Пропала принцесса! Нашедшего ждут неприятности (без иллюстраций) - Ульяна Муратова

девушке лучше держаться подальше. Опять же, сейчас у тебя выбора нет, а когда появится, подберешь себе кого-нибудь посимпатичнее, помоложе, с целыми коленками и умеренной волосатостью.

— А если мне нравятся не очень симпатичные мужчины постарше, неприлично высокие и неприлично волосатые?

— Тогда от Нортбранны тебе лучше держаться подальше — там таких каждый первый. И второй тоже. Ты, Валюха, зря кидаешься на первый попавшийся кусок козлятины, когда вокруг козлов — стадо в сто голов.

— Хорошо, давай останемся друзьями, — покладисто согласилась я, чтобы усыпить его бдительность. Подползла поближе и устроилась на плече, пользуясь неожиданной откровенностью и оттепелью в наших отношениях. — Ты мне поможешь выбрать достойного парня? Я же совсем не разбираюсь в мужчинах.

— Помогу. Однозначно стоит присмотреться к Десару Блайнеру. Он даже бате твоему уже нравится, по происхождению подходит, отличный вариант. Красавчик, дипломат и эстет.

— Звучит немного скучно, как будто мне его отец в магазине выбрал.

— Нужен бунт? — полюбопытствовал Мелен.

— Хотя бы немного, ведь шутки про дерьмо я тоже люблю, — чуть-чуть приврала я.

— Ваше Высочество! — делано возмутился он.

— Нет, правда. Давай, рассказывай.

И он взял и рассказал! Кучу неимоверно пошлых шуток, слышать которые принцессе однозначно не подобало, но вместо того, чтобы его остановить, я закрыла лицо руками и уткнулась ему в грудь, сдавленно смеясь и при этом сгорая от стыда. Ужасные шутки! Если бы Олеанна их услышала, она непременно заставила бы Мелена вымыть рот с мылом. По крайней мере однозначно попыталась бы.

Однако было в этом нечто жутко фривольное и дерзновенно весёлое.

Когда поток иссяк, я сказала:

— Знаешь, тебе могут понравиться некоторые местные фильмы. Правда, придётся переводить. Но можем попробовать, товарищ Мелен.

— Зови меня Мелчем. Так привычнее.

Я устроилась рядом с ним поудобнее, так и не убрав голову с его груди, и удовлетворённо улыбнулась. Посмотрим, надолго ли хватит его сопротивления неизбежному.

Лёд тронулся, господа присяжные заседатели. Лёд наконец-то тронулся…

А в тихом гуле генератора мне чудились напевные строчки:

«Я к нему поднимусь в небо,

Я за ним упаду в пропасть,

Я за ним, извини, гордость,

Я за ним одним, я к нему одному…»*

___________________

Из песни Ирины Дубцовой «О нём»

Седьмая неприятность, случившаяся во сне (7)

Девятое юлеля 1135-го года (Четвёртое октября 2025-го года). Вечер

Мелен Роделлек

Прошло не так много дней, а Мелен уже чувствовал картонный вкус однообразия во рту. Погода, локация, обстановка, собеседница, ситуация — ничего не менялось! Монотонность существования на отдалённом острове начала действовать на нервы.

И как принцесса столько времени это терпит? Он постарался взять пример с неё: установил себе жёсткий режим. Не тот, который «мы поели и лежим, называется режим», а нормальный.

После пробуждения сначала тренировка, потом душ и вечерник. Рыбалка или работа с записями, ужин, разбор и изучение местных механизмов, потом — медитация и зарядка накопителей Ртутника. К сожалению, его собственные приказали жить долго и счастливо, но без их участия. Как выяснилось, портал разрушил кристаллическую структуру большинства имевшихся у него артефактов, зато оставшиеся от Ртутника впечатляли и ёмкостью, и надёжностью.

Всё-таки гениальный был психопат!

С зарядкой дело обстояло туго, нацедить энергии с местной луны почти не получалось. Она хоть и была полной, но силы давала до обидного мало, приходилось напрягаться всем телом, чтобы впитать хоть немного — иного пути Мелен пока не нашёл. Однако он не привык быстро сдаваться и имел достаточно опыта, чтобы понимать — ежедневный упорный труд окупится, нужно просто проявить терпение.

Хорошо бы ещё и отдохнуть, но где-то на периферии бередящим сознание фактором маячила принцесса, и поэтому расслабиться никак не получалось. Она вела себя непоследовательно: то зеркалила его собственное поведение, то подшучивала, то флиртовала, то обижалась, то касалась с такой нежностью, что ему становилось неловко. В общем и целом ситуация раздражала до крайности, и чем больше он её анализировал, тем лучше понимал, что изначально взял нужный курс или, как говорят лётчики, лёг на правильное крыло: усложнять всё сексом однозначно не стоило.

Необходимо отдать должное Пеннару Первому: дети у него получались неглупые и с характером. За столько лет принцесса не опустилась, не сдалась, не сбежала, не превратилась в квашню и не подсела на вещества. Работала гадалкой, планировала будущее, делала запасы, искала способы обмануть похитительницу и находила их. При этом категорически нельзя обвинить Валюху в эгоизме — Олеанну она отпустила, хотя и понимала, насколько это ухудшит её собственное положение. И с самим Мелчем она могла бы поступить куда жёстче. К примеру, уехать на большую землю и периодически проверять, не выкинул ли его портал на остров, а потом приплыть тогда, когда он истомился бы хоть по какому-то общению. Но нет, она терпеливо ждала, купила для него вещи, готовила и помогала влиться в местный быт.

И с влюблённостью вроде бы тоже всё понятно — она случилась скорее от безысходности. Кого ей ещё тут любить? Камни? Генератор? Сковородку?

Однако Мелен всё же осознавал, что принцессе нужен хороший мозгоправ, а её психика вполне может дать самые неожиданные выверты, особенно по возвращении в Довар — когда столкнётся с непривычной обстановкой.

В СИБе имелась программа реабилитации агентов, попавших в плен, но Мелен мало ею интересовался, о чём теперь жалел. Одно он хорошо понимал: хоть принцессу и надо беречь, но потакать ей нельзя, как и нельзя передавать бразды управления ситуацией, иначе она такого нарешает, что вовек не разгребёшь. А чтобы держать всё под контролем, неплохо бы начать с себя — как минимум следовать уже заявленной линии поведения. Раз сказал, что ничего между ними не будет, значит, нужно соответствовать.

Вот он и соответствовал, сбрасывая нарастающее напряжение во время изнурительных тренировок. Для этого уходил подальше от башни и выполнял самые трудные упражнения на баланс и растяжку — такие всегда давались ему сложнее всего. Сублимировал помаленечку.

Сегодня было очень ветрено и холодно, зато с чистого неба робко светила полная луна, и он так долго впитывал её свет, что весь продрог, хотя потом хорошо согрелся, разминаясь.

Вернулся в башню и услышал сверху музыку и незнакомую речь. Любопытство погнало его к источнику звука. Умом он понимал, что на маяке больше никого нет, но слух утверждал обратное.

Оказалось, принцесса включила запись, на которой скудно одетые, а вернее практически раздетые девушки выполняли упражнения под плавную музыку. Он