Два жениха и один под кроватью (СИ) - Ли Марина

— … то есть даже после того, как я предъявил вам значок МК, вы настаиваете на моей причастности к делу? — громыхнул в моих ушах голос Даккея. — Вы совсем страх потеряли?

— Был сигнал… — упрямо пробормотал человек, который, судя по звукам, стоял на улице. На той самой улице, где вновь с неба посыпалась и вода, густая, как снег, и голодно завыл злой октябрьский ветер.

— От кого, позвольте спросить? — противным голосом уточнил Даккей. — От моего бывшего сослуживца, которого уволили с Предела за то, что шуровал по тумбочкам товарищей, или от проворовавшегося трактирщика?

— Почему я должен…

— Потому что я показал тебе значок, назвал своё имя и должность, но при этом ты всё ещё подозреваешь меня в том, что я решил ограбить трактир, в котором обедаю раза три в неделю, если не чаще.

— А…

— А ты вместо того, чтобы всё проверить, врываешься в мой дом. Требуешь предъявить женщину, которую я от тебя прячу… Я? Мою женщину? И при этом прикрываешься именем императора… Предки, да меня так в жизни никто не оскорблял… Кого я должен вызвать на дуэль? Тебя или того, чьим именем ты тут махал?

— Н-не…

— Ещё и блеешь, как баран… Нет, как ягнёнок. К тому же пришёл без подкрепления. К бывшему боевику.

— Я…

— Струя! — рыкнул Даккей. — Во имя магии! Неужели всё настолько плохо в Аспоне, что в жандармерию нынче берут ослов?.. Да, я ужинал сегодня «У кричащего бобра». Да, со мною была девушка. Нет, мы не обчистили трактирщика. На все остальные вопросы я смогу ответить вам завтра и во все дни ближайшего года в БИА. Я там учусь по приказу императора. Ещё вопросы?

— Никак нет! — икнул тот бедолага, что мок под дождём, и жалобно шмыгнул носом. А я толкнула дверь и, выйдя из чулана, устроилась в облюбованном мною кресле. Кружку с чаем брать в руки не стала, холодный чай — это гадость редкая.

А потом вернулся Даккей. Глянул на меня, нагло усмехнулся и спросил:

— Просто отругаешь меня или швырнёшь в мою голову какой-нибудь вещью?

— Девушки рода Алларэй шпагой владеют лучше, чем кочергой, — отбрила я. — Хотя прибить тебя кочергой было бы демонски приятно. Зачем нужен был этот балаган, если мы с самого начала могли вернуться в БИА без проблем?

— Я…

— Струя, — вскинув бровь, напомнила я боевику его собственный ответ. — Во имя магии! Ты и в самом деле думаешь, что в БИА работают идиоты? Меня давно… Нет, меня никогда так не унижали. Гнусный человечишка! Немедленно верни меня домой! Я и секунды больше не проведу в твоём доме!

— Бренди…

— А ещё нажалуюсь ректору, брату и папе.

— Проклятая бездна, послушай…

— Я хочу домой! — выкрикнула я, а Даккей громко скрипнул зубами и, круто развернувшись, выбежал из гостиной.

Минут пятнадцать спустя мне подали повозку. В БИА я вернулась одна.

*Дворовой — администратор Дома для бедных, государственного учреждения под патронажем Императора. Малоимущие подданные получали здесь в обмен на службу (в общественных прачечных, дворницких и проч.) недорогое жильё.

Глава 9

В КОТОРОЙ ГЕРОИНЯ ПОЛУЧАЕТ ПОДАРКИ РАЗНОЙ СТЕПЕНИ ЦЕННОСТИ

Утро вторника было тяжёлым. Начнём с того, что я не выспалась. Вернулась в академию в три утра и вместо того, чтобы забраться в постель, сначала откармливала успокоительной телятиной Рогля, который в доказательство своей преданности тыкал мне в нос кисточкой на хвосте и клялся, что из-за меня обзавёлся седой волосинкой, потом заканчивала уборку, начатую до визита мерзавца Даккея.

Потом лежала под одеялом, смотрела в потолок и всё ещё продолжала злиться. Провёл меня, как дурочку. И ради чего? Чтобы посмеяться? Он и в самом деле не понимает, как много значит для наставника его репутация? Это ведь не шутки, не детские шалости вроде Кровавого Илайи и прочих розыгрышей. Это ночь в доме мужчины!

