Особо опасная студентка - Пальмира Керлис

целителям не отправит. Остальное не видно. Пока бездна не устанет звать и не поглотит. Но тогда мне будет абсолютно все равно, кто и что по этому поводу подумает!

Киллиан убрал руку с моей талии, затем, убедившись, что я твердо стою на ногах, опустил и плечо. Казалось бы, свобода, а вместо облегчения я испытала какую-то досаду. На месте недавнего прикосновения мужских пальцев ощущались легкие щекотные мурашки. Нет, эти чертовы гормоны надо куда-то выплескивать, иначе они меня доконают!

Отвлекло громыхание — раздалось сзади, стремительно приближаясь. Я обернулась, в арку вкатился горшок. Догромыхал до нас и вскочил на торчащие ножки-побеги. Выглянули и расправились поджатые розово-сиреневые соцветия герани, а за ними — зеленые листья, требовательно тянущиеся вверх. Просится на ручки?..

— Эйта, да тут я, успокойся, — строго сказал Киллиан, но горшок подхватил. — Чуть позже погуляем.

Что-что он с ней делает? Гуляет⁈

— Разве это не Белочка?.. — трансформировала я шок хоть в какие-то слова.

— Изначально была, — последовало неохотное признание. — Но ее слишком долго звали «Эй ты», и она привыкла.

Это ужасно! И вместе с тем мило. В сумме выходит, что ужасно мило? Я почесала стебель под соцветием, герань довольно заурчала, топорща листики.

— Разбираешься в гардских растениях? — оценил Киллиан то, как быстро я поладила с легионерским «питомцем». — Откуда?

— Действую по наитию, — нашлась я с ответом, — как будущая природница.

— Твой факультет удивляет отдельно. Могла бы преуспеть в оккультизме, раз такого демона сумела призвать.

— Это не повод связывать жизнь с темной магией. Талантов у меня много.

— Главное, чтобы не криминальных.

Я оскорбленно сложила руки на груди. К чужим талантам придираться — последнее дело! Эйта по-хозяйски обвила побегами локоть, на котором сидела. Киллиан вроде как почти улыбнулся, но уголки его губ резко опустились обратно. Он коснулся своего медальона для ментальной связи и, мрачнея с каждой секундой, бросил мне:

— Как я уже сказал, более тебя не задерживаю.

Развернулся и зашагал с геранью прочь. Точно не на прогулку… Едва он ушел, ожила моя сережка, в сознание вклинилось шипение Кловиса:

«Сматывайся оттуда».

«Из Междумирья?» — уточнила я.

«Из Легиона. Я подключился и работаю, но они это засекли. К тому моменту, как закончу, тебя там быть не должно».

Черт! Впрочем, он и не обещал, что взлом будет незаметным.

Храня внешнее спокойствие, я непринужденной походкой направилась на выход. Сердце же отстукивало в учащенном ритме, раздражающе оглушительно отдавая прямо в уши: бум, бум, бум. Чего я так распереживалась? Подумаешь, проникновение с магическим взломом, зов бездны и вынужденная импровизация. Будто в первый раз! Начинаю подозревать, что к юному телу для баланса прилагается загадочная эмоциональная нестабильность…

Хотя ситуация патовая. Если моя книга найдется на складе улик, то придется добывать ее из Легиона. А если не найдется, то мы снова вернемся к мертвой точке, с которой не получается сдвинуться весь месяц. Что может быть хуже? Только одно — переживать о том, на что ты не в состоянии повлиять. Нужно скоротать время в ожидании новостей от Кловиса, и желательно с пользой.

Выйдя за пропускной пункт, я догуляла до торгового центра, коим именовалась россыпь похожих на холмы зеленых полукруглых домиков. Села на веранде самого модного кафе Междумирья и заказала мороженого, расплатившись с магического браслета ощутимой частью стипендии. Оно того стоило: огромная порция, политая шоколадом и посыпанная мармеладками. М-м-м… На улице красиво смеркалось, мороженое таяло на языке, наполняя рот приятной сладостью. Польза была очевидна! Легчало — и после зова, и вообще, жизнь налаживалась.

На миг даже показалось, что я обычная студентка. Сижу себе вечером в кафе, разглядывая людную улочку и качая ногой, и все у меня впереди. Карьера, любовь, множество возможностей. В принципе, это способно сбыться. Судьба дала второй шанс. Просто с оговорками… Нет, надо было есть мороженое медленнее и аккуратнее, а то мозг задубел. Любовь, карьера… Размечталась! Долги перед бездной — не единственная моя проблема. Она лишь первая в очереди.

Отодвинув пустую пиалу из-под мороженого, я вынула из кармана заколку. Она ярко переливалась стеклянными камушками, зачарованными на блеск. Красивая. Правда, абсолютно не в моем вкусе, да и не моя. Но оставлю у себя. Выкинуть было бы и неосмотрительно, и жалко. До сих пор не верилось, что Киллиан проникся выдуманной на ходу историей про «дорогую мне вещь» и полез забирать ее у Ярушки. А ручная герань?.. Небось еще и в парке с ней гуляет, с утра пораньше, пока никто не видит. Двойной удар по брутальному образу! Кажется, самый суровый легионер Междумирья порой не такой уж суровый. Где-то в глубине души. При его должности и прошлом было бы странно ждать большего. Вряд ли Зюзер напутал про Винар, оно очень логично вписывается в общую картину.

Их общество максимально закрытое. Чужаков не любят и не принимают. Винарцы, связавшие жизнь с представителем другой расы, вынуждены покинуть родину без права возврата. Нравы строгие, снобизм и чопорность в почете. Неудивительно, что Киллиан не особо контактный. Расти там — не то чтобы к психотравме, но поневоле привыкнешь быть одиночкой, которому никто не нужен. Раз его мать пригласили по работе, значит, была магом, только им могут «простить» происхождение. На Винар легко не попадешь, туда и туристов-то неохотно пускают. Как она решилась на переезд и, главное, зачем? Либо у нее были серьезные проблемы в своем мире, либо она с Земли или Аулина. С родственниками связь разорвана, а муж — фигура непостоянная, к тому же необязательная, поэтому сына пришлось забрать с собой. При таком раскладе семьи у Киллиана нет, родного мира фактически тоже, вот и обрел дом в Междумирье.

Что-то я чересчур увлеклась порученным творческим заданием!

Завибрировала сережка, отвлекая от созерцания заколки. Я спрятала ее обратно и торопливо приняла ментальный вызов, в голове зазвучал голос Кловиса:

«Нашел! Возрадуйся… Но не слишком. Потому что есть детали».

Как же иначе. В любом случае я рада, что некая находка вообще есть. Взлом, очевидно, прошел успешно.

«Не томи, — взмолилась я, позволяя гению сполна насладиться моментом триумфа, — излагай скорее».

«Книжица значилась в уликах. Только внезапно не по твоему делу. По совершенно левому, причем десятилетней давности. О пропаже и гибели студентки».

«Элии Доус?..»

«В точку! — восхитился он, но тут же напрягся. — Ты знаешь что-то, чего не знаю я?»

«Если бы… Так вышло, что я читала о ней