хотел убедиться: как, зачем — неизвестно. Просто не мог отвести взгляд. И когда они остановились, и Рамис запустил руку в тщательно уложенные пряди, разрушая идеальную прическу, на которую Тиара потратила столько времени. И когда за волосы потянул ее назад, словно какую-то девку, заставляя запрокинуть голову. И когда впился в побледневшие, полураскрытые губы долгим жестким поцелуем.

— Дия, нет!

Раймонд не удержал. Ард обжег руку огненного, вырвался и подскочил к паре, как раз чтобы поймать за локоть пошатнувшуюся Тиару, которую только что отпустил ректор. Принцесса выглядела оглушенной, сонной, плохо понимавшей происходящее. А еще от нее, кажется, пахло алкоголем. «Ей же нельзя!».

— Ваше высочество, — Ард заставил себя говорить вежливо, любезно и даже заискивающе, хотя мечтал разбить Рамису лицо. Он даже стерпел брезгливый взгляд ректора в свою сторону, — прошу прощения, но Тиаре, как вы могли заметить, очень нездоровится. Не вынуждайте ее после стыдиться, позвольте мне провести ее в комнату.

Рамис не ответил. Просто махнул рукой, будто отгонял назойливую муху, но Ард воспринял это как разрешение. Подхватив Тиару, не слыша уже вновь заигравшей за спиной музыки, он направился к выходу из зала.

— Помочь? — спросил Раймонд, когда они проходили мимо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Спасибо, я справлюсь, — кивнул Ард. Он не хотел, чтобы кто-то еще к ней прикасался.

Двери за спиной закрылись, они остались вдвоем в темных коридорах.

Тиара едва различимо всхлипнула.

— Ну зачем ты пила, глупая? — вздохнул Ард.

— Я не специально, — пробормотала принцесса и зевнула, — я так хотела пить… опрокинула бокал лимонада, а он оказался шампанским…

Она говорила внятно и вела себя нормально — только была очень-очень слабой и сонной. Практически на ощупь, уткнувшись в плечо Аркадии, передвигала ноги, поминутно зевая и растирая лицо ладонью — даже в таком состоянии боялась смазать макияж. Когда они подошли к ее комнате, Ард уже сам ног не чувствовал. Ввалился внутрь, потерял равновесие и упал в стоящее рядом со входом кресло. Тиара свалилась ему на колени — и тут же, подтянув ноги к подлокотнику, уютно устроилась на груди.

— Эй, не вздумай здесь засыпать, доберись до кровати! — потряс ее Ард. Бесполезно. Тиара только прижалась к нему сильнее.

— Не хочу засыпать, — снова всхлипнула она. — Не хочу завтра, не хочу окончание Отбора!

— Почему?

— Потому что мне гадко, Дия! — отчаянно, но тихо воскликнула Тиара. — Мне мерзко от его прикосновений, от этого… — она оттерла губы рукавов. — Я не хочу, чтобы он… не хочу с ним…

Тиара беззвучно расплакалась, и Ард осторожно обнял ее, прижался губами ко лбу. Бессилие — самый страшный враг мужчин, особенно, когда дело касается защиты любимых.

— Я обещаю… — начал он.

— Не надо, Диечка, не утешай, — всхлипнула Тиара, оттирая щеки, — что мы можем… против них всех?

Ард сглотнул ком в горле.

— Я не Дия, — выдавил он, глядя куда-то в сторону. — Я вообще не девушка. — Тиара лишь удивленно смотрела на Аркадию — в полумраке комнаты, едва согретом одинокой свечой, глаза принцессы казались еще темнее. — Меня зовут Ард, и я попал сюда из другого мира. Только почему-то в тело этой девушки, которая ехала в Академию. Прости, что врал…

Теплые ладони коснулись лица, Тиара мягко развернула его к себе и привлекла ближе.

— Вот, почему ты так странно себя вела… вел, — она поверила каждому слову, просто не нашла причин Аркадии врать. — Я все понимаю, не злюсь…

— Правда? — голос Арда сорвался.

— Конечно, — Тиара обняла его за шею, опустила веки. — Он забрал мой первый поцелуй, но…

Шелковые, безумно нежные губы, едва касаясь скользнули по его губам, щеке… Тиара уронила голову на плечо, и по ее ровному дыханию Ард сразу понял — уснула. Он тяжело выдохнул — сердце, замершее на мгновение, вновь забилось часто и ровно, ласково улыбнулся и осторожно обнял принцессу, чтоб не позволить ей упасть во сне. Пусть потом будут болеть спина и ноги — Ард не хотел двигаться, будить ее, нести к кровати (да и не смог бы поднять).

Осталась одна только ночь — пусть самая целомудренная из всех возможных, но принадлежащая лишь им двоим. Ард устало откинул голову на спинку кресла и, слушая тихие выдохи Тиары, постепенно задремал и сам.

Глава шестнадцатая

Буря, как и предсказывали, закончилась на следующее утро. И Тиара исчезла с колен неслышно и незаметно, как сладкий сон. Ард, прохаживаясь по комнате и с трудом разминая кости, вдруг заметил пробивающиеся сквозь щели солнечные лучи — и распахнул ставни. Внутрь ворвался бодрящий морозный воздух, а взгляду предстал покрытый первым снегом парк Академии. По большой поляне, служившей стадионом, медленно шел Раймонд, раскрыв ладони параллельно земле — и белое одеяло вокруг него таяло, испарялось, оставляя лишь прятавшуюся под ним зеленую траву. Преподаватель расчищал площадку для последнего испытания и церемонии объявления победительницы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

«Если б у меня была магия, хоть немного… — вздохнут Ард, — а не те нелепые фокусы, которые я сам контролировать не могу…» Он готов был цепляться за любую соломинку, вот только не видел ни одной.

Завтракать он не пошел — не хотелось, Тиару в ее комнате не обнаружил, и в мрачном настроении, одевшись в удобные, теплые штаны и куртку, отправился на поляну, когда там уже начал собираться народ. С помощью магии — теперь ей можно было пользоваться — на деревянном помосте возвели небольшой навес с местами для почетных гостей. Стулья для адепток и преподавателей располагались в несколько рядов напротив него; слуги, которых тоже обязали присутствовать, должны были стоять за их спинами.