И ладно бы не было другого выхода! Но он же был! Достаточно было сказать одно слово — и ни один жандарм не стал бы задерживать сотрудника МК на задании.

Проклятые демоны бездны! А ведь этот вечер можно было назвать почти идеальным. Честное слово, я давно так не веселилась, как во время потасовки в таверне под дивным названием «У кричащего бобра». И драка, и побег сквозь ночь, и поздний ужин в мокром сквере — всё было так необычно и… весело.

Пока Даккей всё не испортил.

В ярости я ударила кулаком по матрасу и, перевернувшись, спрятала голову под подушку.

И вот как мне теперь быть? Обижаться глупо, злиться непродуктивно. Прятаться от Даккея из-за его дурацкой выходки непрофессионально — нам ведь нужно злодея искать.

— Рогль?

Я выглянула из-под подушки и, дёрнув себя за косу, села в ворохе простыней и подушек.

— Что?

Он появился в пяти сантиметрах от моего колена. Лохматый, взъерошенный. Если бы я не знала, сколько он сожрал, сказала бы, что голодный.

— Решила прислушаться к нашему мнению и сбежать отсюда, пока нас не прикончили?

Феерическое появление Даккея на пороге моей комнаты Рогль воспринял как покушение на свою бесценную жизнь.

— У нас тут, конечно амбар стоял, и закрома полны зерном и этим… как его… Паковать сундуки? Надо пожрать чего-нибудь в дороге раздобыть, а то…

— Рогль!

— Что?

— Ты же ведь тоже демон. Расскажи, как вы приходите в этот мир?

Рогль застыл. Только кончик хвоста, якобы поседевшего от беспокойства, нервно подрагивал, да тонкие ушки тревожно шевелились.

— Мы пришли сюда очень давно, — опасливо оглядываясь, шепнул он — Сами. Нас никто не вызывал. Когда бездна ещё не была бездной, а вот та-а-акой маленькой трещиной.

В последних словах мне послышались пугающе знакомые интонации, и я нахмурилась.

— Ни с кем не воюем, никого не убиваем, — тем временем продолжал Рогль. — Получили разрешение на жизнь тут, а не за линией Предела. Нас нельзя вызвать. У нас есть мы. Вызвать можно только других демонов, у которых нас нет.

— Ничего не поняла. Есть мы, нет нас… А вот если кто-то пытается демона вызвать…

— Кто? — чёрные глазки заблестели от любопытства. — Ты нам скажи, мы разберёмся. Таким демонам в этот мир нельзя. Они его разрушат, и нам снова придётся убегать. А мы не хотим. У нас тут амбары стоят и закрома…

— О, предки! — взвыла я и рухнула на подушку, спрятав голову под одеяло. Опять амбары, закрома, кладовые, полные колбасы, будь она неладна!

— Колбасы? — пискнул Рогль? — Какой колбасы? Сухой? Копчёной? А где они, эти кладовые?..

— Уйди, по добру прошу.

— А как же сундуки? Паковать не будем? С убийцами шутки плохи. Не получилось с одного раза достать, он обязательно вернётся.

— Ещё одно слово, и я сама тебя прикончу!

— Может тогда хоть накормишь перед смертью?

— Ррр…

Я вскочила на ноги, воинственно размахивая подушкой, но паршивец испарился, словно его и не было.

Не знаю, во сколько я в итоге уснула, но спала тревожно и преступно мало, а проснулась разбитой, уставшей и злой.

— Проверочную устраивать будешь, Хозяйка? — деловито поинтересовался Рогль, наблюдая за мной с безопасного расстояния. — Пряник дашь?

— Если разозлят — буду, — ответила я. — И не смей даже смотреть в сторону моих пряников! Я тебе ещё грибы не забыла.

Он проворчал что-то обиженное, а я вышла из комнаты, уверенная, что не обойтись студентом сегодня без контрольной работы, но в коридоре меня ждал такой подарок, что настроение сразу же подпрыгнуло до небес.

— Бред! — взвизгнула я, увидев этот замечательный подарок, привалившегося плечом к стене и о чём-то вещавшего одной из студенток, в которой я с удивлением опознала Агаву Пханти. — Ты что тут делаешь?

— В гости приехал, — радостно улыбнулся он. Легонько щёлкнул мою первокурсницу по носу и шагнул ко мне навстречу, раскрывая объятия. — Можно?

Я покосилась на две коробки, которые он держал в левой руке, но в объятия все равно впорхнула, со счастливым писком повиснув на самой любимой в мире загорелой шее.