Карен Монинг - Кровавая лихорадка

Я вспомнила ту ночь. Я буду помнить ее вечно.

Моя жизнь раскручивалась все быстрее и быстрее, набирая обороты, мне было страшно, я ужасно боялась Рокки О’Банниона, и прекрасно понимала, если мы ничего не предпримем — он сделает со мной что-то плохое, и без всякого сомнения, невообразимо болезненное. Обманывать себя не имело смысла — выносить пытки, не мой конек. Бэрронс был прав. В ту ночь, я бы ответила ему:

— «Сделай что угодно, только спаси меня».

Но мне не обязательно должно это нравиться. И совсем не нужно мне этим тыкать в нос. Я развернулась и направилась в свою комнату.

— Мисс Лэйн, я хочу, чтобы завтра с утра вы отправились в Департамент по изучению древних языков, в Тринити колледж.

Я вздрогнула так, словно Бэрронс дернул за поводок, и нахмурилась подняв голову вверх. Неужели нечто свыше играет со мной? Неужели вся Вселенная только тем и занята, что забавляется с Мак, превращая ее жизнь в полный бардак? Департамент Древних Языков в Тринити — это было единственное место во всем Дублине, куда я поклялась никогда не ходить.

— Ты шутишь, да?

— Нет, а что такое?

— Забудь, — пробормотала я. — Что мне там нужно сделать?

— Найдите женщину по имени Элли Мастерс. У нее будет конверт для вас.

— Почему ты сам не пойдешь к ней? — чем он вообще целый день занимается?

— Завтра я буду занят.

— Значит, забери его сегодня.

— У нее он появится только утром.

— Значит, пусть пошлет его курьером.

— Мисс Лэйн, кто тут начальник?

— А кто детектор ОС?

— Есть какая-то причина, по которой вы не желаете идти в университет?

— Нет. — разговаривать о парнях с мечтательным взором и свиданиях которых у меня никогда не будет, сегодня у меня не было настроения.

— Тогда в чем проблема, мисс Лэйн?

— Я разве не должна бояться, что Гроссмейстер сцапает меня пока я буду прогуливаться?

— Почему сегодня вечером, пока Дерек О’Баннион засовывал вам язык в горло, вы ничего не боялись?

Я напряглась.

— Он направлялся в Темную Зону, Бэрронс.

— И? Одной проблемой стало бы меньше.

Я покачала головой.

— Я не ты, Бэрронс. Я не мертва внутри.

Его улыбка была холодна как лед.

— И что же вы сделали? Побежали за ним и предложили себя на блюдечке с голубой каемочкой, лишь бы увести его от Темной Зоны подальше?

Типа того. И затем мне пришлось провести следующие три с половиной часа в клубе, танцуя и флиртуя с ним, стараясь чтоб он не слишком лапал меня, пока инспектор Джейни наблюдал с крайнего столика. Пыталась использовать как можно больше его времени, чтобы он забыл свои поиски в Темной Зоне сегодня ночью. В конечном итоге, попыталась красиво уйти и мне это не удалось.

Как и его брат, Дерек О’Баннион привык получать то, что хочет, и если не получал, то прижимал к стенке. В моей слепой решимости избежать еще одной смерти на своей совести, я совсем забыла, что Дерек родственник человека, который жестоко убил двадцать семь человек за одну ночь, лишь бы получить то, что ему нужно.

К 11–30 я решила, что с меня довольно. С каждым выпитым стаканом, он все больше распускал руки и демонстрировал худшие стороны своего характера. У меня не было возможности выпутаться красиво, и в порыве отчаяния я отпросилась в туалет, откуда попыталась слинять через заднюю дверь. Я решила, что позвоню ему завтра, расскажу как мне стало плохо, и если он снова пригласит меня, что-нибудь придумаю или совру, буду тянуть и откладывать. Я совсем не хотела, раздразнить еще одного О’Банниона в этом городе. С меня хватило и первого.

Он перехватил меня на выходе из туалета, прижал к стене, и грубо поцеловал. Зажатая между стеной и его телом, я даже дышать не могла и у меня закружилась голова от недостатка кислорода. Над моим ртом словно совершили насилие, губы казались сплошным синяком. Я видела желание в его глазах и знала, что сейчас он возбужден женской беззащитностью. Я вспомнила ресторан его брата, тех ухоженных и тщательно контролируемых женщины, вспомнила, что официантам запрещено обслуживать женщин, пока мужчина сам не закажет им. О’Баннионы совсем не милые очаровашки.

Когда мне удалось вырваться на свободу, я закатила сцену, громко обвинила его в приставаниях. Я кричала, что уже много раз объяснила ему, что он мне не интересен. Если бы это был кто-то другой, то вышибалы выкинули бы его из клуба, но в Дублине, никто не станет выкидывать О‘Банниона. Вместо этого из клуба выставили меня. Инспектор — прилипала, наблюдал за этим действом, прищурив глаза и сложив руки на груди, он не пошевелил и пальцем, чтобы помочь мне.

Сегодня вечером, я обрела нового врага в этом городе, будто мне и так было их мало.

И все же, я добилась своего, а это было трудное задание.

Когда я выглянула из окна и увидела как Дерек О’Баннион направляется прямо на смертельное рандеву с Тенями, я хотела лишь перевернуть вывеску, закрыть дверь и свернуться на диване с хорошей книгой, притвориться что снаружи ничего нет, и ничего ужасного не произойдет. Но как оказалось, внутри меня находятся какие-то весы, раньше их там не было, или я просто не замечала. Я не могла избавиться от ощущения, что если перестану их уравновешивать, я потеряю нечто важное навсегда.

Так что, я заставила себя выйти из магазина и направилась в быстро сгущающиеся сумерки. Взглянув на инспектора я демонстративно закатила глаза, и сжала зубы от гнетущего чувства опасности что накрывало меня каждый раз когда я видела это ужасное черное приведение, которое наблюдало и ждало. Я повыше подняла подбородок и прошла мимо него, словно его и не существует — и насколько я могу судить, именно так оно и было, потому что Джейни не обращал на него никакого внимания и О’Баннион точно не смотрел на него на обратном пути. Ну вот, теперь приступим, я опустила кофточку пониже, открывая привлекательные округлости груди, лишь бы заставить его повернуть назад. Для одного О’Банниона я сделала то, что не получилось сделать для второго, и весы внутри меня чуть-чуть покачнулись.

Я надеялась, что он начнет поиски завтра, при свете солнца, и не остановится здесь. Но если, несмотря на мои попытки, он отправится в покинутый квартал ночью, ну что ж, я умываю руки, и если быть совсем искренней, я не очень верила, в необходимости и важности существования еще одного О’Банниона среди живых. Папа говорит, в аду есть специальное местечко для насильников. Есть Невидимые чудовища, и есть чудовища среди людей.

— Он хорошо целовался, мисс Лэйн? — поинтересовался Бэрронс, всматриваясь мне в лицо.

Вспомнив, я вытерла рот тыльной стороной ладони.