Кендари Блэйк - Девушка из кошмаров

- Вероятно, без крови не обойдется, - заявляет Томас опечаленным тоном, что не совпадает с его волнением в глазах. – Без нее почти никогда ничего не обходится.

- Да? Ну, если ее будет больше чем пинта, дай мне знать, остальное я сдам в банк, - отвечаю я, а он при этом широко улыбается. Мы стоим у его шкафчика, обсуждая ритуал, в котором он еще не достиг успеха, но, справедливости ради, прошло только полтора дня. Кровь, на которую он ссылается, это своего рода канал, соединяющий загробную жизнь, или же плата. Я не уверен, какой именно из вариантов правильный. Он рассказывал о ее двустороннем действии, словно она мост или дорожная пошлина. Возможно, и то, и другое имеет место быть, а с другой ее стороны, попросту говоря, будет платная дорога. Пока мы разговариваем, он ведет себя немного нервно, думаю, все потому, что он ощущает мое стремление. Небось, он считает, что я не высыпаюсь. Скорее всего, я выгляжу полным дерьмом.

Томас выпрямляется, когда подходит Кармел, как всегда смотрясь в десять раз лучше, чем мы. Ее светлые волосы закреплены заколкой, живо подпрыгивая при движении. От сверкания ее серебряных браслетов моим глазам больно.

- Хей, Томас, - обращается она. - Хей, Кас-зомби.

- Привет, - отвечаю я, - Так ты слышала, что случилось.

- Да. Томас рассказал. Довольно жуткая фигня.

Я пожимаю плечами.

– Все было не так уж плохо. Рикка действительно выглядела впечатляюще. Тебе следовало пойти с нами.

- Что ж. Возможно, я бы и пошла с вами, если бы меня не выгнали из клуба, - она опускает глаза, и Томас внезапно занимает оборонительную позицию, извиняясь за Морфана и настаивая, что он повел себя дерзко, на что Кармел кивает, не отрывая глаз от пола.

Я замечаю кое-что неладное, когда смотрю на опущенные ресницы Кармел. Не думаю, что она видит, как я за ней наблюдаю, или, возможно, она считает, что я очень устал, чтобы что-то заметить, но даже в таком изнурительном состоянии я понимаю, в чем тут дело, и от этой догадки у меня перехватывает дыхание. Кармел была счастлива, что ее отстранили от нашего клуба. Должно быть, для нее перебор иногда оказываться в промежуточном положении между вырезанной руной или быть пришпиленной к стене вилами. Я вижу это в ее глазах; то, как они с сожалением задерживаются на лице Томаса, когда он не смотрит в ее сторону, и то, как они мигают и загораются неподдельным интересом, когда он рассказывает о ритуале. Все это время Томас продолжает улыбаться, не обращая внимания на то, что она фактически уже ушла. У меня возникает такое чувство, словно последние десять минут я просматривал свой первый фильм.

Почти с восьмого класса я больше никогда не задерживался в одной и той же школе целый год, и, должен сказать, от этого на душе становится неприятно. Сегодня понедельник, последняя неделя учебного года, и если мне придется еще хотя бы раз поставить свою подпись в чьем-то ежегодном альбоме выпускников, то я сделаю это только с помощью его крови. Ученики, с которыми я никогда не разговаривал, подходят ко мне с ручками и улыбаются, надеясь на какое-то личное пожелание, чем простое «желаю круто провести лето», когда такие надежды и так тщетны. И я не могу не подозревать, что они действительно желают, чтобы я написал что-нибудь загадочное и сумасшедшее, кое-какие новые подсказки, чтобы потом пустить новый слух. Это заманчивое предложение, но я пока еще медлю с этим.

Когда к моему плечу легонько прикасаются, я поворачиваюсь и вижу перед собой Кейт Хичт, тут же вспоминается мое неудачное свидание две недели назад, поэтому я почти что возвращаюсь назад к своему шкафчику.

- Привет, Кас, - улыбается она. – Подпишешь мой альбом?

- Конечно, - отвечаю я, притягивая его к себе, и пытаюсь зашифровать что-то личное, но ничего кроме фразы «желаю круто провести лето» не приходит на ум. Я ручкой вывожу ее имя и ставлю запятую. А что дальше? «Извини за отказ, так как ты напомнила мне девушку, которую я убил»? Или, может, «Ничего не изменить. Девушка, которую я люблю, может выпотрошить тебя».

- Итак, чем же ты планируешь заняться этим летом?

- О, еще не знаю. Возможно, немного попутешествую.

- Но ты ведь вернешься сюда осенью? – ее брови вежливо подняты, и это всего лишь непринужденный разговор.

Кармел говорит, что через два дня после той встречи в кафетерии Кейт начала встречаться с Квентином Дэвисом. Я вздохнул с облегчением, когда услышал эту новость, и сейчас у меня так спокойно на душе, потому что она совсем не выглядит расстроенной.

- Это очень хороший вопрос, - отвечаю я перед тем, как небрежно написать в уголке страницы «Желаю великолепно провести лето».

Глава 10

Выглядывая в приспущенное окно машины Кармел, кроме звезд и тусклого света города позади нас, я ничего не увидел. Томас ждал, когда наступит новолуние. Он убедил нас, что это самое подходящее время для вызова. Он также настоял на том, чтобы мы оказались как можно ближе к месту, где Анна покинула наш мир, поэтому мы направились к обломкам ее старинного дома в викторианском стиле. Логично. В этом есть смысл. Из-за этой мысли во рту все пересыхает, и, когда Томас собирается нам все объяснить, как только мы там окажемся, я едва ли могу усидеть на месте и не обращать внимания на разговоры о возвращении назад в магазин.

- Ты уверен, что справишься с этим, Кас? – интересуется Кармел, вглядываясь в мое лицо через зеркало заднего вида.

- Я должен, - отвечаю, тогда она кивает.

Я удивился, когда Кармел решила провести ритуал вместе с нами. С последней нашей встречи в коридоре, когда я стал свидетелем ее отрешенности, умело скрывающейся в глазах, я больше не мог смотреть на нее как обычно. Но, возможно, я ошибся, и это была всего лишь галлюцинация. Три часа сна, пронизанные мечтами о девушке, убивающей себя, и не на такое способны.

- Эта попытка может совсем не сработать, ты понимаешь это? – спрашивает Томас.

- Эй, все в порядке. Ты попытайся, хорошо? Это все, что в наших силах, - мои слова и голос звучат вразумительно. Адекватно. Все потому, что мне не о чем волноваться. Все получится. Томас натянут как струна, и даже без камертона [25] можно почувствовать силы, волнами исходящие от него. Как и сказала тетушка Рикка, Томас больше чем обычный ведьмак.

- Ребята, - говорит он, - когда покончим с этим, перекусим гамбургерами или чем-то еще?

- В такой момент ты думаешь о еде? – спрашивает Кармел.

- Эй, вам же не приходилось последние три дня поститься, варить на пару травяную руту душистую и ничего не пить, кроме очищенных настоек цветков хризантемы крупного помола, - Кармел и я широко улыбаемся друг другу через зеркало. – Не так-то просто превратится в цистерну. Я, бляха муха, умираю от голода.