Шарлатанка в Академии драконов (СИ) - Миш Виктория

Ага! То есть мне предлагается побить Рауля его же методами — нечестной игрой. Вот только, смогу ли я?…

Никогда таким не занималась!

Я не удержалась и благодарно улыбнулась. С каждым словом этот камешек нравится мне все больше и больше! Какое счастье, что у меня есть способность слышать его! Тайный помощник незаменим в подпольной борьбе.

— Шпионаж и шантаж? — погладила я камешек.

Тот довольно заурчал.

— И освобождение меня из кольца, чтобы все было по-честному. Ты будешь свободна и я!

Черные пуговки подмигнули.

— Легко! Ненавижу, когда кого-то держат в клетке насильно. А для тебя заточение здесь — хуже тюрьмы.

— Точно! Рауль еще что! — вздохнул камешек, — Ты еще не знаешь о похождениях его папаши… Вот уж,

правильно говорят: крыло к крылу. Одинаковые упертые строптивцы.

— А у нас обычно говорят так: вишенка от яблоньки недалеко падает, — хмыкнула я, — То есть мне никак нельзя злить Рауля и показывать, что знаю о кольце?

— Лучше не надо. Скручивание магией — это больно! Как будто тебя пронзает миллион острых колючек, — взволновался камешек, — Я делал такое пару раз, но не по своей воле. Не хочу, чтобы тебе было больно…

И розовый камешек так моргнул, что у меня непроизвольно выступили слезы благодарности. Впервые кто-то в этом страшном месте заботится обо мне и переживает!

— Спасибо! — шмыгнула я носом.

— И держись подальше от Марии, секретаря Рауля. Она — непростая штучка. Лучше не общайся с ней, — посоветовал напоследок камешек.

Не удержалась, поцеловал розового шалопая. Тот лишь на мгновение сменил цвет, блеснув пурпурным.

— Хорошо! Теперь в бой?

— Да! И не пугайся так, если я тебе что-нибудь скажу, — напутствовал камешек, когда я выходила из кладовки.

— Хорошо, не буду, — шмыгнула я и аккуратно прикрыла дверь.

Теперь осталось придумать линию сопротивления и отомстить Раулю по полной!

— Не будешь — что? — раздался злой мужской окрик у меня за спиной.

Я медленно обернулась. Позади стоял злющий как сто чертей Вилберн и его черный квадрат. Причем, на лицах студентов то и дело читалось тщательно скрываемое любопытство. Еще бы — новенькая в Академии, и неясно пока — кто она.

Все, включая Вилберна, в черной спортивной одежде — наверное, идут на тренировку. Вот и шли бы дальше, чего цепляться ко мне?!!

— Разговаривать сама с собой вслух! — невозмутимо парировала я, складывая руки на груди, — Есть у меня такая пагубная привычка. Всегда получается некстати…

— Что ты делала в кладовке? — в лоб спросил Вилберн, даже не стесняясь шестнадцати человек, безмолвно стоящих за его спиной.

Тишина воцарилась — адова! Парни внимали нашему разговору, только что, не раскрыв от любопытства рты.

Интересно, это я на них такое впечатление произвожу или сама ситуация?

— Обязательно обсуждать при всех? — попыталась увильнуть я, но не тут то было.

— Рамш! — отрывисто крикнул Вилберн, и из первого ряда по-военному выступил студент, — Веди квадрат на поле. Тренируйтесь, как обычно. Я подойду позже.

Как мне всё это не понравилось! Прямо печенкой почувствовала, что Вилберн не отвяжется просто так. И что я ему скажу, чем объясню свой визит в пресловуюу кладовку? Что решила поболтать сама с собою без свидетелей? Даже я понимаю, что звучит бредово. А уж в глазах главного по безопасности!…

Парень кивнул, квадрат снова соединился и потопал на выход.

Я изо всех сил вцепилась ногтями в локти, чтобы не задрожать. Будем стоять на смерть, нам не привыкать. Важно в такой ситуации одно — врать слажено и уверенно. Тогда никакой Вилберн не подкопается!

Брюнет хищно нахмурился и кивнул в сторону кладовки.

Серьезно, собирается провести допрос без свидетелей? А я выживу или не как пойдет?

Нет. На просматриваемой и нейтральной территории! -

безапелляционно заявила я.

