(не)верный телохранитель (СИ) - Кроваль Яна

— А что за бал вы упоминали? — спустя пару минут бешеной тряски осведомилась у спутника.

Уж больно напряжённая атмосфера установилась в машине. Дан явно был чем-то очень расстроен — и я твёрдо намеревалась разобраться в причинах, вызвавших столь резкий перепад настроения! Для чего, в первую очередь, следовало спросить хоть что-нибудь. А там, глядишь, и разговоримся…

— Приём, на котором впервые встретились мои родители, — помедлив, сообщил телохранитель.

— Погодите! — запоздало спохватилась я. — Получается, на мне её платье?..

И как я раньше не догадалась! Это же прекрасно объясняло замечание Дана о символичности ситуации… Да и фасон идеально подходил к тому времени!

— Полагаю, одним платьем дело не ограничилось, — устало возразил наёмник.

Затем запустил руку под куртку и вытащил из-за пазухи старую фотографию с обтрёпанными краями, протянув её мне.

— Это они в день объявления помолвки, — пояснил он.

Но я уже и сама узнала в статном молодом мужчине императора, портрет которого висел в кабинете отца. А рядом с ним, мягко опираясь на спутника, стояла изящная юная блондинка с мягкими чертами телохранителя. В наряде, абсолютно идентичном моему. В тех же серёжках, с тем же кулоном на шее и в тех же туфельках, неожиданно пришедшихся мне по размеру… Даже кружева из декольте — и то те же выглядывали! Да что там, мы с покойной принцессой Элизией были просто одним лицом… Разве что у неё в волосах красовалась диадема — а у меня не было ничего, кроме пары выбившихся кудряшек.

Неудивительно, что Дан так странно на меня отреагировал. И понятно, почему король принёс именно это платье, а не какое-нибудь другое.

При подобном раскладе успех нашей операции был практически гарантирован…

— А что случилось потом? — вернув фотографию, я не смогла удержать язык за зубами. — Почему они не поженились?

Этот горький вопрос не давал мне покоя, буквально выворачивая наизнанку! Я в упор не понимала, что заставило столь красивую и высокородную пару так глупо распасться. Тем более после нескольких сладких часов, проведённых вместе… Вряд ли, конечно, они бы прожили в счастье до конца своих дней — договорные браки на таком уровне обычно зиждятся на уважении и терпении, а никак не на любви… Но в тот миг они наверняка нравились друг другу! Хотя бы внешне… Иначе не стали бы заключать помолвку в первый же день знакомства. И тем более — скреплять её кое-чем поважнее. Тем, от чего рождаются дети. Иногда — незаконные…

— Потому что той ночью отец проводил маму до её покоев… — с готовностью поведал наёмник, — …и остался на ночь. А наутро отказался от всех обещаний, заявив, что распутная невеста ему не нужна.

— Но он же сам… — удивлённо протянула я. — Или всё-таки нет?

— Сам. Император подтвердил, что был близок с принцессой Элизией. Да и люди видели, как он к ней заходил. А камеры сняли когда и в каком виде он вышел… Правда, император заявил, что мама уже не была невинной. И его посещение являлось обычной проверкой, которую невеста не прошла…

— А принцесса?.. — от волнения я аж вперёд подалась, забыв, где нахожусь. Но ремень безопасности быстро вернул меня на место. В обоих смыслах. — Что она сказала?

— Дядя, которому на тот момент было около десяти лет, утверждает, что мама не могла вымолвить ни слова. Только ревела… А потом всё стало неважно. Мой дед, тогда ещё действующий король, после приватного разговора с позором выгнал молодого императора из летней резиденции и объявил войну империи…

…которая закончилась грандиозным поражением нападавших. Известный факт. Согласно историческим очеркам в той войне королевство выступило наглым провокатором, а империя показала себя с благородной стороны, вернув поверженному противнику все завоёванные земли… Мир рукоплескал императору, не подозревая о его завышенных амбициях и коварных планах выхода на международную арену в качестве жестокого диктатора. А когда страны спохватились, было уже слишком поздно что-то менять. Опираясь на свою магию и доброжелательное отношение недавних союзников, император внедрился во все организации, сбросил маску и показал себя опасным политиком и беспринципным противником, с мнением которого следует считаться. Уж больно мало магов осталось на свете… А таких сильных — и вовсе единицы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— А вы? — сбросив оцепенение, недоверчиво вскинула брови. — Как обставили ваше рождение?

