Академия оборотней. Черная кошка (СИ) - Завгородняя Анна Александровна

Лис еще немного постоял, глядя, как ветер швыряет дождевые капли в стекло, затем вздохнул и погладил пальцами камень в своем перстне. И он отозвался привычным теплом, даря мужчине ощущение покоя и умиротворения. Того, что ему было просто необходимо.

За окнами экипажа лил дождь. Он барабанил по крыше, словно просил, чтобы ему открыли дверь и впустили внутрь. А ветер, порывы которого порой качали экипаж, свистел заунывную песню, срывая листья с деревьев, что росли вдоль дороги, по которой канцлер Рихард Вудхауз ехал домой.

Положив руки на трость, он задумчиво смотрел прямо перед собой. Пейзаж, тонувший в темноте и ливне, его не привлекал. Сколько раз уже он проезжал этой дорогой, не счесть. Казалось, каждое дерево ему было знакомо. Да что там дерево, каждый куст у обочины.

Вот впереди задрожал качающийся свет. Магический фонарь вырвал клок темноты и скрипя проводил удаляющийся экипаж, чтобы снова заплакать под очередным порывом ветра, того и гляди, грозившего сорвать его с ржавых петель.

Когда на крышу кареты упало что-то тяжелое, канцлер сперва решил было, что это ветка дерева, или что-то подобное, оторванное ветром. А затем услышал крик возницы и, мгновение спустя, лошади понесли. Мужчина сориентировался в считанные секунды. Трансформация тела была частичной и с сиденья поднялся уже не человек, но нечто подобное. Крысиная голова с длинными усами, черные глаза поблескивают, а пасть оскалена угрожающе, сверкая мелкими острыми зубами из которых выделялись передние, более крупные и острые. Лапы, некогда бывшие руками, крепко сжимают трость. Когда по крыше снова что-то с силой ударило, он пригнулся, готовый атаковать пока незримого противника.

Карета неслась. Обезумевшие от страха лошади дергали экипаж из стороны в сторону. Крыса втянула носом воздух, уловив металлический аромат крови и еще чего-то незнакомого. Воняло кошачьей шерстью. Знакомый запах, но смешанный, не чистый. Словно к нему добавили немного от псины и гуано летучей мыши, и присутствовал оттенок примата и даже какой-то птицы, но едва различимый. А Вудхаузу сейчас было не до подобных размышлений.

Он стиснул трость рукой, призывая магию, прислушиваясь к звукам там, на крыше. Наверху определенно было что-то…или кто-то. Тяжелые шаги и вот в окне появилась лапа, широкая мощная, с когтями, с легкостью вспоровшими обшивку экипажа. Раздался скрежет по металлу, и лапа двинулась дальше, нанося удар, выбивая стекло.

Крыса не стал дожидаться, когда его враг заберется внутрь. Здесь, в стесненном и ограниченном пространстве, он был бы заперт в ловушку. А потому, ударив силой в конечность зверя, Вудхауз развернулся и задними лапами, на которых стоял как человек, вынес вторую дверцу.

Она распахнулась. Канцлер с ловкостью ринулся вперед, вскарабкался на крышу в тот самый момент, когда внизу, в экипаж, ворвалось неизвестное существо. Канцлер распластался на крыше, слушая как там, внутри, противник в ярости крушит сиденья, ревя от злости и осознавая, что добыча ушла.

Резкий рывок вверх — колесо несущегося экипажа поймало рытвину и подбросило карету, вместе с оборотнями, вверх. Что-то оглушительно треснуло, и крыса на миг закрыл глаза. В воздухе еще сильнее пахло кровью и страхом. А ему было надо лишь встать на ноги и, желательно, чтобы без подобной сумасшедшей тряски. Иначе портал не открыть. Но больше всего, Вудхауз хотел увидеть убийцу, разделавшегося с Аидой. Он не сомневался, что его атаковал именно этот враг.

«Алекс был прав. — Мелькнула мысль в голове Крысы. — Кто-то преследует нас. И дело в камнях!».

Мимо мелькали деревья. Город давно остался позади и до резиденции лорда Вудхауза оставалось менее получаса езды. Сейчас он жалел о том, что прибыл в Академию в экипаже. Стоило не экономить силу и, хотя бы вернуться порталом. Быть более осмотрительным. Но что сейчас жалеть о том, что прошло. У него есть первостепенная цель. Выжить. Но еще было бы неплохо увидеть чудовище, преследователя Хранителей.

