Александр Арбеков - О, Путник!

Да, проскочила между нами на определённом этапе наших взаимоотношений какая-то позитивная и тёплая искра, но тут же фактически и погасла. Конечно, выпить вдвоём Звизгуна на фоне кровавого месива из поверженных пиратов, — это многого стоит. Стоит-то, стоит, но время и обстоятельства подчас так безжалостно нивелируют или сводят на нет такую массу хороших отношений! О-го-го! Всё проходит, как говорил кто-то и когда-то. Прошло и это… Ладно, спокойно, спокойно! Спокойствие, БЕССМЕРТНЫЙ, спокойствие! Главное спокойствие. Сдерживай своих демонов, а не то сам станешь одним из них!

Я обратил свой царственный взор на поникшего МАГИСТРА.

— Сударь, а вы знаете… Если вы вот сейчас, в этой каюте примете решение служить мне и дадите Клятву Верности, то я обещаю сохранить вам жизнь, а кроме того, дарую вам титул Графа, ну и пару-тройку поместий. Их, свободных, я думаю, будет много после этой войны. Как вам моё предложение?

Плечи МАГИСТРА вдруг затряслись в беззвучном, истерическом смехе. Он по-прежнему сидел в своём углу, — бледный, помятый, с седыми волосами, хаотически спутанными и перепутанными, схваченными засохшей слюной ЗВЕРЯ, как лаком. Морщинистый, худой, измождённый, без зубов… Мне вдруг стало остро жалко его. Захотелось даже обнять моего вечного друга и врага, и приголубить его.

— Сир! — устало и раздражённо произнёс МАГИСТР. — Ну, какой Вы Император, какая Империя, какой из меня граф?! Вы хоть понимаете, что за мир существует за пределами Вашего уютного, тесного и смешного мирка, напоминающего убогий театр марионеток? Оглянитесь вокруг! Вспомните всё до конца! Планета Земля, заселённая миллиардами людей! Колонии на Луна и на Марсе! Вселенная без края! Необъятное пространство, триллионы звёзд и планет! Космические корабли, импульсные пушки, лазеры, мазеры, энергетические щиты, управляемая термоядерная реакция, неисчерпаемые источники энергии, телепортация, нанотехнологии и так далее и тому подобное! Мы стоим на пороге создания антигравитационного двигателя! А Вы здесь копошитесь на этих двух своих убогих островах, мните себя Императором! Императором чего!? Атолла Хуси-Пуси, Сиси-Писи, Муси-Соси?! Сир, очнитесь же, наконец! Вернитесь в реальность!

— Как же я в неё вернусь, в эту самую загадочную реальность, если не знаю туда пути? Как можно вернуться туда, где, по сути, как бы никогда и не был? — устало произнёс я. — А вообще, я с вами не совсем согласен.

— Простите, Сир…

— Во-первых, я имею твёрдую уверенность в том, что Вселенная имеет начало и конец! Во-вторых, я абсолютно уверен в том, что являюсь самым великим Императором в истории Человечества и Космоса! Кроме этого, вижу я в вашей позиции некоторую и некую слабину, вернее, очень и очень существенную и, обнадёживающую меня, слабину.

— В чём же она заключается, — эта пресловутая слабина? Э, э, э… Сир? — криво усмехнулся мой оппонент.

— Вы являетесь представителем высокоразвитой цивилизации, которая обладает определёнными, весьма нехилыми возможностями. У неё имеются атомные и термоядерные бомбы, ракеты, лазеры и мазеры, энергетические щиты, космолёты с ионными и хреновыми двигателями, сверхбыстрые компьютеры и другие технические достижения. А чего стоят Ускоренные бойцы? А ваши и их способности к телепортации?! А мудрый и вездесущий Координатор?! А миллиарды людей за его спиной!? Но почему при всём при этом вы ничего не можете до сих пор со мною поделать!? А!? Вот в чём вопрос!!!

В каюте повисла очередная порция сосредоточенной тишины. МАГИСТР внимательно изучал меня из-под насупленных густых бровей, которые смешно торчали дыбом из-за засохшей собачьей слюны. Кровь из его рта прекратила своё скорбное течение, остались только её струйчатые следы на подбородке.

— Больно? — участливо спросил я.

— Очень, — ответил МАГИСТР. — Когда теряешь своё родное, живое, натуральное, всегда жалко.

— Сир… — лениво произнёс я.

— Что?

— Вы забыли волшебное слово, Граф.

— Извините, Сир… Я не граф.

— Считайте, что этот титул уже ваш. А что касается зубов… Ничего, ничего! Почти весь мир ходит с искусственными зубами, и все довольны и счастливы. Походите и вы, Граф. Впрочем, я оплачу лечение, так уж и быть. В порядке исключения.

— Премного благодарен, Ваше Величество! Но, жаль, очень жаль…

— Чего вам жаль?

— Я так думаю, Сир, что свои родные зубы в полном комплекте в этом мире до недавнего времени оставались только у меня.

— Может быть и так. Но и у меня все зубы свои, натуральные.

— Тогда остались Вы один, Сир.

— Почему же… Есть ваш большой мир и мой маленький мирок. Здесь, на Островах, с зубами у народа полный порядок. Здоровое, естественное и натуральное питание, знаете ли, чистый воздух, кристальная родниковая вода, отсутствие стрессов постиндустриального мира. Война, вот правда, несколько подпортила эту благостную картину, но ничего. Со всем и всеми разберусь. Пройдёт и это…

— Что же дальше, Государь?

— А что дальше… Будем жить, творить, воевать, любить и ненавидеть. Всё как у всех людей во все времена и во всех мирах. Ничего нового, Граф. Абсолютно ничего не меняется в этом бушующем и прекрасном мире!

— А Вы знаете, Сир, ситуация, в которую я попал, не так уж и смешна и глупа, как кажется на первый взгляд, — задумчиво произнёс МАГИСТР. — Всё очень спорно и неоднозначно.

— В каком же это смысле?

— Сир, а ведь Вы совершенно правы в том плане, что, несмотря на все преимущества перед Вами, мы, люди, так сказать, с Большой земли, до сих пор ничего с Вами сделать не можем! Сидите вы, извините, аборигены, на этих двух жалких Островах, копошитесь в своём маленьком дерьме, суетитесь как муравьи, но, в общем-то, вполне счастливы и само достаточны, и плевать вам на всю Вселенную! Я не говорю уже о планете Земля, о которой до недавних пор вы ничего и не ведали. А мы, — великие и могучие, копошимся в своём большом дерьме, пыжимся, всё чего-то выдумываем, изгаляемся, пытаемся затоптать вас, муравьёв, а результат-то почти нулевой! Мы несчастнее вас, — это факт. Чем более значительны поставленные задачи и цели, тем больше и разочарование после того, когда достичь их удаётся или не удаётся. Кстати, в случае их достижения, подчас, разочарование бывает очень большим! Вот в чём парадокс, рождающий у меня плохие мысли и пессимизм, — новоявленный Граф тяжело поднялся с пола, покачиваясь, подошёл к креслу, упал в него без сил.

— Эх, сударь, я уже неоднократно обращал внимание своих подданных на то, что познание рождает печаль и разочарование. Чем шире и глубже знания, тем тяжелее жить на этом свете. Данное умозаключение — аксиома, — усмехнулся я.