Нет, я, естественно, полностью разделяла стремление короля-отца скрыть неприятный инцидент с его дочерью… Но появление бастарда, пускай и непризнанного, совершенно не вписывалось в общую картину!

— Никак, — хмыкнул Дан. — Первые три года жизни я провёл в приюте. И лишь когда во мне открылись магические способности, дед вернул меня ко двору. Официально я не имею отношения к королевской семье, а вся моя ценность в статусе мага. Правду знают только избранные… Остальные гадают на кофейной гуще.

А вот это звучало уже куда правдоподобнее… И значительно туманнее.

— Простите, — поджав губы, я замялась, пытаясь помягче сформулировать свои колебания. — А вы не предполагали, что всё это… ложь? Что вас намеренно ввели в заблуждение, чтобы вы и не помыслили переметнуться на сторону врага? А на деле никакой связи с императором у вас нет…

Горькие слова тяжело ложились на язык. Однако промолчать было ещё труднее.

Всё-таки за последнюю неделю телохранитель действительно стал мне очень дорог.

— Я думал об этом, — помедлив, неохотно признался наёмник. — Даже подозревал дядю в сговоре с дедом… Но зачем им было вести такую сложную игру? Почему бы просто не заплатить за услуги мага? Меня ведь так и не признали. Не пытались привязать к трону. Предоставили выбор… Да и по времени всё сходится. Как известно, магические способности передаются только напрямую. И проявляются только в случае наличия у второго партнёра определённых генов. Необязательно видимых. А единственный маг, который был гарантированно знаком с принцессой Элизией в искомый период, это император. Его визит в королевство с целью сватовства к старшей дочери короля ни для кого не являлся тайной.

Ответ получился более чем исчерпывающим — и машина снова погрузилась в молчание… Если, конечно, не считать надрывно ревущий двигатель, из которого Дан выжимал всё до последней капли. Я и предположить не могла, что этот, с позволения сказать, автомобиль способен развить такую скорость! Даже деревья за окном уже не мелькали, давно слившись в яркую разноцветную полосу… Однако страха почему-то не было. Возможно потому, что, увлёкшись разговором, я успела привыкнуть к резким поворотам и невообразимой тряске… Или, вернее, просто доверяла наёмнику. Пускай и непривычно угрюмому.

Он верил в победу. А я верила в него. Вместе мы не могли проиграть! Надо было лишь немного потерпеть…

— Вы как? — спустя несколько часов гробового молчания, вдруг поинтересовался наёмник.

— Держусь, — коротко откликнулась я.

Хотя с каждой минутой это становилось всё сложнее. Чем дольше мы ехали, тем сильнее меня охватывал страх. Я слишком хорошо понимала, куда, а, самое, главное, к кому мы направляемся. И чем всё закончится, если Дан окажется слабее императора и проиграет… Нет! Уж лучше смерть, чем безвольная участь жены этого монстра! Но умирать раньше времени тоже как-то не хотелось. Иначе я бы давно выпрыгнула из машины, плевав на опасность покалечиться. И сбежала бы. В лес…

— Можем остановиться, если нужно, — не дождавшись продолжения, предложил телохранитель.

— Нет, спасибо.

— Уверены? Другого шанса размяться, скорее всего, уже не выпадет. Примерно через полчаса мы достигнем заставы — и, если мои расчёты верны, дальнейший путь пройдёт в сопровождении конвоя. Возможно, кто-то даже сядет к нам в машину…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Однако меня это предупреждение не напугало. Чего не скажешь об остальном… Всё-таки полчаса — слишком короткий срок, чтобы надышаться свободой.

— Ну так что? — снова спросил Дан. — Торможу?

— Нет, — отогнав трусливые мысли, я решительно мотнула головой. — Мне ничего не надо. Разве только перекусить… — добавила, внезапно ощутив лютый голод. — Но если для этого придётся останавливаться — то я лучше обойдусь.