Твое пламя и твои крылья, феникс - Вера Ковальчук

— Однако захватить её мы смогли.

— Есть вероятность, что нам просто повезло. Я бы не стал дёргать судьбу за тигриные усы.

— Суеверный ты болван. — Но дальше спорить не стал. Лишь нагнулся над телом красавицы и слегка отогнул край одеяла. Осторожно. — А ты точно не можешь отобрать у неё магию вот так? Я слышал, драки более уязвимы в этом смысле.

— Может, к напору своих они и уязвимы, но мы не знаем, как на них воздействовать собственными силами.

— Так выдерни ещё одну дуру с даром универсала. Только на этот раз уже не снимай её с цепи, пока не отдаст тебе свои силы.

Тоа невесело усмехнулся.

— Без вариантов. Найти ещё одну такую практически невозможно. И времени на это потребуется слишком много. Несколько лет, если точнее. Но я сяду рассчитывать варианты взаимодействия со спящей энергетикой дракаи. Может быть, получится привязать её к тебе до пробуждения, а дальше сработать на привязке. Но я всё-таки не уверен, что на драков такое подействует.

— Всё-таки хотелось бы наверняка.

— Ну ещё бы. — Хмурясь, Тоа потёр шею, на которой уже словно бы ощутил близость дракского меча. — Выяснять отношения с её родственниками совершенно не хочется. Но я опасаюсь, что эта дура из чужого мира может уже и не быть в живых.

— Рассчитываем на лучшее. Я добьюсь от наёмников полного отчёта. Думаю, если как следует поиграть с их жёнами, они и сами мне приволокут нашу потеряшку, а после успеха с принцессой нам уже не страшны будут эти мураши с их местью.

— Постарайся всё же обойтись малым, — поморщился хозяин замка и поправил на спящей принцессе одеяло. — Нам ни к чему кровная месть общины кондотьеров. Если можно без неё обойтись, лучше обойтись.

— Сам знаю.

Тоа поправил в камере следящие структуры и старательно запер дверь. Парда ушёл сам, он отлично знал подземелья замка, а Ионафану спешить было некуда. Он раздумывал, педантично проверяя замок за замком.

Собственно, есть ведь деталь, которую он почему-то упустил из внимания: ритуал, призвавший девчонку-универсалку сюда, связал его с нею. Не то чтобы намертво, подкрепить эту связь должен был брак, но по идее он способен путём несложных манипуляций проверить, на месте ли привязка. И если это так, значит, девка жива, каким-то образом миновала раскрытие дара без вспышек… Или вообще не раскрылась, хотя при призыве он проверял и чувствовал её потенциал. Но, может, не учёл какие-нибудь мелочи, и для высвобождения потенциалу нужно ещё что-то, помимо нахождения в магически насыщенной атмосфере.

Вместо того чтоб подниматься в кабинет, он завернул в малую заклинательную комнату и там быстро проверил целостность привязки. Есть, никуда не девалась. Значит, беглянка цела. Она, может, и валяется где-нибудь под кустом в бессознательном состоянии из-за напора внутренней магии, но физически цела, по-прежнему дышит.

А значит, следует ещё раз прочесать лес на несколько дней пути во все стороны. И подкинуть денег городской охране — пусть глядят во все глаза, ищут и задерживают любую странную девицу, хоть одиночку, хоть в сопровождении. Действительно, могли же её заграбастать какие-нибудь местные ловкачи. Свободных-то, да ещё магически активных в потенциале женщин не так уж много.

Он стиснул пальцы до белизны и задумался. Вот уж в чём Парда прав, так это в необходимости искать и другой выход. Магия девчонки-иномирянки, конечно, решила бы большую часть проблем, такой дар переборет любое сопротивление дракской магии, к тому же её ментальный дар должен быть слишком далёк от местного, чтоб у принцессы нашлось хоть что-нибудь в запасе, способное ему противиться.

Вроде бы, красотка Акеста не блистала способностями. Да, она сильнее, чем обычная девица-дракая, поскольку родилась в правящей семье: там появляются либо талантливые чародеи, либо абсолютные пустышки, как средний принц. Просто девушка обучалась по абсолютному минимуму. И понятно — зачем принцессе усердно учиться, она ведь нужна для другого. А в придачу к ленивому обучению было ещё отсутствие привычки на рефлексе отражать магический удар.

Словом, с принцессой можно будет совладать. Только бы добраться наконец до источника столь редкой, выдержанной и сконцентрированной силы. Эх, если б «источник» не умотал так глупо со всех ног, уже всё задуманное было бы в его руках…

Глава о том, как сурова жизнь наемников (3)

Взгляд Агаты

Задница моя по-прежнему ныла, но уже потихоньку смирялась с реальностью. Ардис позаботился обо мне и подложил на седло подушку хитрой формы, здорово истрёпанную и попахивающую, но на удивление удобную. Пояснил, что раздобыл её у хозяина постоялого дворе, и лучше такая, чем никакой. Всё-таки дополнительные попоны или любые другие свёрнутые тряпки помогут лишь временно — через пару часов они собьются, и станет только хуже. Я ему поверила, мужик-то опытный.

— А мы скоро доберёмся до Паратта? — уточнила на всякий случай.

— Через пару дней. По ситуации. Да ты не волнуйся, на зачисление ты в любом случае успеешь.

— А Таяту с Шеникой вы куда везёте?

Ардис отвёл взгляд.

— Да туда же. Там у нас знакомцы. И уже почти готовый семейный дом. А дальше будем думать, — неохотно ответил он. — Шеника точно останется с нашей семьёй, а Таята ещё будет решать. Видишь, в этой поездке мы взялись помогать всем встречным женщинам. — И усмехнулся, но, похоже, тем самым хотел лишь справиться со смущением. — И, знаешь, не жалеем.

— А что с ними произошло?

— Понимаешь… Это их жизнь, их тайны, я не…

— Я понимаю! — поспешно прервала. — Конечно, мне не следовало спрашивать. Прости.

Мужчина посмотрел на меня с удивлением, быстро сменившимся явным одобрением.

— Да ни к чему просить прощения, поверь. Просто Таята попала в беду «благодаря» усилиям её родственников, но захочет ли она об этом говорить — не знаю.

— Понимаю.

— Если она пожелает, наша семья даст ей приют. Но у неё, кажется, есть какие-то планы. Она пока не делится.

— Ей, наверное, опасно будет оказаться в одиночестве.

— Мы об этом говорили. Обсуждали. Потому и говорю, что она ещё не решила. Да и мы, сказать по правде, тоже. Мы Таяте не родственники, влиять на её поступки не вправе. Но попытаемся убедить.

Дальше он старался отвлекать меня рассказами о местах, по которым мы путешествовали, и уж не знаю, что сработало — подушка