Как пройти в библиотеку (СИ) - Смирнова Ирина "cobras"

Уф! Вячеслав, наверное, вернется в свой мир, когда все закончится. И я останусь одна… В носу предательски защекотало, и все старательно сдерживаемое за сегодняшний вечер напряжение выплеснулось тихими всхлипываниями. Едва успела добежать до ванной комнаты, включила воду и расплакалась. Из-за всего… Просто из-за всего сразу, но особенно — из-за Эмиля и Славы, которые вот-вот исчезнут из моей жизни, даже если сама жизнь останется прежней!

— Женьк, ты чего себе навыдумывала? Пля, бабы… Вот чего тебе спокойно не спалось, а?! Ну не хочешь ты меня брать в мужья, делов-то…

Я очень старалась успокоиться, потому что плакать при ком-то, тем более при мужчине, — ужасно неприлично. Вцепилась в Славку, обняла, уткнулась лицом ему в грудь, вдыхала запах его тела — особенный, только его, уже узнаваемый и запомнившийся, родно-о-о-о-ой…

А Вячеслав обнимал меня, целовал в волосы и шептал о том, какая я замечательная, удивительная, красивая… и что мой муж будет самым счастливым человеком… и что он будет в гости приходить из своего мира, чтобы проверить, как этот лопух со мною обращается… и что все будет хорошо!..

— Жень, ну не плачь только, ладно? Все будет хорошо. Как ты захочешь, так и будет, только не плачь!

— Угу, — позорная истерика уже почти прошла.

Но раз уж мы оба оказались в ванной, то я залезла сама и затащила Славу под душ. Теплый, приятный, расслабляющий… Настолько расслабляющий, что я чуть не заснула, стоя под струями воды и по-прежнему вцепившись в Славины плечи, словно он исчезнет из моей жизни прямо сейчас.

— Умница… А теперь держись за меня, в кровать переедем!

Глава 22

Вячеслав:

Утром меня наконец-то покормили, а потом Евгеника объявила, что ей в институт надо. А вот мне туда — не надо, потому что мой двойник там же и учился, так что есть вероятность наткнуться на знакомых, а я в местных реалиях ни черта не смыслю, ляпну что-то невпопад. Опять же, неизвестно, что там обо мне в деканат сообщили. Вон в доме никто не знает, что меня безопасники загребли, только то, что я в другой город переезжаю.

— Слушай, надо будет потом попробовать выяснить что-то про твоего отца. Вернее, у него — про тебя. Все-таки ему же, скорее всего, правду должны были сказать… — Евгеника бегала по комнате и делала сразу кучу дел одновременно. Одевалась, красилась, собирала сумку, прятала ноут…

— Я на него только сирену сигнальную не повесила, — с немного нервной усмешкой выдала она мне, кивнув на вожделенное чудо техники. — Не трогай его! Никуда не выходи, здесь сиди и книжки читай, ясно?! Обещаешь?! — Женька подошла ко мне вплотную, заглянула мне в глаза, даже на цыпочки привстала, держа при этом меня за плечи.

— Обещаю, — вздохнул я, потому что на самом деле все правильно. Вляпаюсь во что-нибудь, пока ее рядом нет, и подставлю нас всех.

Так что, оставшись один, я улегся на кровать и уткнулся в оставленный мне планшет-читалку, на котором, кроме проводника, программ для чтения и рисования и текстового редактора, ничего не было. Ну игры еще…

Часа через три я понял, что все!.. Ни читать, ни рисовать, ни мысли свои бредовые записывать я уже не могу! Хочу что-то делать, а что — не понятно.

Пойти прогуляться, что ли? Тоже так себе идея…

И тут я услышал женские голоса, постепенно делающиеся все громче и громче. Кто-то поднимался по лестнице, две… да, две женщины. Молоденькая и постарше.

— Да, он мне очень нужен. Евгеника вам не говорила, с чего все началось? Это же моя дипломная работа!..

— Может быть, и упоминала между делом. Значит, ты на нем ставишь свои медицинские эксперименты? И как успехи?