«Увидеть и при этом остаться живым!» — сказал он себе и поднялся на колени. Прополз вперед, едва держась за то и дело подпрыгивавшую крышу. Если бы не когти на его лапах, давно бы полетел вниз. А так ему удалось занять место на козлах.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Лапой ощутил что-то липкое. Поднял ее и даже не глядя ощутил этот резкий запах. Вот только он не помнил, чтобы тело возницы падало во время нападения. Наверное, не заметил. Не до того было. Зато в намерениях напавшего он теперь не сомневался. Определенно, его собираются устранить, а не просто отнять камень. Убить, как Аиду и МакКлеона.

За спиной послышался глухой удар. Вудхауз обернулся, успев увидеть, как мохнатые лапы огромного зверя поднимают на крышу длинное мощное тело. Один прыжок, ловкий, быстрый, и вот перед взглядом канцлера стоит его враг. Вонзив когти в поверхность экипажа, зверь присел, словно перед прыжком. Глаза хищника горели неестественным алым цветом и предвещали канцлеру скорую расправу.

Дождь ударил с новой силой, полил так, будто кто-то опрокинул озеро. Сплошная пелена воды и ветер, порывы которого добавляли неприятностей. Канцлер быстро встал на лапы и прыгнул одновременно с гепардом. Они поменялись местами. Теперь огромный кот оказался на месте возницы, а сам Вудхауз — верхом на одном из обезумевших жеребцов, тянувших карету.

Обернувшись, Крыса вскинул лапу и ударил силой по оглоблям. Вожжи, оставшиеся без хозяина, ударили оборотня по спине. Карета подпрыгнула, отделяясь от упряжи, а канцлер было прижался сильнее к лошадиной спине, когда гепард сделал резкий скачок, спрыгнув с места возницы и целясь в спину канцлера.

Уже в тот миг, когда Вудхауз было решил, что смог остановить врага хотя бы на время, его буквально сорвало с лошадиного крупа. На бешеной скорости он полетел в сторону, чувствуя, как на лету его рвут жуткие когти гепарда.

Они упали в грязь. Небо злорадно захохотало ударившим громом. Вокруг все обступила темнота. Где-то позади на обочину съехала карета, ударившись глухо в одно из деревьев, росших у дороги. Лошадь убежала в темноту и скоро топот ее копыт стих, растворившись в шуме ливня. Вспышка молнии осветила пространство вокруг, и канцлер перевернулся на спину, по-прежнему крепко сжимая в руке трость. Он не мог выбросить ее. Не мог отдать жуткой твари.

Запах собственной крови, защекотал ноздри и Крыса сморщился, поднимаясь.

Рядом раздался рык и Вудхауз вскочил на ноги, сообразив, что успел обернуться в человеческое тело. Гепард оказался рядом. Застывший для прыжка, оскаливший пасть, сверкавших зло глазами и готовившийся атаковать, убивать, рвать в клочья.

Тело Крысы болело, и он подозревал, что помимо ран, оставленной когтями, сломал себе не одно ребро, не считая синяков. Но сейчас было не до таких мелочей. Следовало убираться прочь с дороги, и канцлер вскинул руку, открывая портал. Вот только войти в него не успел. Опасный представитель кошачьих оказался слишком проворен. Вот, Вудхауз уже занес ногу и почти вошел в спасительную воронку, когда его буквально смело в сторону, придавив к сырой земле тяжелым телом. Запахло мокрой шерстью и кровью. Уже знакомые запахи, вызвавшие у канцлера приступ омерзения.

- Пошел вон с меня, — рявкнул он, изменяясь частично. Голова Вудхауза удлинилась, черты стали острыми, а из кожи проступил пушок серой шерсти. Гепард рвано дернулся вперед, целясь в горло Крысы, но канцлер со всей силы ударил его тростью в поджарый бок, а затем укусил сам.

Острые иглы крысиных зубов заставили гепарда вскрикнуть от боли. Но это лишь придало ему ярости и челюсти огромной кошки впились в плечо мужчины, ослепив его вспышкой острой боли.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Крыса зашипел, извернулся, снова ударил тростью, а затем и трансформировавшейся лапой, вонзив когти в открытый бок гепарда. Тот разжал челюсти и отпрыгнул, глядя на лежавшего на земле врага. Длинный хвост ударял по бокам кошки. Глаза сверкали, а громогласный рык слился воедино с очередным ревом непогоды.

— Что ты за тварь такая? — проговорил Вудхауз. Открытый портал еще вился черным водоворотом, приглашая войти в спасительную тьму.