Вопреки инстинктам - Лана Светлая

китайский болванчик. - И попросила её не искать по, черт его знает, какой причине, - а вот тут следует совсем другая реакция.

Аня, вроде как начинает опять кивать, но голова застывает на последних моих словах. Она словно до конца вслушивается в них и до неё полностью доходит их смысл.

Демид с Михаилом этого не видят, но я-то четко отслеживаю такую странную реакцию. Да и страх за сестру, который от неё исходит, моментально сменяется на смущение и… легкий испуг. И он другого рода, не такой, как до этого.

Словно поймав её с поличным, прищурившись, поддаюсь вперед, укладывая руки на широко разведенные ноги и сцепляя пальцы в замок.

Уверен, реакция жены Демида, это след, по которому в первую очередь нужно идти.

- Аня, по какой причине она могла уехать? – вкрадчивым тоном интересуюсь у девушке, видя, как забегали её глаза при этом вопросе. Брат немного напрягается, чувствуя мой возникший охотничий азарт. – Я вижу, что ты знаешь.

- Котенок? – брат вопросительно смотрит на жену. – Ты действительно знаешь? Люда написала тебе об этом?

- Да-а… но я… я не могу вам сказать, - начав говорить несмело, Аня заканчивает уже твердо и решительно. На меня смотрит с вызовом, а потом уже переводит извиняющийся взор на брата. – Прости, дорогой, но даже тебе я не могу сказать правду, потому что это её… тайна.

- Я хочу прочитать письмо, - требовательно произношу, засекая, как поплыл брат, видя её умоляющую и взывающую к пониманию симпатичную мордашку. Решительно тяну руку ладошкой вверх вперед, показывая всем своим видом, что не отступлю, пока не заполучу бумажный листок.

Брат только и успевает открыть рот, чтобы, видимо, осадить меня, как Аня делает то, отчего у нас с Демидом в неверии и удивлении широко открываются глаза.

Она бесприкословно, без единого признака возражения, молча вкладывает письмо Людмилы мне в руку.

Чувствую какой-то подвох в такой её легкости при расставании с бумагой. Вот только понять не могу, в чем тут дело.

Становится ясно только тогда, когда я, утыкаясь взглядом к красивый почерк на бумаге, прочитываю обращение своей пары к сестре.

«Привет, сестренка.

Анют, мне нужно уехать. Очень срочно. Сколько буду отсутствовать, я сама ещё не знаю.

«Кое-что» вышло из-под контроля. Как это «чинить», не знаю. И как долго буду всё «исправлять» - тоже хрен его знает. Ведь такого, сама знаешь, никогда не было.

Именно поэтому и пишу, что сваливаю на неопределенный срок.

По поводу того, куда я еду. Тоже не знаю. Найду безлюдное местечко, чтобы никто не мешал и не.. видел мою охреневшую от всего этого рожу.

Ну а если серьезно, у меня будет к тебе просьба. Знаю, что ты будешь безумно переживать за меня. И конечно же ты захочешь найти меня, подключив своего мужа, думая, что чем-то сможешь помочь мне.

Так вот, милая моя сестренка. Ты не сможешь! И я против того, чтобы вы меня нашли.

Прошу! Умоляю! Просто отпусти меня на какое-то время. Дай мне самой разобраться во всём!

Я очень тебя люблю! И знай, твоя мысленная поддержка не позволит мне отчаяться, если вдруг у меня не будет получаться «взять себя в руки».

Надеюсь, что увидимся уже скоро. Не хотелось бы затягивать с возвращением.

Люблю. Целую. Твоя сестренка.

P.S. По поводу моих людей. Помогите с Демидом (этот волчара точно сможет это сделать) дяде Мише стать временно во главе стаи. Это важно, потому что там у нас Гришка начал непонятные телодвижения в сторону статуса и места Альфы. Но решайте сами с Демидом, кто меня будет, надеюсь недолго, замещать.»

Неудивительно, что Аня так спокойно отдала письмо. Ничего конкретного в нем не было написано. Так, вода по воде.

Единственно, за что можно ухватиться, так это то, что в письме всё-таки есть легкий намек на причину её отъезда.

Глубоко вдыхая аромат Люды, идущий от бумажки, задумчиво поднимаю глаза на сидевших напротив людей.

Брат напряженно смотрит на меня, Аня – уткнулась взглядом на свои сложенные на коленях руки. Михаил же в глубокой задумчивости потирает пальцами свой подбородок. Видно, что он в такой же растерянности, как и мы с Демидом. Становится понятно, что он даже не в курсе секретика Людмилы и причин, по которой она уехала.

- Что вышло из под контроля? И почему это что-то нужно чинить? – хладнокровно интересуюсь у свояченицы, замечая, как она упрямо поджала губы, всем своим видом давая понять, что ничего не скажет. – Ань, я же не дебил. Все эти «чинить», «вышло из под контроля», «исправлять» - они же не зря взяты в кавычки.

- Это связано с её… здоровьем. Больше я ничего не могу сказать, - Аня поднимает взгляд на мужа.

- Не волнуйся, Котенок. Мы её найдем, - успокаивает её мой брат, понимая с полувзгляда свою жену.

А вот это уж точно.

Я обязательно найду свою пару. Ведь ещё не разу не было такого, чтобы я и моя команда кого-нибудь не смогли найти.

Но пока нужно побольше информации выпытать у Ани.

Жаль всё-таки, что она жена моего родного брата. Давить на неё он точно не позволит. А иначе я бы уже через полчаса выяснил всё, что мне нужно.

Стараясь, чтобы моя улыбка была не сильно похожа на оскал, раздвигаю губы.

- Ань, со здоровьем у неё всё отлично. Будь это не так, я бы учуял. Значит… - делаю многозначительную паузу, давая понять, что не получится соврать. – Это что-то другое.

Свояченица зыркает на меня недовольно, теснее прижимаясь к Демиду. Словно, намекает, под чьим покровительством она находится.

Мысленно матерюсь, когда вижу предупреждающий взгляд брата в свою сторону.

- А если Люда не… сможет справиться с чем-то там, о чем она написала, - начинаю запугивать. – Разве не лучше будет, если она будет под присмотром близких людей? Возможно, мы даже как-нибудь