— Теоретическая защита прошла успешно, но попросили предъявить результат лично. Конечно, можно было бы перенести на завтра, но эффект будет уже не тот, сами понимаете! Так что, с вашего разрешения…

Тут дверь распахнулась, и в комнату впорхнула Женькина подруга. А за ней вплыла очень похожая на Евгенику дама неопределенного среднего возраста. Хорошо, что я уже успел соскочить с кровати, а то эта дама не производила впечатление женщины, снисходительной к человеческим, особенно к мужским, слабостям.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Девчонка оглядела меня с ног до головы, потом как-то слишком многозначительно облизнула губы и приказным тоном объявила:

— Собирайся, ты мне нужен.

Я, конечно, тут со скуки замаялся совсем, но не до такой степени, чтобы чувство самосохранения потерялось. В этом мирке опасность на каждом шагу и под каждым углом…

— А Евгеника знает, что…

И тут девчонка кривовато так усмехнулась и нажала на браслетик на руке. Вот ведь… Отвертку им всем тут в задницу! Слона-то я и не приметил… расслабился…

И эта мысль про слона была последней более-менее внятной, потому что потом у меня в голове словно взорвалось что-то от резкой, пронзающей до костей боли. Заорал я вроде бы не сразу… не помню… Но в себя я пришел уже на полу, с прокушенной нижней губой и дичайшей головной болью, которую уже можно было терпеть.

Девчонки в комнате уже не было, а вот женщина осталась. Она стояла в дверях и изучала меня с отстраненным и немного брезгливым интересом.

— Азалия очень импульсивная, — произнесла эта дама, едва заметила, что я вроде как более-менее осознанно реагирую. — Однако даже для нее настолько наглая попытка обмануть меня и вывести тебя из дома без разрешения Евгеники необычна. Девочки дружат с раннего детства, и я ни разу не видела, чтобы они ссорились. Так что ты ей очень нужен зачем-то… Причем, что интересно, она не побоялась спалить тебе мозги своим страшным устройством… — тут я разглядел в руках у женщины браслет, похоже аккуратно разрезанный пополам. Точно не расстегнутый и вряд ли порванный.

— У тебя есть мысли, чем такой… обычный внешне молодой человек мог заинтересовать такую красивую девушку? Ведь, пытаясь при мне выжечь тебе мозг, она сильно рисковала. Конечно, я не стану на нее жаловаться… Глупо портить будущее девочке из хорошей семьи из-за отброса вроде тебя.

Пока дама говорила, я потихоньку восстанавливался, в голове закончились бурильные работы, гномики отложили в стороны молоты, в глазах прояснилось, и даже желание встать с пола появилось. Правда, сил пока еще не было…

— Кстати, ты лишил мою дочь невинности? — вопрос был задан настолько буднично, что я сначала угукнул, а уже потом задумался, спохватился, насторожился…

— Вот и отлично. Свое предназначение ты выполнил, так что самое время тебе исчезнуть. Не хочу, чтобы у моей дочери были из-за тебя проблемы с подругой. А на тебя уже есть желающие. Молодой мальчик с красным контрактом — очень востребованный товар. Думаю, Евгеника прячет документы где-то здесь, верно? — и дама вновь вплыла в комнату, обогнула меня, задев подолом своего платья, и распахнула секретер. — Да, очень предсказуемо, — констатировала она через некоторое время, очевидно найдя то, что искала.

Правда, я уже был у двери и, несмотря на слабость и все еще побаливающую голову, умудрился быстро сбежать по лестнице, выскочить на улицу и не сразу упасть на землю от боли, когда в голове снова что-то взорвалось, а медленно двинуться вдоль дома, по стеночке, на ощупь… Стараясь не заорать…

— Быстро в машину, — голос Эмиля прозвучал откуда-то из тумана, но я успел занырнуть в этот туман… и только потом отрубиться.

Евгеника:

Мы уже подъезжали к дому, когда оттуда, пошатываясь и держась за голову, выскочил Слава. Судя по взгляду, нас он не видел, потому что побрел почему-то налево, практически по газону. Ворот там не было, но зато была калитка для садовника, чтобы он мог быстро переходить с участка на участок, то есть от нас — к соседям. Эмиль затормозил, выскочил, добежал до этой калитки, распахнул ее настежь… А я, внимательно следя за Славой, внезапно сообразила, что с ним, и нажала отмену у себя на браслете. Интересно, кто… Да в сущности, никто, кроме нас двоих… Уф! Троих… Ну конечно, Азалия!..

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Тут я услышала, как матерится Эмиль, выскочила и помогла ему затащить Славу в машину.