Вот еще, буду я вести с ним разговоры в кладовке! Кроме того, что небезопасно, так еще обязательно кто-нибудь увидит, и слухи пойдут, что зажимаюсь в углу с симпатичным преподавателем. Никто ж не поверит, что он — изверг и хам, и докапывается до меня на пустом месте!

— Тогда пойдем в мой кабинет, — нахально усмехнулся брюнет, — Там для тебя достаточно нейтральная территория?

Ага, как же! Кабинет с закрытыми дверьми и на вражеской территории никак не может быть безопасным местом! Издевается надо мной, что ли? Или просто хочет выбить почву из- под ног, чтобы я созналась во всех грехах?

— Нет, лучше пойдем на свежий воздух! — категорично заявила я.

— Тебе не угодишь! — вспылил почему-то Вилберн и резко развернулся, — Пошли.

Мы вышли из Академии так быстро, что я не успела продумать пути отступления. Этот невозможный дракон подавлял мою волю и разум, а его чеканный шаг не оставлял времени на раздумья. Я семенила за ним, едва поспевая.

На красивой зеленой лужайке перед Академией о чем-то переговаривались два садовника в серых рабочих костюмах, невдалеке маячила фигура женщины в длинном платье и с солнечным зонтиком.

С радостью отметила, что люди — свидетели, вернее, драконы в людском обличье все-таки на улице были. И я надеялась, что Вилберн тоже заметил этот факт.

А еще то, что на улице поднялся сильный ветер, рьяно сгибающий верхушки деревьев. Но рассерженного неизвестно почему преподавателя абсолютно не пугала надвигающаяся непогода: не сбавляя шага, он упрямо вел меня вправо. Мы прошли мимо клумб и открытого проглядывающегося пространства, и остановились у лавочки за большим можжевеловым кустом.

— Садись! — отрывисто приказал дракон, и меня взяла досада.

— Не буду! — уперла руки в боки я.

— Надо поговорить!

— Можно это сделать и стоя!

Сдаваться в мелочах — значит, проиграть сражение. А я не собиралась поддаваться этому типу и пугаться снова. Пусть только попробует влезть в мою голову — таких гадостей про него надумаю, что покраснеет!

— Почему ты такая упрямая?!! — в сердцах выпалил Вилберн и плюхнулся на деревянную лавку, — Никак не могу понять, что ты есть.

Я опешила. Прозвучавшая формулировка добила окончательно и бесповоротно. Я что ему — неодушевленный предмет? Совсем тут с ума все посходили из-за своей драконьей сущности?

— Кто я есть — так нужно говорить. Я — одушевленное существо, к вашему сведению. И пусть я — всего лишь человек, но у меня тоже есть чувство собственного достоинства и гордость! А ваш приказной тон и беспардонность — грубы и неуместны!

Мне думалось, что после такой тирады нормальная личность устыдится и скажет что-то примирительное, но не сделала поправку на драконов. Чем больше узнаю эту расу, тем меньше она мне нравится — потому что Вилберн сначала серьезно смотрел на меня, как будто вместо моей фигуры, ему демонстрировали фильм, а потом откинул голову назад и рассмеялся.

Причем так свободно и искренне, что я снова опешила.

— Драконам совесть не выдавали?

После моего вопроса Вилберн рассмеялся еще пуще — до слез. Причины такого безудержного веселья я не понимала.

А еще начал накрапывать дождик.

— Ну отчего же!… - отсмеявшись и вытирая слезы из глаз, ответил он, — Выдавали когда-то, но я променял ее на звание. Теперь у меня нет деликатности, так необходимой тебе, и лишних треволнений нет. И я плохо понимаю, как ее должен проявлять по отношению к тебе.

— Почему вы притащили меня сюда?

— Может, перейдем на «ты» — раз я второй раз застаю тебя на месте преступления? — с намеком улыбнулся Вилберн.

На душе заскребли кошки. Я подавила очередную волну дрожи и хмуро спросила:

— Какое еще преступление?!

— Как сообщила мне охранная система, из кладовки, в которой была ты, в неизвестном направлении переместился субъект, укравший документы со стола ректора, — уже серьезней произнес Вилберн, — Понимаю, что вряд ли ты обучилась так быстро пользоваться магией и телепортироваться, но я должен задать тебе несколько вопросов…

Смахнув попавшую в глаз крупную каплю дождя, я перебила дракона: