Лиза Смит - Страсть

— Ты сделал это, — сказала Анна. В ее темных глазах горела мудрость. Это неправда, все сделал кристалл, но ее похвала согрела Роба до кончиков пальцев.

На волне счастья, он обнял Льюиса. Затем обнял Анну и ощутил нечто иное от того, когда он обнимал Льюиса. Нечто сильнее… и теплее.

Это сбило его с толку. Он ощущал такое в последний раз, когда нашел Кейтлин живой, после того как она побывала у мистера Зи. Своей силой это напоминало боль, но это не было болью.

Затем он отступил, потрясенный и подавленный. Как он позволил себе почувствовать такое к кому-нибудь кроме Кейтлин? Как он мог позволить это себе?

И Роб знал, что Анна поняла. Она расстроилась, потому что не смотрела в его глаза и выставила щит. Он ей противен, и это не удивительно.

Ну, одно ясно точно. Это никогда не повториться, никогда.

Они спустились по сходам до конца, и при этом говорил только Льюис.

— Хорошо, вот это место, — сказал Габриэль. Это было впечатляющее каменное здание на одной улице с финансовым отделом Сан-Франциско. Через стеклянную дверь Кейт увидела двоих охранников.

— Джойс говорила, что охрана не будет нам мешать. Мы пройдем под прикрытием, назвавшись именами, которые она нам дала. Теперь мы Дигби, Гамильтон и Майлс, и нам по шестнадцать лет.

Габриель не смотрел на Кейтлин, пока говорил, и даже не взглянул на нее, когда они вошли. Кейт для него, казалось, больше не существовала. Но Джойс сказала, что им следует войти парами, и Кейтлин предположила, что пойдет с Габриелем.

Она пыталась осуществить это незаметно, но он сам это сделал.

Охранник был одет в красный плащ и говорил по мобильному телефону. Он посмотрел прямо на них, когда Габриэль прошел мимо доски объявлений. Габриель подписался, теперь была очередь Кейт. Она написала Ейлин Каллен, Дигби, Гамильтон и Майлс, 16 лет, и 11:17, в соответствующих графах. 11:17 было временем начала.

Фрост и Ренни подписавшись, пошли по украшенному мозаикой полу к паре латунных лифтов. Какой-то мужчина в джинсах как раз их протирал, и пока они его ждали, Кейтлин перевела взгляд на свои изящные коричневые туфли от Амалфи.

Наконец оказавшись внутри, Габриэль нажал большую черную кнопку шестнадцатого этажа. Кнопка застряла, и лифт медленно рушил.

Ренни смеялся сдавленно, а Фрост дала волю бурному потоку хихиканья.

— Знаешь, как я расписался? — спросил Ренни, ударив кулаком дверь лифта. — Я написал Джимми Хендрикс. Вместе с Деви, Четум и Хови. Поняла? Деви, Четум и Хови в юридическую контору!

— А я написала Има Псевдоним, — хихикая, сказала Фрост.

Сердце Кейтлин глухо стукнуло и забилось быстрее. Она потрясенно на них посмотрела. Сейчас они выглядели нормальными. Волосы Фрост элегантно спадали назад, а в ушах было только по одной серьге. А Ренни выглядел как младший бухгалтер. Но внутри они остались все теми же буйствующими сумасшедшими.

— Ребята, вы что чокнутые? — прошипела она. — А если охрана заметит… о, Боже, или следующий, кто будет расписываться, посмотрит выше… тогда мы трупы. Трупы. Как вы могли такое сделать?

Ренни смеясь, махнул на нее рукой. А Фрост насмешливо ухмыльнулась.

Кейт повернулась к Габриэлю, чтобы разделить свой ужас. Она сделала это рефлекторно. Однако ужас сошел с него еще минуту назад, сейчас он только пожал плечами и сверкнул быстрой насмешливой улыбкой.

— Надо же такое придумать, — сказал он Ренни.

— Я знала, что у тебя есть чувство юмора, — промурлыкала Фрост, пробегая серебристыми ногтями по серому шерстяному рукаву Габриэля. Она пробежалась по нем полностью, аж до белого воротника, затем начала играться с его темными волосами за ухом.

Кейтлин заметно сузила глаза. И молча перевела взгляд на кнопки лифта. Ей не нравилась эта работа. И ей до сих пор никто не объявил, что они вообще делают… что можно украсть в юридической конторе? Она даже не знала, какие у Фрост и Ренни сверхспособности. Теперь Кейт беспокоилась о том, что они будут делать на самом деле.

Дверь лифта открылась.

— Какая скука, — хихикая, сказал Ренни. Габриэль оценивающе оглянулся. Стены здесь были обшиты тем же красивым красновато-золотистым деревом, а пол был сделан с темно-коричневого мрамора. Через стеклянную дверь Кейт увидела конференс зал.

Габриэль взглянул на карту, которую дала ему Джойс, и сказал:

— Теперь направо.

Они миновали дверь в зал ожидания, хотя та выглядела богато, и зашли в проход с темно-зеленым ковром. Затем остановились, подойдя к двери, которая преграждала им путь. Эта дверь была очень большой и массивной. Казалось она металлическая, но, прикоснувшись к ней, Кейтлин поняла, что та деревянная. И запертая.

— Начинаем, — сказал Габриэль. — Хорошо, Ренни.

Но Ренни исчез. А Фрост стояла немного дальше.

— Ему нужно было отойти в комнату для мальчиков. — Она со всех сил старалась оставить лицо без выражений.

Кейтлин сжала кулаки. Она уже видела граффити в Институте, и ей оставалось только догадываться, что он делает сейчас.

— И что теперь? — Прорычала она Габриэлю. — Ты пойдешь по него, или это сделаю я?

Габриэль ее проигнорировал, но она заметила, как сжалась его челюсть. Затем он направился в туалет, но через секунду Ренни вышел, на его лице отражалась невинность.

— Мне следовало подумать, — говорил Габриэль, не глядя на Кейт, — что тебе будет весело, если все провалится. Ты ведь не с нами… да?

По Кейтлин пробежал холодок.

— Нет, я с вами, даже если ты в это не веришь, — сказала она, стараясь вложить в свой голос искренность. — И, может, я и не люблю заниматься воровством, но я не хочу, чтобы меня поймали и отправили в тюрьму. — Когда Ренни пришел, она продолжила приглушенным тоном, — Даже не знаю, зачем мы его взяли.

— Тогда смотри, и увидишь, — кратко ответил Габриэль. — Ренни, начинаем. Отсюда тебе нужен пропуск.

Устройство на стене выглядело смутно знакомым. Оно походило на те, что стоят на заправках, куда нужно вставлять кредитку, чтобы расплатится.

— Ага, магнитное, — пробормотал Ренни. Затем кончиком пальца сдвинул свои очки на нос и провел рукой по устройству. — Кто-нибудь смотрит? — Спросил он.

— Нет, но тебе лучше пошевелиться, — ответил Габриэль.

Ренни гладил устройство снова и снова. Его лицо поморщилось, как в обезьяны. Кейтлин пожевывая губу, наблюдала за центральным коридором, откуда они только что пришли. Так как каждый, кто вышел бы с лифта их обнаружил.

— Вот так, детка, — вдруг прошептал Ренни. И дверь, покачнувшись, открылась.

Теперь Кейтлин знала. У Ренни психокинез. Он может воздействовать на объекты силой мысли, без чьей либо помощи. В том числе и на механизм устройства.