Воинственные фейри - Каролайн Пекхам

нащупал в левом кармане кристалл белой яшмы. Я крепко сжал его в руке, чувствуя, как он жарко пылает в моей ладони, и немного успокоился.

Король смотрел, как я обхожу его, и я слегка склонил голову в знак уважения, направляясь к тому же потайному ходу, что и Найтшейд.

На несколько блаженных секунд я подумал, что это все. Мне все сошло с рук, я проскочил мимо его внимания и мог попытаться найти способ сбежать сегодня, пока не стало слишком поздно. Но тут сильная рука обхватила мой бицепс, и я остановился.

— Посмотри на меня, Гарет, — сказал Король медово-сладким тоном женщины.

Я сглотнул, и мне понадобилось полсекунды, чтобы взять себя в руки, когда я повернулся, чтобы встретить его взгляд, мое горло сжалось.

— Могу я помочь вам еще с чем-то, Мастер Карт? — старательно спросил я, кристалл в моей руке запылал еще жарче, и я сжал его еще крепче.

— Ты должен собираться с остальными, а не вступать в какие-либо отношения с другими учениками в это жизненно важное время.

— Простите, — быстро сказал я, опуская глаза и осматривая пол между нами, пока мой пульс бешено колотился, а я пытался придумать, что сказать. — Я… на самом деле попал в засаду Габриэля Нокса.

— Нокса? — с любопытством спросил Король.

— Да… он полный засранец и ненавидит меня. И я думаю, он просто увидел, что я иду один, и набросился на меня. Выбил из меня все дерьмо, если быть до конца честным. Мне понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя после этого. А потом мне нужно было исцелиться и все такое. Мне очень жаль, правда. Я обещаю, что буду работать еще усерднее, чтобы загладить свою вину перед вами, — я заставил себя поднять взгляд на него, чтобы он увидел правду в моих словах, и надеялся, что он примет, что это все, что нужно знать.

Король вздохнул, осматривая меня глазами молодого парня, который мог бы быть моим ровесником. Он кивнул, отпуская мою руку. — С драками фейри на фейри ничего не поделаешь, но я надеюсь создать мантру уважения и достоинства среди моего нового мира, где такие злобные, случайные нападения больше не будут беспокоить невинных. Одно дело — драться с тем, кто этого заслуживает, и совсем другое — охотиться на тех, кто слабее тебя, просто ради спортивного интереса.

Последнее слово прозвучало с усмешкой, и я рассеянно кивнул. Очевидно, я не собирался говорить о том, что у Габриэля была вполне уважительная причина напасть на меня.

— Тогда иди. Луна всходит, и у нас нет времени медлить.

— Да, Мастер Карт, — я снова склонил голову и пошел прочь, испытывая облегчение от того, что мне наконец-то удалось сбежать.

Я сделал четыре длинных шага по коридору, борясь с желанием бежать, пытаясь понять, как именно мне удастся все это провернуть.

— О, Гарет? — позвал Король, его голос снова изменился.

Я застыл на месте, переводя дыхание, прежде чем снова посмотреть на него. — Да?

— Я должен спросить тебя, так как сегодня вечером я все равно буду допрашивать всех членов Колоды. Но мне нужно знать, есть ли у тебя какие-либо сведения о книге, которая была украдена у меня?

— Книга? — пискнул я, тон моего голоса повысился вместе с пульсом, и я быстро прочистил горло, продолжая. — Что за книга?

— «Magicae Mortuorum». Она наполнена заклинаниями и магией, слишком мощной для понимания большинством фейри. Она нужна мне для работы, но в чужих руках она может быть очень опасна. Разумеется, мне пришлось наказать человека, который отвечал за ее сохранность. Но, к сожалению, перед смертью он не смог пролить свет на ее местонахождение, и у меня есть все основания подозревать, что не он был ответственен за кражу. Из этого следует, что единственным логическим выводом является то, что среди нас есть предатель. Поэтому я должен спросить тебя, как и всех остальных. Это ты украл у меня?

Я покачал головой слишком быстро, а может быть, недостаточно быстро. Мое сердце колотилось так сильно, что пульс бился в барабанных перепонках, и мне потребовалось мгновение, чтобы подобрать нужные слова.

— Нет, — вздохнул я. — Я бы никогда не сделал ничего, что могло бы навредить Колоде. Я знаю, насколько важна ваша работа для будущего Алестрии.

— Как досадно, — вздохнул Король, его голос перешел в темное и угрожающее рычание. — Я действительно считаю, что ты лжешь мне.

Я замер на месте, мои конечности затекли, а в голове крутились тысячи лживых мыслей, но когда я пытался заставить себя произнести хоть одну из них, более громкий и отчаянный голос кричал мне в затылок, что уже слишком поздно. Он знал. Он, блядь, знал. Он настолько могуществен, что я уверен, что у него есть всевозможные заклинания обнаружения, окружающие нас, чтобы выискивать ложь и фальшь. И даже если это не так, я чувствовал, как последние оставшиеся узы, связывающие мою душу с его, пульсируют энергией, проникая глубоко под кожу и выискивая мой обман. Он знал. И у меня не было времени.

Черт возьми.

Я поднял руку и со всей силы метнул в Короля взрыв воздушной магии, который отбросил его назад по коридору, застав врасплох, что было одним из самых смелых или самых глупых поступков в моей жизни.

Затем я побежал, бежал, мчался так далеко и так быстро, как только мог. Белая яшма жарко горела в моей левой руке, казалось, что она излучает энергию, из которой я черпал силы, проносясь по коридору и распахивая дверь. Я выскочил во двор Акрукса, из моего горла вырывался испуганный вой, когда я бежал, спасая свою гребаную жизнь.

Мне нужно было сместиться, а затем улететь далеко-далеко отсюда. Как только я попаду в облака, я поверну носом на север и буду лететь до тех пор, пока даже восходящее солнце не сможет меня догнать. Остальное я придумаю потом. Я не мог рисковать, пытаясь добраться до машины и наличных, которые я спрятал в центре города, с моими фальшивыми документами внутри. Я не мог рискнуть вернуться домой, чтобы забрать Эллу или маму, как бы сильно мне ни хотелось это сделать. Я оставил Элле подсказки, чтобы она нашла их, и в конце концов она догонит меня, я должен был верить в нее. А сейчас мне нужно было просто бежать прочь и надеяться, что Король меня не поймает.

Мое тело задрожало, когда сдвиг начал действовать, но прежде чем я успел выпустить хоть одно перышко, не говоря уже о крыльях, я врезался в стену